2 страница28 апреля 2025, 16:45

Глава 2

Тихий, едва уловимый звук заставил Тэхена встрепенуться. Внутри перевёрнутого автодома, среди осколков бутылок и рассыпанных вещей, лежала Лалиса. Её лицо было бледным, дыхание сбивчивым, а на левой ноге заметно проступала кровь. Она медленно приходила в себя.

Тэхен осторожно приблизился и, присев рядом, мягко взял её лицо в свои руки.

— Эй, слышишь меня? — прошептал он, стараясь придать голосу спокойствия, чтобы успокоить девушку. — Всё хорошо, скоро придет врач. Ты должна дышать ровно. Просто смотри на меня, как тебя зовут?

— Ла-Лалиса, я... —  выдавила она.

 — Хорошо, Лалиса, не переживай, тебе скоро помогут и мы уедем отсюда в безопасное место...

Лалиса заморгала, пытаясь сфокусироваться на лице Тэхена. Боль в ноге снова напомнила о себе, и она вскрикнула, сжав зубы, чтобы не закричать громче. Она тяжело дышала, ощущая, как боль сковывает её движения.

Снаружи, на обочине дороги, стояли Дженни, Хосок и незнакомка — блондинка из другой машины. Дженни, дрожа, крепко обняла Хосока, глядя на автодом, в котором была её подруга.

— Лалиса... — едва слышно прошептала она, прижавшись к Хосоку. — Что если с ней что-то серьёзное?

— Ей помогут, — тихо сказал Хосок, стараясь не показать тревогу, стирая кровь с собственного лба. Он пытался быть спокойным ради Дженни, но беспокойство за Лалису тоже не давало ему покоя. Он был готов броситься к автодому в любой момент, но понимал, что в их состоянии они будут только мешать.

Тем временем, в лесу, Джин бежал как мог, прорываясь сквозь густые заросли. Достигнув проселочной дороги, он заметил машину и ускорился, та самая машина, на которой они с Тэхеном сюда приехали, чтобы отрезать троице путь. Джин сел в машину, завел ее и дал заднюю со всей скоростью, он должен успеть до наступления ночи.

Тем временем Тэхен заметил, что Лиса открыла глаза и снова попыталась пошевелиться.

— Лалиса, не торопись. Дыши ровно. Смотри на меня, — повторил Тэхен, стараясь удержать её внимание.

Её взгляд смягчился, и на мгновение она, казалось, успокоилась, чувствуя уверенность, исходившую от Тэхена.

Через несколько минут на дороге показались фары — Джин вернулся, и с ним была Айрин. Они оставили машину сзади и стремительно направились к перевёрнутому автодому, заметив на обочине Дженни, Хосока и блондинку, чьё напряжённое молчание выдавали тревожные взгляды, устремлённые на аварийное место.

Айрин махнула им рукой, подходя ближе, и поспешно поприветствовала:

— Давайте пока постойте тут, хорошо?

Они кивнули, не решаясь сказать ни слова. Айрин и Джин залезли через открытое окно автодома внутрь. Айрин сразу опустилась на колени рядом с Лалисой, чьё лицо искажалось от боли, хотя она изо всех сил старалась держаться.

— Всё будет хорошо, дорогая, — сказала она мягко, придвигаясь ближе. — Не переживай, мы тебе поможем. Просто слушай мой голос.

Она с трудом сфокусировалась на ней, глубоко вздохнула, кивая. В этот момент к Джину, который уже осматривал раскиданные вокруг вещи, подошёл Тэхён, напряжённо взглянув на лежащую Лалису.

— Джин, проводи остальных до Колонии, — тихо сказал он, наклоняясь к нему. — Мы не знаем, сработает ли талисман, мы не можем рисковать всеми

— Что ты такое говоришь? — вылупился Джин. —  Ты сейчас пытаешься уговорить меня оставить вас здесь без знания того, что талисман сработает? 

 — Именно, — кивнул черноволосый. — Нет времени спорить, мы закроем все окна и двери, он сработает. Езжайте, у вас мало времени

Джин кивнул, и, оглядевшись вокруг, выбрался через окно обратно на дорогу. Тэхён проследил, как он скрылся снаружи, затем закрыл окно и плотно зашторил его, чтобы в салоне автодома не оставалось ни щели для посторонних глаз.

На улице тем временем начала медленно опускаться ночь. Джин подошёл к Дженни, Хосоку и блондинке, которые стояли в напряжённой тишине, бросая тревожные взгляды на автодом.

— Лалисе помогут, — уверенно сказал Джин, стараясь говорить спокойным тоном. — Но вам сейчас нужно пойти со мной. Мы направляемся в Колонию, там безопасно, и вы сможете отдохнуть до утра.

Дженни тут же нахмурилась и с трудом сдержала слёзы.

— Я не уйду отсюда, не оставлю Лалису одну! — вскрикнула она, голос её задрожал. — Мы не можем её бросить

Хосок решительно шагнул вперёд, соглашаясь с Дженни:

— Она права

Джин закрыл глаза, набирая терпения, и тихо сказал, с трудом подавляя тревогу:

— Вы не понимаете... Пожалуйста, просто послушайте. Вам потом всё объяснят. Здесь опаснее, чем вы думаете. Нам нужно уйти, чтобы переждать ночь.

Блондинка осторожно положила руку на плечо Дженни, глядя на неё с лёгким пониманием.

— Дженни, — мягко сказала она. — Давай хотя бы выслушаем его. Я уверена, Лалиса в хороших руках.

Дженни замерла, стиснув кулаки, она не успела ответить как Джин начал подталкивать их к машине. Но внезапно, когда они уже почти дошли до автомобиля. Сзади машины, а также из-за деревьев на обочине дороги начали появляться люди.

Мужчины и женщины, в старинных одежках, с виду обычные прохожие, один за другим выходили из леса и просто медленно приближаясь к ним с пустыми, застывшими улыбками на лицах. Их взгляды казались мёртвыми, и каждый из них пристально смотрел в сторону Джина и его спутников. Один из улыбающихся монстров начал изгибаться и рычать размахивая руками, остальные же медленно шагали улыбаясь.

— Что... что это такое? — прошептала Дженни, чувствуя, как от страха у неё пересохло в горле.

— Мы не дойдём до машины, — быстро сказал Джин, уже понимая, что в машине они только загонят себя в ловушку. Он повернулся к новеньким и закричал: — Бежим в Колонию! Быстрее! Она недалеко отсюда!

Не дожидаясь вопросов, он схватил Дженни и Хосока за руки, таща их в обратную сторону. Блондинка, стараясь не отставать, бросилась следом. Они пробежали автодом и свернули направо, поднимаясь выше по холму, где виднелся большой дом и свет из всех окон. Улыбающиеся люди медленно двигались к ним по дороге, сохраняя свои жуткие улыбки и не отводя взгляда.

