Глава 10
Неожиданно наступил декабрь, и улицы наполнились праздничным убранством, а воздух – духом приближающегося Рождества. Никогда не думала, что буду так переживать из-за этого праздника.
Рождество – мой самый нелюбимый праздник в году. В течение двадцати лет я всеми силами старалась не замечать его и избегать всего, что связано с Рождеством. Но картины бледного тела моей матери и следы алой крови на снегу навсегда связались в моём сознании с этим праздником и самым страшным событием в моей жизни.
С тех пор как я появилась в семье детектива Ренклифа, мой отец тоже игнорировал Рождество и не пытался изменить моё отношение к этому празднику. Только после того, как он женился и у него родился сын, он вернулся к нормальной жизни и начал праздновать Рождество вместе с другими людьми. Я же оставалась верна своим принципам и продолжала игнорировать этот болезненный день.
Сегодня днём я предоставила Стиллеру ещё одну статью о прошедшей свадьбе. Оказалось, что получить такой эксклюзивный материал удалось только мне и нашему издательству. Стиллер был в восторге. Он был готов повысить меня до ведущего журналиста и дать мне колонку с собственной тематикой. Этот жест не мог не воодушевить меня и не придать мне уверенности в себе.
Как я и мечтала, я объявила Стиллеру, что отныне моя колонка будет посвящена необъяснимым и загадочным явлениям, которыми полон самый крупный мегаполис в Штатах. К моему удивлению, главный редактор наконец-то согласился на это и дал официальное разрешение на такую деятельность с моей стороны.
Выходя из офиса после успешного дня, я хотела кричать от радости и прыгать, как маленькая девочка. Как только я покинула редакцию и направилась домой, я сразу же достала мобильный телефон и сделала очень важный звонок.
— Мисс Ренклиф, как прошла встреча с главным редактором? — спросил мой собеседник с лёгкой усмешкой в голосе. — Ваша статья получила должное признание?
— Мистер Райт, могу вас заверить, что всё прошло именно так, как вы предполагали, — ответила я, не сдержав улыбки. — Мою статью приняли с восторгом и опубликуют в следующем номере.
— Рад, что смог вам помочь. Согласитесь, работать официально и честно гораздо эффективнее, чем использовать нечестные приёмы.
— Полностью согласна с вами. Ваш вариант статьи стал для меня настоящим спасением, — сказала я, приятно удивившись добродушному тону банкира. — Мистер Райт, ещё раз благодарю вас за сотрудничество.
— Не стоит благодарности, мисс Ренклиф. Ваша работа важна не меньше, чем финансовые сделки на Уолл-стрит, — усмехнулся банкир. — Раз всё прошло успешно, я могу быть спокоен за будущее своей семьи.
— Можете не сомневаться, ваша семья больше не будет затронута мной.
— Не забывайте, я всегда готов сотрудничать, если это взаимовыгодный союз. Я бизнесмен и дипломат, мисс Ренклиф, не забывайте об этом.
— Не забуду, мистер Райт. Желаю вам и вашей супруге всего наилучшего.
— Благодарю, мисс Ренклиф. Желаю того же вам и вашему жениху. — Банкир выдержал небольшую паузу и понизил голос. — Кстати, как он поживает?
Вопрос Райта застал меня врасплох.
— Лукас... — начала я. — Он в порядке.
— Вы уже назначили дату свадьбы? Если у вас возникнут проблемы с организацией торжества, я готов оказать любую помощь.
— Не стоит, мистер Райт. Мы хотим провести тихое семейное торжество, без лишнего внимания.
— В этом я вас полностью поддерживаю. Что ж, не буду отвлекать вас от дел, Дейра.
— И вам всего доброго, Джеймс.
Наш разговор с банкиром подошёл к концу. Я до сих пор не могла поверить, что ещё недавно объект моего повышенного внимания сейчас был так добродушен и проявлял определённое внимание.
Однажды, прогуливаясь по оживлённой улице большого города, я не заметила, как рядом со мной остановился роскошный автомобиль. Дверь со стороны водителя открылась, и из машины вышел высокий статный мужчина. В этом светловолосом красавце я узнала Нормана Пирса. Образ этого мужчины словно раковая опухоль поселился в моём сознании, сводя меня с ума и вызывая пугающие и неправильные мысли.
Блондин направился ко мне, демонстрируя ряд белоснежных зубов.
