Глава 17
Агрисиус и Отрикс были одни в зале совещаний. Принц сидел в кресле, мрачно глядя на командующего. Тот понимал свою вину, но стоял прямо и не отводил взгляда.
— Ты принес плохую новость.
— Менгиры помешали мне, но я попробую еще раз.
— Рыцари теперь будут охранять невинную. Ты же знаешь. А Меркатор ждать не станет. Я получил послание от отца. Он срочно вызывает меня к себе.
— Прости, я подвел тебя.
— Не один ты виноват. В последнее время неудачи преследуют всех. Кроме Фрит.
— Она очень старается. Несмотря на вынужденную «работу» учительницей, сестра тоже собирает дань. И несколько провокационных атак в районе школы, чтобы заставить находящихся там менгиров выдать себя — ее затея. Увы, пока ничего выяснить не удалось. Но Фрит не оставляет попыток. На разработку планов тратит все свободное время.
— Твоя сестра порой пугает даже меня. Некоторые ее поступки ни в какие рамки не лезут.
Отрикс понял, на что намекает Агрисиус. Он хотел защитить Фрит, однако врать другу не стал:
— Фрит почему-то думает, что ты... кхм... увлекся местной девчонкой. Она беспокоится о тебе. Поэтому чудит.
— Отрикс, Фрит не в первый раз ослушалась моего приказа. Подобное начинает надоедать.
— Ты не можешь отослать ее в Рузгун. Фрит тут по воле правителя. А рассказывать ему о ее выходках точно не стоит. По многим причинам.
— Понимаю. Тем более, именно ей мы обязаны большей частью собранной дани. Придется простить этот... каприз.
— Она изо всех сил старается доказать, что достойна темного принца. Сестре тяжело видеть тебя с другой. Я и сам не могу понять твоих действий. Уверен, эта местная — лишь причуда, игрушка, на время нашего пребывания здесь. Но подумай, какое это унижение для Фрит, наследницы одного из древнейших родов нашего мира!
Агрисиус в ответ лишь холодно улыбнулся. Но за его внешним спокойствием скрывалось смятение. То, что Отрикс беспокоился о сестре, не только было понятно принцу, но и вызывало уважение. Проявление чувств не приветствовалось в Рузгуне. Брат с сестрой были все же ближе Агрисиусу, чем большинство его соотечественников. Однако жестокость Фрит доставляла ему немало проблем. Он еще и поэтому дал ей работу под прикрытием. Так у джавины не оставалось времени «поиграть» с жертвами. Люди хотя бы умирали быстро, без мучений. Но сказать другу правду он, естественно, не мог. Пришлось напустить на себя равнодушный вид, и командирским тоном заявить:
— Сейчас у нас есть более важные проблемы и решить их нужно немедленно. Можешь идти.
Отрикс поклонился и вышел.
Агрисиус опустил локоть на стол, коснулся пальцами виска и задумался. В последнее время его терзало чувство отвращения к тому, что они делают. Он искал выход из проклятого лабиринта, обдумывая все возможные варианты. Но отказаться от сбора дани, увы, не мог. Пока не мог.
Принц поднялся. Тени словно метнулись к нему со всех сторон, обволокли, заклубились... А когда рассеялись — зал совещаний был пуст.
В тронном зале с высоким сводом было темно и холодно. Агрисиус уже успел отвыкнуть от этого. Он научился любить свет солнца. Теперь, приходя к отцу, скучал по его лучам как птица в клетке скучает по свободе и небу.
— Приближается день выплаты дани. Осталось мало времени. А крови, собранной вами за последний месяц, недостаточно! — гневно гремел голос короля.
Агрисиус низко склонил голову. Он понимал — отец прав. Чувства и ревность Фрит, равно как его собственные тайные переживания, вносили разлад в совсем еще недавно слаженную боевую команду. И если, например, Отрикса только в последний раз постигла неудача, то остальным везло еще меньше. Особенно часто проигрывала Наргия. Но Агрисиус не привык ссылаться на вину подчиненных. Принц всегда брал на себя ответственность за них. Да и его отцу совершенно безразлично — кто виноват.