Они бежали, не осмеливаясь оглядываться назад, люди с застывшими улыбками и пустыми взглядами продолжали выходить из леса заполняя холм, они были спереди и сзади, медленно и неотступно продвигаясь. Джин, сжав зубы, вытащил из кобуры пистолет, прицелился в одну из женщин, что стояла ближе всех, и выстрелил. Пуля пробила её плечо, но она даже не дрогнула. Казалось, она вообще не ощутила боли и продолжила двигаться, глядя на них с той же странной, выжидательной улыбкой.

— Что это за существа?! — закричала Дженни, с ужасом наблюдая за происходящим.

— Это что, кошмар? —  закричала блондинка. 

Джин, не отвечая, крепче сжал оружие, по мере того, что они приближались к дому, Джин начал кричать:

— Джису! Откройте дверь! — изо всех сил закричал он, надеясь, что кто-нибудь внутри услышит их крики.

В одном из окон мелькнула тень, и за занавеской показалось лицо. Минги, стоящий на страже у двери с ружьём, мельком глянул на выбегающих на поляну, но не сделал ни малейшего движения, чтобы их впустить. Женщина из их группы, блондинка, задыхаясь, подошла к нему и крикнула:

— Минги, ты что творишь?! Открой дверь, немедленно! Видно же, что они люди и им нужна помощь. С ними Джин!

Однако Минги оставался на месте, тогда блондинка резко повернулась и подбежала к маленькому колокольчику, висящему рядом с деревянной лестницей, она схватилась за него и начала отчаянно звонить, оповещая об опасности всех, кто был внутри.

Снаружи доносились звуки шагов: преследователи начали догонять их. Уже не было времени на уговоры. Все четверо — блондинка, Дженни, Хосок и Джин — вскарабкались на крыльцо, как могли, и начали колотить в дверь.

— Пожалуйста! Откройте! — кричала Дженни, с отчаянием бьющая по дереву.

Стук и звон колокольчика наконец привлекли Джису, спускавшуюся по лестнице из глубины дома. Она заметила Минги, который по-прежнему стоял на месте с ружьём, и его угрюмое лицо выдавало настороженность.

— Минги! Какого чёрта ты не впускаешь их?! — воскликнула она, быстро приближаясь к двери. — Ты вообще не думаешь башкой?

В этот момент, справа от крыльца, начали появляться улыбающиеся монстры, один за другим, они выходили из-за угла и двигались к двери, окружая дом, как стая, медленно и целенаправленно. Джису прикусила губу, но её рука уже потянулась к замку, и в последний момент дверь распахнулась, позволяя Джину и остальным ввалиться внутрь.

Едва все успели зайти, Джису захлопнула дверь, запирая её на засов, и повернулась к Минги, чьи глаза были полны растерянности и недовольства. Жильцы Колонии собрались посмотреть что стряслось. Джин, тяжело дыша, посмотрел на него со злостью:

— Какого чёрта вы делаете?! — крикнул он, не скрывая ярости. — Вы чуть нас не бросили!  Я понимаю, что вы тут все как дикари и отшельники живете, но друг другу помогать нужно, иначе какие вы люди после этого?

Минги, сжав зубы, едва ответил, держа ружьё крепче:

— Мы не можем позволить себе рисковать, Джин. Ты сам знаешь, что они могут войти и захватить наш дом, если мы откроем двери. Слишком опасно впускать кого угодно...

Джису шагнула вперёд, взволнованно глядя на Минги, потом на Джина.

— Минги просто боялся рисковать, если бы вы не успели, эти твари бы попали в дом и нас бы всех сожрали. Сейчас все вы в безопасности, какого хрена ты разорался, помощник? —  подняла она тон на помощника шерифа. 

Джин посмотрел на неё и нахмурился.

Тем временем внутри автодома царила тишина, нарушаемая лишь приглушёнными звуками шагов, доносящимися снаружи, и тяжёлым дыханием Лалисы. Айрин достала из своего чемодана небольшую лампу и включила её, освещая салон тусклым, но достаточно ярким светом. Снаружи вдруг начали доносится знакомые визги тварей, Лалиса в ужасе вылупила глаза тяжело дыша. Тэхён внимательно прислушивался к тому, что происходило вокруг, настороженно поглядывая на окна. Он повесил талисман на ручку двери, надеясь, что амулет сможет защитить их, но тревога не покидала его — внутри машины защита могла не работать, они никогда не пробовали действует ли талисман.

Айрин, придвинувшись к Лалисе, посмотрела на её побледневшее лицо и спокойно сказала:

— Потом уже обсудите что здесь происходит, —  она посмотрела на Тэхена, тот кивнул, затем она перевела взгляд на рыжеволосую. — Сейчас будет больно. Мне придётся вытащить этот кусок железа из твоей ноги, чтобы обработать рану

Её дыхание участилось, и она, приподнявшись на локтях, растерянно огляделась, нервно взглянув на Тэхёна, который стоял рядом.

— Тэхён, когда я начну вытаскивать железку, тебе нужно будет сразу крепко сжать рану, чтобы остановить кровотечение, — сказала Айрин, глядя на него серьёзно.

Тэхён кивнул, понимая свою задачу.

Лалиса вдруг с тревогой обратилась к Айрин, вглядываясь в ее лицо:

— Ты... ты настоящая медсестра? — едва выдохнула она, её голос дрожал от страха. — Ты знаешь, что делаешь?

Айрин, стараясь приободрить её, кивнула:

— Я четыре года училась в университете, прежде чем попала сюда. Доверься мне.

Она осторожно взяла в руки железный обломок, застыв на мгновение, чтобы Лалиса успела собраться. Затем медленно начала вытаскивать его, сосредоточившись, а Лалиса стиснула зубы, но уже через секунду не выдержала — громкий крик боли прорвался у неё из груди. Она начала дёргаться, инстинктивно пытаясь вырваться, но Тэхён, стараясь не дрогнуть, крепко прижимал рану, хотя сам скривился, видя, как сильно она страдает.

Наконец, Айрин полностью извлекла железку, отбросив её в сторону, а Тэхён сразу зажал рану, как и договаривались, стараясь остановить кровь. Лалиса заплакала от невыносимой боли, её руки вцепились в край перевёрнутого стула, и она из последних сил пыталась удержаться от крика.

Айрин быстро достала флакон со спиртом и, взглянув на Тэхёна, сказала:

— Придётся использовать его экономно. Запасов почти не осталось, — и добавила, глядя на Лалису: — Я зашью рану так, как смогу...

Лалиса, услышав это, вдруг в ужасе замотала головой, пытаясь отстраниться:

— Что? Нет! Пожалуйста, нет! — с паникой в голосе закричала она, глядя на Айрин.