— Дейра, какая приятная встреча! — в который раз блондин захватывал моё внимание. — Не ожидал увидеть вас так скоро.
— Мистер Пирс, — мои щёки вспыхнули от смущения. — Рада видеть вас снова.
— К чему эта формальность? — блондин усмехнулся, сверкая карими глазами в темноте. — Просто Норман.
— Я запомню, — я смотрела на него большими заворожёнными глазами.
— Дейра, если у вас есть свободное время, могу я пригласить вас на ужин? — губы блондина снова изогнулись в самодовольной ухмылке. — Я ни на что не намекаю, но буду рад провести этот вечер в вашей компании.
— Вы... Вы зовёте меня на ужин?
— Если вы не против, я буду рад устроить особенный вечер, — Норман подмигнул мне, ещё больше затуманивая мой разум. — Обещаю, ваш жених ни о чём не узнает. Это будет наша общая тайна.
Мои руки задрожали. Внутренний голос кричал, что я должна отказать и дать понять блондину, что между нами ничего не может быть. Но моё подсознание требовало действий. Я мечтала об этом моменте и хотела отдаться этому помутнению. Наплевав на все сомнения, я изобразила короткий кивок, не отрывая от него пожирающего взгляда.
— Я буду рада провести этот вечер с вами, Норман.
Блондин широко улыбнулся, и его улыбка была полна счастья. Он протянул мне руку, приглашая присоединиться к нему. Я без колебаний взяла его за руку и пошла за ним.
Через полчаса мы с Норманом уже сидели в одном из лучших ресторанов города. Хотя панорамный вид и вкусная еда были важны для меня, ещё важнее было общество этого привлекательного и невероятно сексуального мужчины. Его мелодичный голос казался мне привлекательнее любого алкоголя. Размеренный тембр его речи с благодарными нотками был как магнит для меня.
Во время нашего ужина я поймала себя на мысли, что Норман напоминает мне Лукаса своим общением и поведением. Эти мужчины были разными внешне, но их внутренний мир был пугающе похож. В какой-то момент я услышала голос своего подсознания: «Если бы Лукас выглядел как Норман, я бы не смогла удержаться от страстных действий в его адрес. Слава Богу, что он далёк от образа ангела».
Когда наш ужин подошёл к концу, Норман предложил отвезти меня домой, и я без колебаний согласилась. Мы подъехали к моему дому, когда на часах было далеко за полночь. На небе светила полная луна, но её свет мерк в лучах ярких вывесок и городских огней. Я сидела на пассажирском сиденье, оттягивая момент нашего прощания.
Норман был недоступен и запретен, как плод райского дерева. Он был тем самым яблоком первородного греха, которое манило своей сочной формой. Мне было трудно держать себя в руках и не совершить необдуманных поступков.
Норман приблизился ко мне и притянул к себе. Я даже не заметила, как оказалась в его горячих объятиях, а мои губы настиг самый страстный поцелуй в моей жизни. Я была готова отдаться ему прямо в салоне его дорогого автомобиля. Но в последний момент я смогла взять себя в руки и прекратить наш тесный контакт.
— Норман, я...
— Я знаю, — в голосе Номана не было ни следа смущения. — Ты практически замужем. Но кто сказал, что мы не можем позволить себе проявить слабость и поддаться искушению?
— Я не могу... — мой голос дрожал, а тело сотрясало от желания. — Барри никогда меня не простит...
— Барри? — Норман отстранился, широко раскрыв глаза. — Я думал, твой жених — тот странный парень, Лукас.
— Он... Лукас не мой жених, — мои глаза панически бегали по салону автомобиля. — Моего настоящего жениха зовут Барри, он федеральный агент. Мы давно вместе, и я не могу так открыто изменить ему...
— Но ты позволяешь себе находиться в компании другого мужчины и открыто флиртовать. Что останавливает тебя совершить ещё один грех?
— Я... я не могу. Прости меня.
Я не успела договорить, как быстрым движением выскочила из автомобиля и постаралась как можно дальше уйти от дурманящего разума блондина. У самого порога своего дома я заметила фигуру молодого парня с каштановыми волосами, которые растрепались и торчали в разные стороны. Его щёки были раскрасневшимися от мороза, а тело подрагивало от порывов ветра.
— Роб, что ты здесь делаешь? — спросила я, скрывая раздражение.
— Дей, — парень широко улыбнулся и раскрыл объятия. — Я не мог оставить сестру в канун Рождества без внимания.