— Мы успеем. Не беспокойтесь, — уверенно произнес он.
— Надеюсь. Ступай. — Кроган кивнул.
Агрисиус послушно вышел из зала, тихо закрыв за собой громоздкую дверь.
Тем временем Леля подошла к двери квартиры Саши и несмело нажала на кнопку звонка. Открыла Юлия Сергеевна.
— Здравствуй, — приветливо сказала она. — А Саша еще не проснулась. Вчера допоздна читала, хоть я просила, чтобы легла пораньше. Так и проспит весь выходной. Проходи в гостиную, а я пока пойду разбужу нашу соню.
Не успела Леля присесть на диван, как в комнату, приглаживая смятую ночную сорочку и растрепанные волосы, вошла Саша. Зевнув, она недовольно пробурчала:
— Чего тебе так рано?
— Уже десять. Помню, ты как-то говорила, что девять — это поздно.
Саша нахмурилась, а Леля со слезами радости на глазах обняла ее:
— Я так рада!
— Да что с тобой такое? Что за нелепая радость? Сегодня вроде бы не день объятий, — раздраженно сказала Саша, но Лелю не оттолкнула.
— Ты хотела знать правду, так я расскажу. Все... — заметив у входа Юлию Сергеевну, Леля умолкла и пошла в комнату подруги.
— Мамочка, завари нам чай, пожалуйста, — попросила Саша и ехидно добавила, выходя из гостиной: — А то у Лельки пожар какой-то!
Леля села прямо на ковер.
Саша зашла в комнату. Усевшись напротив, демонстративно скрестила руки на груди:
— Ну, и?
— Предупреждаю, то, что я скажу — это не плод моей больной фантазии, как может показаться. Правда напугает тебя, и расстроит. Но ты ведь сама хотела знать...
— Так. Я поняла. Ближе к теме. — Саша начала терять терпение и заметно нервничала.
— Мне нелегко, постарайся не перебивать.
— Ладно, извини.
Леля, набираясь решимости, шумно втянула ртом воздух, чтоб на выдохе протараторить:
— За тобой охотятся оборотни-вороны. Ты жертва для дани их правителю. Но тебя защищают добрые воины. Среди них — Никита и Зоуи. А я хранительница...
— Ты бредишь или шутишь? Сегодня и не день смеха, между прочим.
— Я же пообещала рассказать правду. Не могла раньше. Но теперь, когда ты в опасности, Никита разрешил. Он мой наставник, поэтому...
— Знаешь, это как-то совсем уже... — Саша покрутила пальцем у виска. — Ты разбудила меня, чтобы рассказать это? Ничего нелепей в жизни не слышала! Ты фэнтези пересмотрела, или в сказочницы записалась?
— Я предупреждала.
— Зорина, не знаю, в какую секту вы попали, но кажется...
Леля встала и мысленно попросила у Гаюса меч.
— Вот черт! — Саша вскочила, когда у Лели в руке с серебристым сиянием появилось оружие.
— Вот — доказательство. Я бы сама хотела, чтоб все оказалось сказкой или фантазией. Но сейчас главное то, что ты в опасности. Скоро придет Зоуи и будет тебя охранять. Все знают — мы подруги, поэтому враги ничего не заподозрят.
— А мы все еще подруги? — Саша испытующе смотрела на Лелю, не зная, что делать и говорить.
— Надеюсь, — сказала Леля, мысленно отпуская меч. И вовремя — в комнату вошла Юлия Сергеевна.
— Девчонки, я вам еще печенье прихватила. Саша, ты чего такая перепуганная? — От неожиданности она даже остановилась.
— Ничего подобного! — постаралась свести дело к шутке Саша — меньше всего ей сейчас хотелось волновать маму. — Это я ошарашенная, ну — удивленная. Тут такоее... — она сделала большие глаза, как в детстве, когда рассказывала маме «страшно-важные» секреты.