Айрин опустилась на колено перед ней, стараясь говорить мягко, но решительно:

— Лалиса, у нас нет выбора. Если я не зашью рану сейчас, всё может стать гораздо хуже. Я сделаю всё, чтобы тебе было не так больно, но нужно потерпеть.

Тэхён, держа её за плечи, склонился к ней и тихо сказал:

— Ты справишься, Лалиса. Просто смотри на меня, ты сильная, мы всё сделаем быстро.

Её лицо было мокрым от слёз, но она слабо кивнула, стиснув зубы и, не отрывая взгляда, смотрела на Тэхёна. Айрин достала иглу, прошлась по ране ваткой со спиртом, вызывая у Лалисы новый всплеск боли, а затем принялась осторожно накладывать первые стежки. С каждым движением иглы она задыхалась, борясь с каждым рывком боли, но не отводила глаз от Тэхёна, стараясь не позволить панике снова захлестнуть её. Айрин сосредоточенно продолжала накладывать стежки, работая быстро и аккуратно, но каждый прокол приносил Лисе новые мучительные вспышки боли. Её лицо побледнело ещё сильнее, но она держалась из последних сил, не отводя взгляда от Тэхёна, который всё так же крепко сжимал её плечо, шепча ободряющие слова:

— Ты держишься отлично, Лалиса. Потерпи ещё чуть-чуть. Ты очень сильная, и скоро всё закончится.

Она только слабо кивала, чувствуя, как мир вокруг неё постепенно затухает, заменяясь глухим стуком крови в ушах. От каждого движения Айрин ей казалось, что сил больше не осталось, и как только она завершила последний стежок, Лалиса обессиленно рухнула на пол, из последних сил сдерживая рыдания.

— Всё, уже всё, — тихо произнесла Айрин, осторожно укладывая её ногу на импровизированную подушку из куртки. — Ты справилась.

Тэхён сжал её руку, почувствовав, как она расслабилась, и облегчённо вздохнул. Он ещё раз взглянул на окна и прислушался. Шаги за пределами автодома не утихали, но звуки стали тише, как будто твари, кружившие вокруг, начали отходить.

— Талисман, похоже, действует, — пробормотал Тэхён.

Айрин кивнула, собирая свои вещи, и, достав небольшую бутылочку воды, протянула её Лалисе:

— Пей, это поможет тебе прийти в себя. Нужно отдохнуть. Рана серьёзная, но ты восстановишься.

Она взяла бутылку дрожащими руками и сделала несколько маленьких глотков, потом закрыла глаза, пытаясь успокоиться. 

***

Дженни металась, пытаясь освободиться от верёвок, которыми её связали. Паника смешивалась с непониманием происходящего — перед глазами всё плыло, и она едва понимала, куда её ведут. Джису, стоявшая рядом с холодным и решительным выражением лица, быстро толкала её, ведя по лестнице вверх, пока не остановилась перед дверью на третьем этаже. Она отворила её, бесцеремонно втолкнула Дженни внутрь и указала на старый, скрипучий деревянный стул в центре комнаты.

— Садись, — тихо, но настойчиво сказала Джису.

Дженни села, затаив дыхание, чувствуя, как её сердце бешено колотится. Она пыталась заглянуть в глаза Джису, но та, кажется, даже не заметила её взгляда. Лицо Джису было бесстрастным и серьёзным. Окинув Дженни взглядом, она подошла к стулу напротив и села, выдерживая долгую паузу, прежде чем заговорить.

— Слушай, я понимаю, что ты напугана. Ты не понимаешь, что происходит, и тебе кажется, что выхода отсюда нет, — сказала она, облокотившись на колени и смотря Дженни прямо в глаза. — Это правда. Отсюда действительно нет выхода.

Дженни напряглась, не веря услышанному.

— Умеете вы поддерживать...  — прошептала она, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха.

Джису чуть наклонилась вперёд, голос её стал мягче, но это не успокаивало.

— Я лидер этой Колонии, здесь все идет по моим правилам. Я отвечаю за каждого человека здесь, за то, чтобы все были в безопасности. Мы попали сюда так же, как ты — не по своей воле. Мы не знаем кто они... — сказала она, выдержав паузу. — По ночам из лесу выходят монстры. Они выглядят как люди, но это только оболочка для того, чтобы нам голову морочить. Они опасны, коварны и бесчувственны, а так же бессмертны. Они умеют разговаривать и перенять внешность кого-то из наших близких, чтобы сбить с толку и мы открыли им дверь...

Дженни сглотнула, её дыхание стало частым.

— Я видела их... они... они улыбались, но их глаза... — тихо проговорила она, и голос её задрожал.

— Да, — кивнула Джису. — Они всегда улыбаются, видимо, радуются нашим страданиям и боли. Но эти улыбки не человеческие. У нас здесь есть талисманы, которые защищают нас, но лишь до тех пор, пока двери и окна закрыты. Один промах, один открытый проём, и защита не сработает. Поэтому мы живём по правилам.

Дженни беспомощно вздохнула, её взгляд стал пустым.

— Но как... Как ты вообще оказалась здесь? — пролепетала она, с трудом осмысливая услышанное.

Джису на секунду опустила глаза, словно собираясь с мыслями. Казалось, что воспоминания причиняют ей боль, но она не могла не рассказать свою историю.

— Это случилось три года назад, — начала Джису. — Мы с моим старшим братом ехали к родителям, мне было всего восемнадцать лет, а брату двадцать. Он был тем еще бунтарем и хулиганом, мы с ним в этом похожи, но родителей уважали и любили. Ночь была тёмной, как сейчас, и единственный свет, который освещал дорогу, был светом фар нашей машины. Мы очень спешили, из-за учебы я задержалась и мы ехали по ночной дороге со всей скоростью. И вот тогда на нашем пути неожиданно появилось большое дерево, а над ним кружились вороны.

Глаза Дженни округлились.

Джису кивнула, заметив её реакцию.

— Да, Дженни. Все, кто попадает сюда, видят это дерево и чертовых ворон, — Джису на секунду замолчала. — Мы ехали дальше, стараясь не обращать на это внимания, мы замечали этих тварей выходящих на дорогу, но я их послала к черту и поехала дальше. Мы ехали, ехали, пока я не заметила, что мы едем кругами и каждый раз возвращаемся к тому месту, откуда начинали, но на этот раз они решили схитрить. И тогда мы увидели её. Это была женщина, она стояла посреди дороги и смотрела на нас. Казалось, она выжидала нас, зная, что отсюда выхода нет и мы точно вернемся

— И что вы сделали? — Дженни еле слышно прошептала, охваченная страхом.