— Не напоминай мне о Рождестве, — буркнула я, всем своим видом выражая брату пренебрежение. — Если ты пришёл просить новые наушники или, чего хуже, новый телефон, то я с радостью пошлю тебя подальше.
— Прекращай эти детские обиды. Ваши разногласия с отцом меня не касаются. И я не обязан отвечать за его грехи.
— Отец успел пожаловаться на травмированную дочь и её больной разум?
— На самом деле он ни словом не обмолвился о причинах вашей ссоры, но по реакции отца и его поведению я понял, что у вас был не самый приятный разговор.
— Роб, у меня был тяжёлый день, — разговор об отце и нашей ссоре вызывал у меня неприятные эмоции. — Я бы не хотела обсуждать с тобой наш конфликт.
— Сомневаюсь, что ты справишься в одиночку, — Роб улыбнулся и без промедления проследовал к подъезду. — И я не уйду, пока не узнаю всё от первоисточника. Ты же знаешь, что я в любом случае добьюсь своего и не сдамся.
Я понимала, что перспектива привести брата домой, где сидел всё ещё беглый преступник, не была для меня желаемым исходом. Я желала всеми силами отправить брата домой и тем самым не позволить ему посетить пределы моего дома.
— Роб, если я пообещаю подарить тебе что-то значимое на Рождество, ты оставишь меня в покое? — спросила я, надеясь на его согласие.
— Не в этот раз, — ответил Роб с ехидной ухмылкой, которая всё больше выводила меня из себя. — И у меня есть для тебя кое-что интересное.
— Интересное? — я тут же стёрла былую враждебность с лица. — О чём ты?
— У отца сейчас сильные проблемы в управлении. Ты слышала про теневого убийцу?
— Про кого? — мой голос дрогнул, а глаза расширились от удивления. — Что за теневой убийца?
— Раз ты задаёшь мне этот вопрос, то ты явно будешь заинтересована выслушать меня.
Без лишнего промедления брат проследовал к подъезду, ни разу не обернувшись в мою сторону.
«Дейра, соберись. Роб не должен узнать о Лукасе. Эта встреча может обострить ваш с отцом конфликт и испортить все наши планы. Малолетнего детектива стоит держать в стороне от больного на голову охотника», — говорил мне внутренний голос, протестуя против появления брата в квартире. Но любопытство было выше всех остальных чувств.
Я тяжело вздохнула и пошла за братом. У входной двери я решила провернуть тот же трюк с ключами, что и когда папа приходил ко мне домой. Как только ключи упали на пол, я постучала ногой по двери, чтобы Лукас знал, что я пришла не одна.
Роб посмотрел на меня пристальным и напряжённым взглядом. Его густые брови сошлись на переносице, а губы сжались в тонкую линию.
— Дей, кто у тебя в квартире?
Я вздрогнула от страха.
— С чего ты взял, что у меня кто-то есть?
— Сестрёнка, мы с тобой придумали этот трюк ещё в детстве. Каждый раз, когда ты прятала своих парней в нашей квартире, я использовал этот сигнал, когда возвращался домой. Этот метод стар, как мир.
— Роб, я просто обронила ключи, — ответила я, понимая, что мои слова звучат слишком неискренне. — В этом жесте нет никакого повода.
— Вот как? В таком случае позволь мне самому открыть дверь и проверить, нет ли в твоей квартире незваных гостей.
Роб поднял ключи с пола, открыл дверь и вошёл в квартиру. Его быстрые шаги разносились громким эхом по квартире. Я с ужасом бросилась за братом, боясь выдать свой страшный секрет.
Каково же было моё удивление, когда Роб увидел Лукаса, который сидел на своём обычном месте в гостиной. Его тёмные глаза были направлены на художественную книгу с громким названием «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда».
— Ты сегодня поздно вернулась, — сказал Лукас, не поднимая на нас глаз. Его голос звучал равнодушно и отстранённо.
— Я... — Мой разум перебирал все возможные варианты разрешения ситуации. — Лукас, это мой сводный брат. Его зовут Роб.
Наконец тёмные зрачки мужчины устремились в нашу сторону. Он с лёгким интересом рассматривал моего брата. Без малейшего стеснения и страха Лукас одарил его самодовольной улыбкой.
— Роберт Ренклиф, как я полагаю. Дейра не говорила, что приведёт домой гостя. Я бы постарался подготовиться к этой судьбоносной встрече.