Леля поддержала игру подруги — преувеличенно-заговорщицки поднесла палец к губам.
— В общем, как любит говорить дядя Слава: без ста грамм не разобраться, — весело закончила Саша.
— Тогда вот вам по двести грамм отменного чая. Разбирайтесь. — Юлия Сергеевна улыбнулась и поставила на журнальный столик чашки и печенье. — А мне пора на работу. Пока-пока. — Она поцеловала Сашу в щеку, попрощалась с Лелей и ушла.
— Прости, я в последнее время вела себя так эгоистично, — повинилась Саша.
— Да ничего. Теперь ты понимаешь почему я не могла сказать правду. И знаешь, теперь, когда не надо тебе врать... — Леля почувствовала, как в горле сжимается ком, но, не желая излишне огорчать подружку, махнула рукой. — Только запомни: никому ни слова.
— Но как это возможно? Может, ты мне снишься? А? Ущипни. — Саша протянула руку.
— Санька, перестань, — Леля усмехнулась. — Ты не спишь. Мне сначала тоже не верилось. Да и сейчас иногда сомневаюсь. Например, в пророчестве, где я будущая правительница страны света. Представляешь?
— Ага... — протянула Саша, и тут же, как ни в чем не бывало, добавила: — Давай печеньки поедим. А то чай остывает.
Спокойствие подруги Лелю удивило. Но, вспомнив, что Саша в трудных ситуациях всегда оставалась оптимисткой, порадовалась про себя, и решила пока оставить непростую тему. Поэтому охотно приняла приглашение: взяла чашку, прихватила пару печенек, снова села на пол.
Вскоре чай был выпит, а печенье — съедено, но сладости не смогли разрядить обстановку. Подружки наблюдали за рыбками в аквариуме, стоящем на тумбочке, но думали — каждая о своем.
Гнетущее молчание нарушила Саша:
— Расскажи мне все. Я хочу знать.
Леля кратко поведала Саше то, что знала сама о разных мирах и их вражде. Также она поделилась с ней своими переживаниями — рассказала о странной симпатии, которую испытывает к Агрисиусу. И тяжесть на душе исчезла. Леля радовалась, ведь теперь снова могла делиться с лучшей подругой секретами, ничего не утаивая.
Позже к ним присоединилась Зоуи. Узнав, что Леля все рассказала Саше, она сначала разозлилась, но потом признала: в такой ситуации решение Никиты — правильное. Сашу надо было защитить.
* * *
Вернувшись в Голубой мир, Агрисиус созвал командующих.
— Мы не успеваем собрать дань к сроку. Не хватает более ста цветков! Сегодняшняя ночь — решающая, — принц старался говорить уверенно и бесстрастно. — Менгиры, конечно, вмешаются. Но у каждого из вас будет достаточно бойцов. Поражение недопустимо. Больше всех это касается тебя, Наргия.
Джавина виновато опустила взгляд:
— Поняла.
— Хорошо. Тогда за дело! — Он поднялся и вышел из зала совещаний.
Командующие последовали за принцем.
Леля ушла от Саши около десяти вечера. Чтобы немного сократить путь к дому, она решила идти через парк.
Небо затянули тучи. Фонари горели через один. Их желтый свет, отражаясь от обледеневшего асфальта, едва рассеивал мрак. В верхушках деревьев печально завывал ветер. Мороз щипал за щеки. Леля повыше натянула шарф, спрятав замерзший нос, а на голову надвинула капюшон с опушкой. Она шла быстро, но вдруг резко остановилась.
«Опасность. Близко. Не оборачивайся. Не ты их жертва», — тревожно звучал голос Гаюса в голове у Лели.
«Иди вперед. Чуть дальше — развилка. Поверни налево, к церкви. Там ты сможешь спрятаться. Поторопись!»
Леля машинально последовала советам Менгира. Пробежала по аллее. Потом повернула. Прошла несколько шагов, но, услышав душераздирающий женский крик, остановилась, прислонившись спиной к бетонному забору.