— Мой брат разозлился на тетку, она стояла и жутко улыбалась, не реагируя на мои ругани свалить к черту с дороги, пока я ее не переехала, — Джису сжала кулаки, её голос задрожал, — Он решил подойти к ней и вытолкнуть ее нахер в кусты, чтобы не мешалась больше. Но как только он подошёл к этой женщине, я увидела, как её лицо исказилось, как будто натянутая маска порвалась. Она содрала лицо моего брата, он закричал, кровища было море, он говорил мне уехать, а я застыла вцепившись в руль, другие твари медленно к нему подходили, сдирали куски мяса и ели его живьем. Я до сих пор слышу по ночам его крики... 

Дженни закрыла рот рукой, её глаза наполнились ужасом.

— Эти твари... Они не просто убивают, Дженни. Они наслаждаются страданиями. И тогда, некоторые твари направились в мою сторону, я наконец пришла в себя, завела машину и уехала...

Дженни потрясённо молчала, ощущая, как слёзы подступают к глазам. Она больше не пыталась вырваться или сопротивляться, страх и шок буквально приковали её к месту.

***

Чимин осторожно вёл связанную девушку по узкому коридору. Она вырывалась, бормотала угрозы, но он уверенно удерживал её, стараясь не обращать внимания на крики и сдавленные всхлипы. Они добрались до небольшой, тёмной библиотеки, где горела единственная лампа, отбрасывая тёплый свет на стол, заваленный старыми книгами. Заперев дверь, Чимин усадил её на стул и взглянул на неё с серьёзным выражением лица.

— Как тебя зовут? Ты в порядке? — спросил он, протягивая ей чистую тряпку, лежавшую на тумбочке рядом. — Извини, не пять звёзд, конечно.

Девушка, едва сдерживая ярость, прижала тряпку к лицу, вытирая кровь, которая проступала из разбитого носа.

— Пак Чеен, — выдавила она, вытирая нос, — я студентка юрфака, и клянусь, когда я выберусь отсюда, вас всех засужу за похищение!

Чимин усмехнулся и сел напротив неё, скрестив руки на груди.

— Я понимаю, ты злишься. Но ты даже не представляешь, в каком месте оказалась. Тут другие законы. А то, что ты — юрист, никак не поможет.

Она смотрела на него со злостью, но в глазах мелькнуло лёгкое сомнение. Лампа отбрасывала слабый свет, озаряя старые обшарпанные стеллажи, заваленные книгами, на обложках которых Чеен заметила странные символы и зарисовки. Она осмотрела комнату, пытаясь понять, куда её притащили.

— Почему нас разделили и связали? — выдавила она, нервно сжимая тряпку в руках. — Зачем всё это?

Чимин вздохнул, его взгляд стал серьёзным, и он покачал головой.

— Потому что так мы поступаем с новенькими. В первую ночь некоторые из вас ведут себя странно, на грани истерики. Мы не можем позволить себе рисковать жизнями других.

— Какими ещё «другими»? Вы нас просто запугиваете, чтобы запутать, верно? — пробормотала Чеен, но её голос дрогнул, выдавая страх, который нарастал с каждой минутой.

Чимин выждал мгновение и заговорил спокойным, тихим голосом:

— Чеен, ты оказалась в этом месте так же, как и все остальные. И выхода отсюда нет, — он выдержал паузу, глядя, как её глаза округлились от ужаса. — По ночам сюда выходят... существа. Они выглядят как люди, улыбаются, но не позволяй себя обмануть. Это не люди.

Девушка судорожно сглотнула, отводя взгляд.

— Ты... шутишь, да? — её голос сорвался, она снова взглянула на него, в её взгляде был страх и недоверие. — Это какая-то дурная шутка?

Чимин покачал головой.

— Нет, Чеен. У нас есть талисманы, которые защищают нас от них. Но они срабатывают, только если все двери и окна закрыты. Один просчёт, одна щель — и защиту пробьют. Поэтому и связали вас всех, чтобы в первую ночь вы случайно не навредили ни себе, ни другим.

— Но как... как это возможно? Что за существа? Почему они улыбаются? — Чеен сжала руки, впиваясь ногтями в ладони, её дыхание стало неровным.

— Мы не знаем, кто они такие. Мы их называем - улыбающиеся, — тихо ответил Чимин, пододвигаясь ближе. — Первое время я тоже не верил. Казалось, это всё какой-то эксперимент. Но спустя пару ночей до меня все-таки дошло, что это реальность, это не сон. Я понял, что я не проснусь в своей уютной кроватке, я не услышу надоедливый будильник оповещающий меня, что пора вставать и собираться на работу, я не увижу лица злых поваров и начальника, не услышу больше гневные комментарии клиентов, которым не понравился сырный соус или не котлетку не дожарили. Все это осталось в прошлом, теперь есть только эта реальность и нужно смириться 

Чеен сидела в оцепенении, её лицо побледнело. Чимин наблюдал за ней, понимая, что только так, через страх и ужас, ей удастся воспринять реальность нового мира.

— Ты боишься, и это нормально, — сказал он, глядя прямо в её глаза. 

Чеен отвернулась, отчаянно пытаясь не разрыдаться, но её голос дрожал, когда она снова заговорила:

— Ты... как вы вообще здесь живёте?

***

Хосок сидел на стуле посреди кухни, заливаясь смехом. Ему казалось, что всё происходящее — не более чем тщательно продуманный розыгрыш. Сехун стоял, скрестив руки, в нескольких шагах от него, с сжатым ртом.

— Ты правда думаешь, что мы всё это придумали ради шутки? — холодно произнёс Сехун, его взгляд стал колючим.

Хосок заулыбался ещё шире, чуть приподняв голову.

— О, да брось! Мы здесь всего пару часов, и вы уже пытаетесь нас запугать историями про каких-то монстров? — он хмыкнул, подмигивая, как будто всё это театральное представление.

В глазах Сехуна мелькнуло раздражения. Он решительно подошёл к Хосоку, схватил его за затылок и, с силой наклонив его голову вниз, прижался лицом вплотную к его уху:

— Если тебе настолько весело, я могу прямо сейчас развязать тебя и выпихнуть за дверь. Хочешь проверить, что там? — прорычал он, и пальцы его сильнее вжались в затылок Хосока.

Тот замер, улыбка моментально исчезла с его лица. Он на секунду затаил дыхание, чувствуя, как воздух вокруг словно похолодел. Хосок попытался отвернуться, но Сехун держал его крепко.

— Да ладно... — нервно произнёс Хосок, его улыбка стала напряжённой. — Слушай, может, хватит со мной так, а? Я понял, это всё очень забавно, но... хватит уже.

Сехун, заметив перемену в его голосе, всё-таки отпустил Хосока, хотя и продолжал сверлить его взглядом.

— Ты понятия не имеешь, куда попал, — произнёс он, отступая на шаг. — Если бы ты видел то, что видел я, смеяться бы не стал.

Хосок откинулся на спинку стула, пытаясь принять беспечный вид, но его взгляд стал настороженным.

— Ладно... — наконец выдавил он, с трудом скрывая беспокойство. — Ну, расскажи. Ты правда хочешь, чтобы я в это поверил?