— Я Роберт, а вот кто ты мне неизвестно. Что ты делаешь в квартире моей сестры?
— Чувствую волевой и непокорный характер, — улыбнулся Лукас своей злорадной улыбкой. — Роберт, пусть твоя сестра объяснит всю ситуацию лично. Я не люблю вести долгие и бесполезные разговоры с людьми.
— Роб, я всё сейчас объясню.
— И что ты объяснишь? — Глаза Роба сверкнули, а черты его крупного лица помрачнели. — У тебя дома сидит неизвестный мужчина, который ведёт себя так, словно он здесь хозяин. Барри знает, что здесь происходит?
— Знает, — мой взгляд опустился вниз. — Он знаком с Лукасом и знает о его присутствии в моём доме.
— И он допустил нахождение рядом с тобой какого-то мужчины? — Голос Роба перешёл на крик. — Ты с ума сошла?
— Не говори, как отец! — Реакция брата и его слова вызвали у меня болезненные воспоминания о нашем последнем разговоре с отцом. — Я в себе и я вольна делать со своей жизнью всё, что мне самой заблагорассудится! Если тебя что-то не устраивает, можешь уйти из моего дома и как отец оставить меня в покое. Я не потерплю оскорблений от школьника, который на протяжении всей моей жизни нарушал всевозможные правила и запреты своих родителей!
— Эй, эй. Дей, успокойся, — Роб мгновенно стёр своё прежнее недовольство и заключил меня в крепкие объятия. — В любом случае я всегда буду на твоей стороне и буду рядом с тобой, безумная сестра.
— Роб, ты же знаешь, как я тебя ненавижу.
— Знаю, — Роб усмехнулся, переводя взгляд на Лукаса. — Я всё же настаиваю на том, чтобы вы оба прояснили ситуацию.
Я отпустила брата из объятий, отстраняясь в сторону. После недолгого промедления я прошла до ближайшего кресла и упала на его мягкую поверхность. Роб сел прямо напротив меня и Лукаса, глядя на второго опасливым взглядом.
— Роб, это Лукас Стиллер. С некоторых пор мы живём вместе. Но не думай ничего лишнего. Мы всего лишь коллеги и в некотором роде напарники.
— Напарники? В чём? — Глаза Роба прищурились в недоверчивом взгляде. — Стиллер. Ты родственник мистера Стиллера?
— Дальний, — Лукас даже не пытался принять участие в происходящем разговоре. Его тёмные глаза вновь опустились на страницы книги.
— Что ты делаешь в квартире моей сестры и почему не живёшь у своего родственника?
— Роб, Лукас — сильный и грамотный журналист. Он вызвался помогать мне в работе и обучать меня азам успешного журналиста. Именно благодаря его умениям и знаниям я смогла написать те громкие статьи и получить заслуженный успех и признание.
— Допустим, это так. Я готов поверить, что он журналист и помогает тебе в работе. Но это не отменяет того факта, что он делает у тебя дома?
— Лукас находится в некотором конфликте со своим отцом и не общается со своей семьёй. Мне стало жалко бросать его на произвол судьбы, и я предложила ему переждать отпуск у меня дома.
— Отпуск? И откуда Лукас родом?
— Из далёка, — Лукас усмехнулся. — С юга. С самого юга.
— Ты родом из Аризоны?
— Можно и так сказать, — продолжал усмехаться Лукас. — Южный климат мне намного ближе, чем холода ваших краёв.
— И что привело тебя из Аризоны в Нью-Йорк?
— Как ты можешь помнить, младший сын мистера Стиллера собирается жениться. Лукас планировал посетить родственников, но что-то пошло не так, и он остался на улице, — мне приходилось придумывать ложь на ходу, напрягая разум с максимальной силой. — Роб, тебе нечего опасаться. Лукас совершенно безобиден и довольно учтив и галантен. Он не доставляет мне особых проблем.
— Надеюсь, так и есть, — ответил Роб, пристально глядя на Лукаса. — По крайней мере, у него хороший вкус в литературе. Это одна из моих любимых книг. В этом произведении отлично показана двойственная природа любой души. В каждом из нас есть и свет, и тьма. И даже самый на первый взгляд святой и непорочный человек может оказаться монстром.
— Роберт, ты умеешь удивлять, — сказал Лукас, откладывая книгу в сторону и переводя взгляд на Роба. — И откуда у столь юного создания такие познания в душах?