«Гаюс, я должна помочь ей».
«Не переживай, ей скоро помогут».
«А если не успеют?»
«Леля, я слышу твои мысли. Хранители не принимают участия в сражениях».
«Ты же говоришь, что скоро придут другие рыцари. Я просто потяну время. — Леля еще сильнее закрыла лицо шарфом, и надвинула шапку, оставив неприкрытыми лишь глаза. — Гаюс, пришли мне лук».
Менгир ничего не ответил, но послушался.
Леля положила стрелу на тетиву и осторожно выглянула из-за угла. Неподалеку она увидела девушку, зависшую в воздухе и каменный цветок, медленно летящий к ней. Леля как следует прицелилась и выстрелила.
Сотни мелких осколков разлетелись во все стороны. Некоторые оцарапали лицо жертвы. Но большинство, к счастью, вонзилось в тела полупрозрачных четвероногих существ, что полукругом стояли за девушкой. Разъяренно шипя, они направили свои пустые глазницы в сторону Лели. Лишь искаженные злобой губы выделялись на их, словно сглаженных, «лицах».
Монстры двинулись к стрелку, протягивая тонкие крючковатые конечности.
Леле показалось, что те медленно удлиняются.
«Или не показалось?» — Она быстро натянула тетиву и выстрелила. Потом снова и снова.
Чудовища двигались медленно, словно привыкли, что их жертвы не могут убежать. Это было жутко, как в кошмарном сне, однако — на руку лучнице. Каждая стрела поразила цель. Леля облегченно выдохнула, увидев, что все монстры лежат на земле. Но вздрогнула, услышав позади себя голос Фрит:
— Ты неплохой стрелок, но либо самоуверенная дура, либо полная тупица...
Леля обернулась.
— ...если осмелилась выступить против меня. — Джавина выхватила меч из ножен.
Сердце Лели отчаянно заколотилось. В памяти всплыли слова друзей:
«Мне как-то выпала честь «пообщаться» с ней наедине. Она тогда чуть меня не прикончила. Очень сильная...»; «Фрит — другое дело. С ней лучше не встречаться».
Но отступать было поздно.
«Гаюс, меч».
Лук исчез. Леля крепко сжала рукоять.
Фрит не стала долго ждать и нанесла удар первой.
Леля увернулась, отскочив в сторону.
«Глупая... глупая... глупая...» — твердила она про себя, понимая, что снова ошиблась, позволив эмоциям победить разум. Но поступить иначе — не могла. Попавшую в беду девушку надо было спасти. Если бы она не вмешалась, та бы умерла, ведь никто из рыцарей до сих пор так и не появился.
«Почему? Почему никто не приходит?»
Леле с большим трудом удавалось отражать атаки Фрит. Джавина наносила удар за ударом — каждый мог оказаться фатальным для хранительницы.
Очередной замах — атака с разворота. Скрежет металла — клинок Фрит скользнул по серебряному лезвию меча противницы. Прежде чем Леля успела среагировать, снова взметнулся вверх и... Жгучая боль в правом боку заставила Лелю закричать. Она выпустила меч, рухнула на колени, зажимая рану руками.
По снегу растекалось алое пятно.
Фрит приставила клинок к шее побежденной.
Возле нее появился Агрисиус:
— Заберем с собой.
— Зачем? — удивилась Фрит, опустив оружие.
— Ты не хочешь помучить менгира и выпытать у нее информацию? Странно.
— Ты прав. Хочу!
Принц не узнал Лелю и, протягивая к ней руку, тихо произнес:
— Не повезло тебе. Лучше бы ты умерла сразу.
На этот раз Агрисиус был без маски, но все плыло перед глазами раненой хранительницы, поэтому разглядеть его лицо она не могла. Однако, не желая попадать в плен, Леля первая прикоснулась к руке врага.
* * *
Зоуи, облаченная в доспехи, напряженно смотрела в одну точку. Она уже уловила оповещение Радужного камня о массовых нападениях и точно знала: скоро они появятся тут.