Сехун усмехнулся, но в его усмешке не было ни капли веселья. Он скрестил руки на груди и кивнул, указывая головой в сторону окна, которое выходило на тёмный, пустынный двор.

— Думаешь, мы просто заперли вас ради развлечения? Видишь, там темно? По ночам к дому подходят... улыбающиеся, — его голос стал почти шёпотом, и Хосок невольно напрягся. — Люди, что ходят тут по ночам вовсе не люди

Хосок прищурился, стараясь понять, говорит ли Сехун правду, но его глаза, полные жёсткой уверенности, не оставляли сомнений.

— Улыбающиеся? Да ладно... — Хосок выдавил слабую улыбку, но от взгляда Сехуна она погасла.

— Ты идиот или что? Я по твоему шутки тут шучу? Соберись, слюнтяй мамкин это не шутки, — ответил Сехун, его голос прозвучал мрачно. —  Эти твари ждут, когда один из нас допустит ошибку, чтобы ворваться и разорвать всех на части. Достаточно, чтобы кто-то из нас забыл закрыть окно или дверь, и тогда всё, на этом всё закончится.

Хосок замолчал, сглотнув и уставившись в пол, осознавая, что весёлого в этом месте, похоже, действительно нет.

— Это все правда? — сдавленным голосом спросил он.

Сехун пристально посмотрел на него, как будто ожидая этого вопроса.

— Да, — произнёс он тихо, — Привыкай к новой жизни

***

В перевернутом автодоме царила тишина. Мебель валялась вверх дном, разбросанные вещи свалились в кучи на новом "потолке". Лиса лежала на полу, подложив под голову свою куртку, и смотрела, как Айрин прикладывает к её ноге бинт, стараясь не тревожить глубокую рану. Рядом висела банка с капельницей, медленно, капля за каплей, очищающая её кровь.

Когда она закончила перевязку, Лалиса заметила банку и, хмурясь, посмотрела на Айрин:

— Почему не из пакетика? — спросила она, указывая на импровизированную конструкцию.

Айрин прищурилась, явно не сразу поняв, о чём она, а потом коротко усмехнулась:

— Потому что это всё, что у нас осталось. Два года назад сюда приехала бригада скорой помощи, но почти все их запасы закончились. Приходится выкручиваться...

Лалиса слабо кивнула, глядя, как капли собираются в трубочке и плавно устремляются вниз. Мысли её путались – от холода, от боли, от усталости. Она искала глазами Тэхёна и заметила, что он сидел у окна, задумчиво глядя в темноту. Несколько часов назад он рассказал ей о странных существах – улыбающихся монстрах, что выходят по ночам, и об талисманах.

Она помнила его напряжённый голос и тревожный взгляд и, подавляя дрожь, спросила:

— Значит, всё это правда? Эти... монстры?

Айрин взглянула на неё, на мгновение отвлекшись от своих мыслей, и посмотрела в сторону Тэхёна. Они обменялись коротким взглядом, и он медленно кивнул.

— Да, это правда...

Сквозь окна перевёрнутого автодома пробивались слабые лучи рассвета, и тени лежали под странными углами, рисуя на стенах причудливые узоры. Айрин выглянула наружу через окно и, осторожно выбравшись через окно, выпрямилась, вдыхая свежий воздух. За ней последовал Тэхён, осторожно подхватив Лалису под руку, помогая ей встать, но её раненная нога тут же подвела её. Он крепче прижал её к себе, перенося вес на свои плечи, и стал пробираться с ней к выходу.

Добравшись до окна, Айрин протянула Лалисе руки, чтобы помочь выбраться. Тэхён аккуратно подталкивал её за бедра, а Айрин ловко подхватила её, мягко опуская на землю, чтобы не тревожить больную ногу. Она, задыхаясь от боли, ощупала место раны.

— Где мои друзья? — голос её прозвучал хрипло. — Хосок? Дженни?

Айрин кивнула и, мягко взглянув на неё, ответила:

— Джин повёл их в колонию, они в безопасности. С ними ничего не случилось.

Она чуть успокоилась и, обернувшись, заметила, что Тэхён перепрыгнул через окно и направился к своей машине, припаркованной в нескольких шагах от автодома. Он бросил короткий взгляд на друзей и уже был готов завести двигатель, когда понял, что ключей нет. Лицо его помрачнело, и он вернулся к Лалисе и Айрин с пустыми руками.

— Кажется, Джин забрал ключи ночью, когда уходил, — сказал он, пряча разочарование в голосе. — Придётся идти пешком.

Айрин окинула их обоих внимательным взглядом, затем склонилась к Лалисе и проверила повязку на её ноге. Она выглядела усталой, но сохраняла решимость.

— Тебе нужно промывать рану и менять бинты регулярно, — строго сказала она. — Без этого риск заражения слишком велик.

— Я позабочусь об этом, — ответил Тэхён, кивая. Он уже не в первый раз помогал людям в подобной ситуации и понимал, как важно всё сделать правильно.

Айрин, бросив последний взгляд на них, попрощалась, повернулась и медленно зашагала в сторону леса.

— А она куда? — удивлённо спросила Лалиса, глядя ей вслед.

Тэхён коротко усмехнулся, качая головой.

— Айрин живёт в больнице. Эта больница находится между городком и колонии

Лалиса молча смотрела на силуэт Айрин, который вскоре скрылся среди деревьев. Шериф Тэхён бережно подхватил Лалису за талию, и она, прижавшись к нему, обвила его плечо рукой. Её раненая нога отказывалась выдерживать вес, и каждый шаг давался с трудом. Он чувствовал себя немного неловко, но понимал, что без его помощи она не сможет дойти до колонии. Они медленно шли по узкой дороге, окружённой высокими деревьями, тени которых простирались вокруг, скрывая их от утреннего солнца.

— А как вы сюда попали? — нарушила тишину Лалиса, взглянув на него с лёгким любопытством.

Он помолчал, обдумывая ответ, а затем тихо заговорил:

— Это был самый обычный день, мы возвращались домой. Я, моя жена и сын. Забрали его из детского сада, сходили в Макдональдс и вкусно поели, как всегда. Всё было спокойно, но по дороге домой мы увидели дерево лежащее прямо на шоссе. Оно преградило нам путь.

Он вздохнул, пытаясь скрыть тревогу.

— А потом появились вороны. Чёрные вороны, их было десятки... Они летали в воздухе хаотично

— Мы тоже видели дерево, — тихо ответила Лалиса, ощущая легкий холодок по спине. — И ворон...

— Верно, — кивнул Тэхён. — Все, кто живет в этом месте, видели перевёрнутое дерево и вороны... 

Лалиса чуть улыбнулась, пытаясь разрядить тяжёлую атмосферу:

— Значит, у тебя есть жена и ребёнок? — она посмотрела на него с теплотой. — А сколько сыну лет?