— Всю свою жизнь я видел, как отец ловил и наказывал тех, кто казался на первый взгляд святым праведником. Я не верю людям и не верю в чистоту их души. Каждый скрывает своих скелетов в шкафу и имеет за душой список грехов. Вопрос лишь в том, каковы масштабы этих грехов и признаёт ли их наличие сам человек.
— Роберт, ты воистину поразил меня, — теперь взгляд Лукаса был сосредоточен на брате. — Я могу тебя заверить, что ты всёцело и полностью прав. В мире нет святых и праведников. Сам Бог первый и самый главный грешник, что скрывает свои грехи перед всем мирозданием за образом справедливого самаритянина. Но это лишь фальшь и иллюзия. Он издевается над своими созданиями и внушает им лживые мысли о справедливости и честности мира.
— Знаешь, впервые слышу подобное мнение, — к моему удивлению, Роб говорил без доли негатива, и в какой-то степени его голос звучал благоразумно и добродушно. — И в большей степени я соглашусь с тобой. По мне, так Нил Гейман как никто лучше показал истинное лицо всех богов и их лицемерные образы в своём художественном произведении.
— «Американские боги», — Лукас засмеялся. — Роберт, в который раз ты меня впечатлил. С тобой намного интереснее вести беседы, чем с твоей ограниченной во взглядах сестрой.
— Лукас, не могу не признать твоего высокого интеллекта, — ответил Роб, протягивая Лукасу свою ладонь. — Приношу свои извинения за нападки в начале разговора.
— Все мы подвержены поспешным выводам в адрес незнакомцев. Твой юный возраст не мог позволить тебе действовать иным образом.
— Если вы закончили обмен любезностями, то позвольте встрять в ваш разговор, — я демонстративно фыркнула, прерывая диалог Роба и Лукаса. — Роб, давай вернёмся к той части разговора, с которой ты ко мне пришёл.
— О чём ты?
— О твоей новости по поводу теневого убийцы, — ответила я, сверкнув карими глазами. — Что ты успел узнать о нём?
— Я не уверен, что могу говорить об этом так открыто, — ответил Роб, бросив недоверчивый взгляд в сторону Лукаса. — Это не та информация, что должна выйти за семейный круг.
— Роберт, поверь, я никак не осуждаю твою детективную деятельность за спиной отца. И, отчасти, я тебя поддерживаю в стремлении идти против великого родителя. Ты не должен уподобляться отцу и следовать его указам. Ты волен распоряжаться своей жизнью только собственными решениями и действиями.
— Ты ему рассказала обо мне? — спросил Роб, бросив на меня гневный взгляд. — Дейра, какого дьявола?
— Я ничего ему не рассказывала! — ответила я, охваченная паникой и ужасом. — Я понятия не имею, откуда Лукас знает нашу тайну.
— Роберт, твоя сестра никогда не предавала твоё доверие. Но я по личному опыту знаю, каково это — идти против отца и действовать за его спиной. И вся твоя деятельность, отчасти, является моей прямой обязанностью.
— Что ты имеешь в виду?
— Что ты без страха и сомнения можешь делиться с сестрой любой полученной информацией, не боясь моего порицания и внимания. Ваши разговоры и дела не играют для меня никакой роли.
— Ты странный, — ответил Роб, глядя на Лукаса изучающим взглядом. — Но ты мне нравишься. Есть в тебе что-то притягательное.
— Я польщён, — сказал Лукас, изобразив наигранный кивок. В его жесте было что-то зловещее и насмешливое.
— Роб, давай вернёмся к главной теме. Что нам известно об этом таинственном убийце?
— Дей, даже не знаю, как тебе это сказать, — ответил Роб, нервно теребя ногой. Он явно пытался избежать моего пристального взгляда. — Дейра, прости меня.
— О чём ты? — слова брата вызвали у меня настоящий шок. — За что ты извиняешься?
— Всю свою жизнь я считал тебя немного тронувшейся умом. Но недавние события заставили меня усомниться в своих выводах.
— Роб, что ты имеешь в виду?
— Дейра, я тебе верю, — голос Роба стал тише и перешёл на шёпот. — Ты была права. Всё это время ты была права.
— Права?! — я громко вскрикнула и вскочила на ноги. — Роб, давай ближе к теме.
— Теневой убийца не человек. Это либо какой-то ночной монстр, либо настоящий демон. Но этот маньяк точно не человек.
— Что?! — я закричала ещё громче. — С чего ты это взял?