— Что-то случилось, да? — осторожно спросила Саша.
Зоуи посмотрела на одноклассницу, стоящую возле окна:
— На твоем месте я бы...
Стекло разлетелось вдребезги. В рое сверкающих осколков возник Отрикс, схватил жертву за руку и увлек за собой.
Сашин пронзительный крик словно запустил застывшее на мгновение время.
Зоуи тут же мысленно обратилась за помощью к Радужному камню и помчалась в погоню.
На другом конце города в самом разгаре шло сражение Эрика с отрядом Лэса. Эрик метался из стороны в сторону, рубя головы ракшасам, которые приняли образ черных волков, в чьих налитых кровью глазах словно пылал огонь. «Звери» скалились и неустанно нападали. Рыцарь отбивался массивным двуручным топором, стараясь не выпускать Лэса из виду.
Джавин, со смертоносным цветком на ладони, подошел к жертве. Пожилая женщина лежала на земле и едва дышала.
Эрик понял: медлить нельзя. Присел, пропустив над собой очередного многоликого, и, словно распрямившаяся пружина, прыгнул на врага. Но тот обладал хорошей реакцией: увидев перед собой рыцаря, Лэс мгновенно отпрянул в сторону.
Цветок исчез. Джавин выхватил меч и с большим трудом парировал атаку менгира.
Эрик снова замахнулся, но «волки» с двух сторон вцепились ему в ноги и поволокли к стае. Выпустив топор, рыцарь тщетно цеплялся пальцами за мерзлую землю, чтоб оттолкнуться и выгадать хоть несколько мгновений для призыва оружия. Но многоликие не оставили ему шансов. Мысленно прощаясь с жизнью, он закрыл глаза, но вдруг почувствовал, что ракшасы остановились и расцепили пасти. Монстров убили другие менгиры. Эрик обрадовался подоспевшей подмоге и тому, что броня доспехов была довольно прочной. Вскочив на ноги, он снова кинулся в бой.
К Зоуи присоединился Никита. Теперь они вдвоем бежали за Отриксом, опасаясь самого худшего — если он доберется до портала в Рузгун — Сашу уже не спасти.
Когда джавин пролетал над рекой, Никита резко остановился, положил стрелу на тетиву и натянул ее до предела.
— Ты что? Она разобьется! — Зоуи испуганно посмотрела на друга.
— Спокойно. На фарватере нет льда, главное, чтобы не утонула. — Он тщательно прицелился и выстрелил.
Миг — Отрикс вместе с Сашей рухнул в воду. Мгновенно преодолев разделяющие их расстояние, Никита нырнул следом. А вынырнув, с потерявшей сознание Сашей на руках, стал отчаянно грести к обломанной ледяной кромке. Не будь он рыцарем-менгиром — спастись им бы не удалось. Даже закаленному тренировками и сражениями парню было нелегко. Перекинув подругу в левую руку, Никита изо всех сил боролся с сильным течением. Наконец, схватившись за выступ, подтянулся, попытался забросить Сашу на лед, но пальцы соскользнули... Зоуи схватила друга за запястье и помогла им выбраться из воды.
— Отнеси ее к моей бабушке, — сказала она.
Не теряя времени, Никита вскочил, подхватил подругу на руки и помчался прочь. Зоуи же, тяжело дыша от волнения и пережитого потрясения, с трудом поднялась. Услышав за спиной вопль ярости — обернулась. В последнее мгновенье она успела призвать меч и отразила атаку джавина.
Отрикс был сильным противником, хоть рана сковывала его движения. Но в мастерстве и ловкости Зоуи ему не уступала. Атаковав в очередной раз, она выбила меч из рук врага. Описав широкую дугу, клинок отлетел далеко за пределы льда и скрылся под водой.
Побежденный ничего не сказал. Гримаса разочарования и презрения исказила его лицо. Превратившись в ворона, он взмыл ввысь. Зоуи не стала преследовать Отрикса. Сейчас ее больше волновало состояние Саши. Она резко развернулась и побежала к дому бабушки.