Тэхён замер на миг, и его лицо омрачилось, будто его что-то сковало. Он глубоко вдохнул, готовясь к ответу:

—Через месяц ему бы исполнилось пять лет.

Лалиса удивлённо расширила глаза, не зная, как реагировать. Она сильнее сжала его плечо, ощущая его боль.

— Простите... Я не знала, — прошептала она, сочувственно глядя на него.

— Всё в порядке, — наконец сказал он, как бы больше себе, чем ей. — Я привык... просто делаю то, что должен. Знаешь, порой это единственное, что помогает идти дальше.

— Я понимаю, — тихо ответила Лалиса, чувствуя, как нарастает ком в горле. 

Через некоторое время Лалиса снова заговорила, стараясь отвлечь его и, возможно, себя саму:

— А давно вы работаете шерифом?

— Не очень, в прошлой жизни я учился на полицейского, и знал, как вести себя в стрессовых ситуациях. Когда я попал сюда, здесь не было порядка, люди жили без правил, в свое удовольствие, ведь это место позволяет любому выпустить своих демонов, ведь здесь нет законов, которых нельзя нарушать. Я нашел талисманы в лесу и упростил жизни этих людей, я пришел и навел порядок, таким образом они доверились мне, и я стал лидером

— Ты один из немногих, кто сохранил честь и отвагу, судя по всему, — с уважением сказала Лалиса, посмотрев на него. — Не каждый бы смог стать лидером в таком месте

Он усмехнулся, хотя и без особого веселья:

— Это просто работа

С каждым шагом они всё больше приближались к колонии. Лалиса почувствовала, как боль в ноге усилилась, но старалась не показывать этого. Когда они наконец вышли на открытую площадку, на горизонте показался большой дом.

— Мы с Хосоком и Дженни решили поехать отпраздновать окончание учебного года. Столько всего запланировали... Пока не случилось это, — она печально улыбнулась и посмотрела на Тэхена.

Он кивнул, слегка нахмурившись. 

— А ты... совсем не боишься? — спросил он, пытаясь найти ответы в её глазах.

Лиса хмыкнула и чуть покачала головой.

— Может, у меня просто шок, — она взглянула на него с лёгкой улыбкой. — Думаю, чуть позже меня накроет...

Он замолчал на секунду, а затем спокойно продолжил:

— Честно говоря, ты справляешься куда лучше, чем некоторые...

Лиса задумалась над его словами, а затем, словно набравшись смелости, спросила:

— А сколько вам лет, если не секрет?

Тэхен улыбнулся, но не сразу ответил, словно взвешивая, стоит ли рассказывать.

— Неделю назад мне исполнилось двадцать шесть.

Лиса удивлённо вскинула брови:

— Ну, с прошедшим, шериф

Тэхен чуть усмехнулся:

— Спасибо

***

Дженни медленно спускалась по старой деревянной лестнице. Она не сразу заметила, насколько здание старое и потрёпанное: в полумраке лестничного проёма стены были покрыты обоями, которые кое-где отклеились, а перила были натёрты до блеска, словно их касались тысячи рук. Вчера, когда её разместили здесь поздно вечером, она была слишком уставшей и напуганной, чтобы обратить внимание на детали.

Спустившись на первый этаж, Дженни увидела людей, которые старались занять себя хоть чем-то: кто-то шил одежду, кто-то читал давно потрёпанные книги, другие сидели молча, уткнувшись в свои мысли, но перед всеми были бутылки с картофельной водкой, в воздухе витал запах спирта. Она с утра пробовала звонить кому-то, но сети нет, гудки не идут. Она подошла к выходу и распахнула дверь, шагнув на крыльцо. В лицо ударил прохладный ветер. Перед зданием открывалась широкая равнина, и люди трудились на поле, собирая урожай. 

— Ты же Дженни, новенькая, да? — внезапный голос за её спиной заставил Дженни вздрогнуть. Она обернулась и увидела высокого парня с усталым лицом. Он выглядел немного старше её и держал в руке кружку, из которой шёл слабый пар. Его волосы были растрёпаны, а на губах застыла лёгкая ухмылка. Он поднял руку, извиняясь за свою внезапность. — Прости, не хотел тебя напугать. Я Бобби, один из жильцов этой колонии, — он посмотрел на неё понимающим взглядом. — Знаю, как ты себя чувствуешь. Все мы испытывали это в первое время, — Бобби улыбнулся. — Злость, страх, отказ принять всё это... но это пройдёт. Сначала ты будешь бороться, потом злиться, но в итоге просто смиришься и будешь существовать. Это случается со всеми.

Дженни слегка нахмурилась, чувствуя обиду от его слов. Она глубоко вздохнула, сдерживая гнев, и заставила себя улыбнуться:

— Пожалуй, я бы предпочла жить, а не просто существовать...

Бобби слегка наклонил голову, изучая её выражение.

— Жить, говоришь? — он опёрся локтями на перила, глядя вдаль, и добавил тихим, почти задумчивым тоном: — Если это можно назвать жизнью. Скорее, мы существуем в серых рамках. Не мечтаем, не строим планов, просто живем одним днем и все

Его слова звучали глухо и безнадежно, будто он давно утратил веру в то, что что-то может измениться. Но Дженни, ещё не испытавшая всей суровости этого места, смотрела на него с лёгким непониманием.

— Но ведь...надежда умирает последней, — не выдержала она, ощущая, что его пессимизм её смущает.

Бобби усмехнулся, но его улыбка была холодной и почти пустой.

— Когда-то мы были как ты, с огнём в глазах и желанием бороться. Но поймёшь, рано или поздно... что мир этот берёт своё, от нас мало что зависит

Бобби молча смотрел вдаль, туда, где поле постепенно сливалось с густыми лесами, именно оттуда, по ночам выходили неведомые существа.

— Знаешь, — наконец произнёс он, не поворачивая головы к Дженни, — страшные не твари, что выходят из леса. Они ужасны, да... Но страшнее то, что это место делает с людьми. Как оно постепенно изменяет нас, заполняя сознание чужими мыслями, искажающими реальность.

Дженни настороженно посмотрела на него, её взгляд стал напряжённым. Она чувствовала, как в груди сжимается что-то от страха.

— Какие мысли? — тихо спросила, она была не уверенна, что хочет услышать ответ. Её руки дрожали, и она спрятала их в карманы толстовки.

Бобби чуть усмехнулся, наконец обернувшись к ней. Его взгляд был тяжёлым и грустным.

— Мысли о том, что ты бессилен, что борьба — бессмысленна. Сначала ты стараешься выживать, сражаться с тем, что скрыто в лесу, а потом... понимаешь, что это бесполезно. И самое ужасное — тебе уже и не хочется больше что-то менять. Просто принимаешь всё как есть и... существуешь, как робот.