— Вот с чего, — Роб достал из портфеля массивную папку со стопкой документов в ней. — Это всё доказывает, что ты была права и в мире на самом деле существует необъяснимая чертовщина.
— Роберт, что заставило тебя поверить словам твоей сестры? Насколько я знаю, ты всегда считал её рассказы помутнением и игрой расстроенного разума.
— Может, раньше так и было. Но после того, как я изучил его жертв и его почерк, я понял, что он не человек.
— Роб, что значит его жертвы? Ты смог понять закономерность, по которой этот маньяк выбирает своих жертв?
— Логику понять я не могу. Этот... — Роб надолго замолчал, напряжённо осматривая наши с Лукасом персоны. — Этот Демон! Он выбирает жертвы хаотично и без характерных признаков. Но он оставляет на месте своих преступлений отличительную черту...
— Черту? — меня всё больше одолевала паника и волнение. — Какую ещё черту?
— Этот загадочный монстр всегда оставляет горсть пепла на местах преступлений. Точнее, это не горсть пепла, а целая гора. Никто из судмедэкспертов не смог дать точный анализ, что это за вещество. По некоторым данным, это сгоревший биоматериал.
— Хочешь сказать, что он убивает людей, а потом сжигает их тела?
— Не знаю. На днях полиция обнаружила девушку, чьё тело было обескровлено. У неё на шее есть характерные следы укусов. Патруль успел в последний момент вызвать неотложную помощь и спасти ей жизнь. Что примечательно, около девушки полиция обнаружила всё те же следы пепла с тем же биоматериалом в составе.
— Роберт, что известно об этом загадочном убийце? — впервые за весь разговор я увидела на лице Лукаса напряжение. — Есть предположения, кто он и как выглядит?
— Полиция пытается найти хоть единую зацепку на этот счёт. Но за все эти годы так и не смогли узнать ничего о его приметах. Кто это: женщина или мужчина, молодой или пожилой, иностранец или местный? Им неизвестно ничего о его личности.
— Забавно, — глаза Лукаса вновь посветлели, что придало окантовке тёмных глаз красноватый оттенок. — Это некто убивает вампиров по всему городу в течение некоторого времени и ни разу не был пойман или замечен. Он настоящий мастер своего дела.
— Вампиров!? — мы с Робом одновременно вскрикнули. — С чего ты взял, что этот маньяк убивает вампиров?
— Просто поверь мне. Это классический охотник на тёмных созданий, что пытается бороться с неизбежным, — усмехнулся Лукас. — Но все они заканчивают свой век жалкой и убогой смертью. Что только стоит смерть Арчибальда Пайнса, который половину жизни отдал на это гиблое дело.
— Дейра, кто он? — Роб тоже вскочил на ноги и с паникой посмотрел на Лукаса. — И давай обойдёмся без рассказов о дальнем родственнике Стиллера и его журналистской деятельности.
— Роб, он...
— Блюститель закона и непосредственный судья этого мира, — Лукас с усмешкой смотрел на нас. — Роберт, этот мир устроен намного сложнее, чем вы все представляете. Но ваш ограниченный разум не позволяет вам замечать очевидного вокруг, что защищает вас от лишних угроз.
— Ты можешь прекратить эти загадки и сказать напрямую, кто ты такой и что ты на самом деле делаешь вместе с моей сестрой?
— Роб, это долгая и непростая история, — я обречённо вздохнула. — Но я могу тебя заверить, что Лукас не имеет никакого отношения к смерти Виктора. Он не виноват.
— Стоп! — закричал Роб, оглушив меня. — Он... Он беглый «демон» из парка?! Дейра, ты точно рехнулась! Ты привела опасного преступника к себе домой и скрываешь его от правоохранительных органов?!
— Всё не так! — вскрикнула я, хватая брата за руку. — Лукас невиновен! И все эти месяцы мы расследуем убийство Виктора и пытаемся найти настоящего убийцу! Лукас всю жизнь посвятил охоте на этих тварей и он знает всё о них!
— Ты... — глаза Роба с паникой и ужасом смотрели на Лукаса. — Ты охотник на нечисть? Твоя фамилия не Винчестер?
— У меня нет фамилии, Роберт, — взгляд Лукаса заметно похолодел. — И у нас с твоей сестрой заключён договор, который каждый из нас обязан исполнить в полном объёме.
— Договор? Дейра, что всё это значит?