Его слова пронзили Дженни как холодный ветер. В этот момент за её спиной послышались быстрые шаги. Дженни обернулась и увидела Хосока, который как раз выходил на крыльцо, ругаясь на свой телефон, который не ловил сеть. Он выглядел взволнованным и слегка испуганным, будто случилось что-то еще.

— Дженни, — позвал он, указывая рукой вдаль. — Это... Лалиса. Вон там, с шерифом! Они идут сюда!

Дженни, забыв обо всех своих страхах и о напряжении от разговора с Бобби, развернулась и посмотрела в ту сторону, куда указывал Хосок. На дальнем краю поля, поддерживая друг друга, шли Лалиса и шериф Тэхен. Даже издалека было видно, что Лалиса прихрамывает, а шериф бережно поддерживает её за талию, внимательно следя за её состоянием.

— Лалиса! — воскликнула Дженни, почувствовав прилив облегчения, смешанного с тревогой. Она сорвалась с места и побежала по тропинке, ведущей к ним, и Хосок, не отставая, устремился следом.

Бобби остался стоять на крыльце, наблюдая за тем, как двое друзей в панике и с надеждой спешили навстречу Лалисе и шерифу. Он лишь проводил взглядом, понимая, что снова видит перед собой тех, кто ещё верит и хочет бороться, как и он когда-то.

Тэхен заметил их приближение и кивнул, не отпуская Лалису, чья нога всё ещё болела. На её лице отражались и усталость, и облегчение — она была рада видеть друзей в безопасности.

— Лалиса! — Дженни остановилась перед ними, её лицо выражало смесь тревоги и радости. — Мы так переживали. Ты как?

Лиса улыбнулась, слабо, но искренне, и взглянула на Дженни и Хосока:

— Меня полечили немного. Спасибо шерифу, иначе я бы сюда и не добралась.

Хосок нахмурился, внимательно осматривая Лалису, пытаясь убедиться, что она действительно в безопасности.

Джин вышел из дома и, заметив Тэхена, сразу направился к нему.

— Ну что, как всё прошло? — спросил он.

Тэхен устало кивнул.

— Айрин смогла обработать рану, и талисман сработал. Лалиса отдохнёт, но она ещё долго будет в себя приходить.

Джин облегченно выдохнул и улыбнулся.

— Отлично. Хоть это радует. Ты знаешь, ночью... — Джин замялся, потом всё же продолжил. — Люди Джису не особо хотели нас пускать в дом.

Лицо Тэхена сразу омрачилось, и тёмные глаза сузились.

— Что?! — он вздохнул, стараясь обуздать ярость, и, обернувшись к Хосоку и Дженни, сказал, указывая в сторону Лалисы: — Отнесите её в дом, пусть отдохнёт.

Не дожидаясь ответа, он решительно зашагал в сторону колонии, едва сдерживая гнев. Он знал, что сейчас всё может обостриться, но его терпению, кажется, настал конец. Оказавшись внутри, он замер на мгновение, вдыхая тяжёлый воздух, пропитанный запахом водки и дыма. Жители, казалось, давно привыкли к такому хаотичному существованию, и, увы, Джису только поощряла их безразличие к порядку и дисциплине. В этом доме люди жили одним днём, не задумываясь о последствиях.

Тэхен взбежал по лестнице на третий этаж и резко постучал в дверь. Спустя мгновение, дверь открылась, и на пороге появилась Джису. Её лицо было мрачным, она не спешила скрывать своё недовольство.

— Что, твой помощник нажаловался? — произнесла она усмехнувшись, затем вошла в свою комнату и подняла брови.

Тэхен уставился на неё, сжав челюсти, пытаясь не сорваться, но, увы, не сдержался:

— Джису, я пытаюсь сплотить этих людей, сделать так, чтобы они заботились друг о друге, как семья! А ты, — он показал на пустые бутылки на столе, — ты просто поощряешь это свинское поведение.

Она усмехнулась и скрестила руки на груди, вызывающе глядя на него.

— Мы договаривались, Тэхен, — холодно произнесла она. — Я не вмешиваюсь в твои дела, а ты не лезешь в мои. Я даю этим людям свободу. Пусть они выплёскивают все свои эмоции и переживания, и если для этого им нужна водка - почему бы и нет?

Ким на секунду замер, его взгляд стал ещё более жёстким.

— Свобода? — его голос начал срываться на крик. — И это ты называешь свободой? Как это поможет кому-то выжить?

Джису резко фыркнула, её глаза сверкнули.

— Да! Помогает, потому что люди чувствуют хоть какой-то выход! Они сбегают из реальности хотя бы на несколько часов, вместо того чтобы слушать твои проповеди, Тэхен!

Он глубоко вздохнул, стараясь справиться с нарастающей злостью.

— Может, они и сбегают из реальности, но не понимают, что это лишает их сил, которые могли бы понадобиться для настоящего выживания.

Она молчала, но по её выражению было видно, что она не уступит. Черноволосый вздохнул, стараясь найти слова, которые смогут её достучаться. Впрочем, Джису была непреклонна, её лицо оставалось каменным.

— Джису, — тихо начал он, но голос его не дрожал, а звучал уверенно. — Ты думаешь, что это выход, что это поможет людям стать сильнее? Водка и ночные пляски? Мы оба знаем, что твои люди не справятся, когда придёт время. Они даже не смогут постоять за себя. Ты не видела, что случилось прошлой ночью? Эти твари в лесу не пощадят никого, кто не готов.

Джису посмотрела на него с нескрываемым раздражением.

— Думаешь, что я не знаю, что происходит, Тэхен? — её голос звучал спокойно, но с оттенком горечи. — Я видела такое, чего тебе и не снилось. Люди заслужили право выбирать, как им жить. Здесь никто никому не обязан.

Тэхен нахмурился, его лицо отразило утомление, накопившееся за долгие месяцы.

— Твои люди боятся помогать, они закрываются. Это только их разрушит. — он на секунду замолчал, смотря на неё. — Разве ты сама не понимаешь, что становишься частью этой... этой тьмы? Ты же не такая. Я знаю тебя лучше.

На мгновение в глазах Джису мелькнуло что-то, но она тут же отвернулась, скрывая эту чувствительности за привычной холодностью.

— Это то, чего они хотят, Тэхен. И я тоже хочу того же. У каждого из нас своё место. У тебя — закон и порядок, а у меня — мои люди, свобода и поддержка

— Вот что, Джису. Я ухожу, — сказал он на прощание, глядя прямо в её глаза. — Но знай, что когда ты решишь переступить через свою гордость и прийти ко мне, двери моего дома будут для тебя открыты.

Он выходя из комнаты Джису, столкнулся у двери с Сехуном, который с явной враждебностью остановил его. Его глаза холодно блеснули, и он грубо бросил:

— Послушай, шериф, ты тут только гость. Лучше держись подальше и не суйся на чужую территорию.

Тэхен лишь закатил глаза, на этот раз решив не встревать в бессмысленную перепалку. Он прошёл мимо, стиснув зубы, и направился вниз по скрипучим ступеням.

В комнате Джису осталась одна, её взгляд потух, и она тяжело вздохнула. Ей самой было невыносимо видеть, как люди, которым она хотела помочь, проваливаются в пропасть отчаяния. Но ведь то, что она делала, действительно помогало им? Или это лишь позволяло им забыться на время? Эти вопросы не давали ей покоя. Внезапно в комнату вошёл Сехун, его взгляд был настороженным, и он внимательно смотрел на Джису.

— Ты знаешь, если ты захочешь, — сказал он, скрестив руки на груди, — мы можем перестать доставлять им урожай. Пусть умрут с голоду, если такие неблагодарные.

Джису поправила прядь тёмных волос, выбившуюся из причёски, и покачала головой.

— Нет, Сехун. Мы всё же люди, а не звери. И как бы мне ни было тяжело с некоторыми из них... мы все здесь заперты. Мы все попали в это место, как пленники. Нам нужно как-то уживаться.

Сехун мягко усмехнулся и осторожно положил руку ей на щёку, едва касаясь её кожи. Его взгляд смягчился, и он сказал, чуть иронично:

— Пока они считают тебя сукой, ты на самом деле остаёшься чертовски доброй девушкой.

Джису слегка улыбнулась, но эта улыбка была горькой и едва заметной. Она отвела взгляд, чувствуя, что слова Сехуна, возможно, не так далеки от правды, но это лишь ещё больше запутывало её.

— Ты знаешь... — проговорила она, медленно подбирая слова. — Я действительно запуталась. Иногда я не понимаю, кто я на самом деле. То ли я та, кто готова поддерживать этих людей любой ценой, то ли та, кто хочет просто уйти в сторону и не думать о них.

Сехун пристально посмотрел на неё, его голос стал мягче, чем обычно:

— Знаешь, не все такие, как Тэхен. Не все будут судить тебя за каждый твой шаг. Ты просто должна принять, что не сможешь угодить всем. Делай так, как считаешь нужным, и... позволь мне поддерживать тебя.

Она страстно притянула Сехуна к себе, их губы. Он обнял её за талию, приподняв, и бережно уложил на массивный стол, что стоял в углу комнаты. Их руки жадно скользили по телам друг друга, стирая все границы. В этот миг они были вдвоём, забыв о мрачном мире вокруг.

Тем временем на первом этаже, в дальней комнате, Дженни и Хосок осторожно усаживали Лалису на раскладное кресло. Лицо Лалисы было бледным, и в глазах читалась боль, но она старалась не показывать, насколько ей тяжело.

— Спасибо, — прошептала она, глядя на друзей. — Я даже не знаю, что бы делала без вас.

— Всё хорошо, мы справимся, — ободряюще ответил Хосок, кладя ей подушку под спину. — Просто отдыхай, Лалиса

В этот момент к ним подошла молодая жительница колонии, стройная девушка с короткими волосами, улыбка которой смягчала даже самое холодное утро. В её руках был поднос с едой.

— Привет, я Рюджин, — сказала она, осторожно ставя поднос на небольшой столик рядом с Лалисой. — Решила принести вам что-нибудь на завтрак, вы ведь новенькие, так?

Дженни улыбнулась, стараясь сгладить неловкость первой встречи.

— Да, спасибо тебе, Рюджин. Ты такая добрая, — сказала она, протягивая руку, чтобы пожать руку Рюджин. — Я Дженни, а это Лалиса и Хосок.

Рюджин присела на край раскладушки, глядя на Лалису с заботой.

— Не за что, я просто подумала, что вам нужно время, чтобы освоиться. Колония сложное место, — сказала она, её улыбка померкла. — Но... здесь есть и хорошие люди. Мы стараемся поддерживать друг друга, насколько это возможно.

Хосок кивнул, заинтересованно разглядывая Рюджин.

— Звучит обнадёживающее. Нам говорили, что в этом месте живут только те, кто потерял надежду...

Рюджин, глядя на Лису с заботой, обернулась к Хосоку и Дженни:

— Ей сейчас нужно отдохнуть, а вы, если не возражаете, можете пойти со мной. Поможете немного на кухне? Несмотря на... происходящее, здесь каждый занят своим делом.

Хосок и Дженни переглянулись и согласились. Уходя, они оставили Лалису одну в комнате. Едва дверь за ними закрылась, она почувствовала, как её сердце сжалось. Грусть и страх, не покидавшие её с самого прибытия, захлестнули с новой силой. Одиночество, тьма и эта чуждая обстановка — всё казалось таким страшным. Слеза скатилась по щеке, когда она подумала о матери. 

Вдруг в комнате раздались шаги, и на пороге появился Тэхен. Он только что встретил в коридоре Хосока, Дженни и Рюджин, которые направлялись на кухню. Увидев его, Лиса быстро смахнула слёзы, стараясь не показывать свою слабость, но он заметил её состояние.

Тэхен подошёл ближе, сел на стул напротив и спокойно, с лёгким пониманием сказал:

— Знаю, что тебе страшно... — он сделал паузу, выдохнул. — Я просто пришёл проведать тебя, прежде чем уйти в городок. Нам нужно будет устроить церемонию выбора, когда ты будешь на ногах.

Лалиса подняла голову, удивлённо глядя на него.

— Церемония выбора? — спросила она тихо.

Тэхен кивнул, терпеливо объясняя:

— Это важный обряд для всех новеньких. После церемонии ты и другие будете выбирать, где жить: здесь, в колонии, или в городке. Это... большой выбор, и раз передумать после него будет нельзя, стоит всё хорошенько обдумать.

Лалиса слегка нахмурилась, пытаясь понять, в чём разница между этими двумя местами. Тэхен, видя её замешательство, продолжил:

— Город больше похожа на лагерь. Там люди сплочённые, привыкли заботиться друг о друге, но жизнь в городке более сурова. В колонии же... всё иначе. Сами понимаешь, там каждый сам за себя, правила слабее, каждый ведёт себя как хочет. И... — он ненадолго замолчал, подбирая слова. — Здесь опаснее. Тех, кто хочет забыться, бывает, уносят волны отчаяния.

Лалиса задумчиво кивнула, слова Тэхена звучали сурово, но его голос был тёплым и успокаивающим. Он как будто хотел, чтобы она поняла всё до конца, чтобы знала, в какой реальности ей теперь придётся жить.

— Спасибо... за объяснение, — прошептала она, глядя на него.

Тэхен кивнул и мягко улыбнулся, вставая с места.

— Отдыхай. Скоро всё это станет более понятным.

2 страница28 апреля 2025, 16:45