— Роб, тебе стоит присесть и выслушать меня. Это непростая и запутанная история. Но я искренне хочу верить, что ты поймёшь меня и не скажешь отцу обо всём происходящем.
Мне пришлось рассказать Робу свою историю с самого начала. В этот раз я говорила без доли лжи или притворства. Не обошлось без эмоциональных сцен и криков со стороны Роба. Брат кричал не своим голосом, что я недалёкая и глупая девчонка, которая поступает импульсивно и необдуманно. Во время нашего разговора Лукас молчал. Он был безразличен к происходящему и даже не пытался как-то комментировать мой рассказ. Лишь под конец моего рассказа Лукас позволил себе включиться в разговор и бросить несколько фраз в защиту нашего договора. Роб сидел с напряжённым лицом, устремив взгляд в сторону панорамного окна.
— Впервые я осознал, каково это — быть героем плохого мистического сериала в жанре научной фантастики.
— Роб, ты должен понять, что это был мой единственный шанс узнать правду и доказать всем, что я не сумасшедшая.
— Ещё несколько недель назад я бы настоял на том, чтобы тебя принудительно поместили в психиатрическую лечебницу. Но сейчас...
— Сейчас ты знаешь, что я права. Мы с Лукасом сможем добиться справедливости и рассказать правду людям.
— Ты уверена, что подобная правда не вызовет массовые беспорядки и панику среди общества? Дейра, как бы там ни было, я не считаю раскрытые тайны жестом доброй воли по отношению к человечеству. Скорее наоборот. Подобной истиной ты можешь разрушить хрупкий покой человеческой цивилизации.
— Лукас, несмотря на твою загадочную и запутанную историю, ты начинаешь мне всё больше нравиться. — Роб усмехнулся. — И в большей степени я склонен согласиться с тобой. Мир не должен узнать об окружающих нас монстрах.
— Вы оба сговорились? Что значит «мир не должен узнать о монстрах»? Как ещё люди смогут защититься от угроз с их стороны?
— Никак. Если человеку суждено умереть, то его жизнь в любом случае оборвётся, — холодный и жестокий голос Лукаса разозлил меня ещё больше. — Твои действия никак не помогут человечеству изменить привычный ход жизни.
— Вы оба ошибаетесь. Я всё равно найду способ раскрыть правду. Я найду этого теневого убийцу и заставлю его заплатить за всё, что он сделал.
— Дей, мне кажется, ты не годишься ни в убийцы, ни в охотники на нечисть. Тебе стоит умерить свой пыл и взять под контроль свою одержимость монстрами.
— Дейра, Роберт прав. Твои навыки поиска, физическая подготовка и психологическая концентрация оставляют желать лучшего.
— Мне плевать, как вы оба считаете. Я поступлю так, как считаю нужным, и докажу всем, что я не безумна.
— В любом случае я связан обязательствами перед тобой. Не в моих правилах нарушать условия заключённой сделки. — Лукас усмехнулся, откинувшись на спинку дивана. — Дейанира, я по-прежнему в твоём распоряжении.
— Раз вы продолжите свою работу по поимке монстров, то позвольте оказать вам помощь в этом деле, — глаза Роба загорелись неподдельным интересом. — Дей, Лукас, я хочу вступить в ваш тайный клуб охотников на нечисть.
— Роб, ты... ты хочешь помочь нам?
— Я смогу доставать у отца все имеющиеся у полиции данные и быть вашим информатором. Согласитесь, это весомое преимущество.
— Дейра, я вновь вынужден согласиться с юношей. Его помощь может быть полезной в твоём деле.
— В таком случае ты принят, — я обречённо вздохнула. — Роб, ты теперь с нами. Но если ты хоть словом обмолвишься отцу о происходящем, то я...
— Знаю. Убьёшь меня самой жестокой смертью и отправишь мою душу прямой посылкой самому дьяволу.
Роб рассмеялся звонким смехом. Шутка брата и его детское поведение вызвали на губах Лукаса лёгкую усмешку. Я же не могла до конца принять весь разговор. Рассказ брата о загадочном демоне подтвердил наши с Лукасом прежние опасения. В городе орудовал монстр, который убивал других монстров вместе с обычными людьми. Я не могла представить, как можно остановить подобное существо и что оно могло из себя представлять. Но я твёрдо решила найти выход из сложившейся ситуации и всеми силами постараться найти правду, тем самым принеся покой в мою разорванную на части душу.