Бронхит-это не смертельно?
В приступе злости, смешанной с непониманием и паникой, Макс ворвался в гостиную своего дома, резко бросив рюкзак на пол. Он схватился за голову, вцепившись пальцами во вьющиеся волосы. Глаза начало щипать и уже практически заблестели капельки на ресницах. Макс и сам не заметил, как вцепился ногтями в кожу, не чувствуя глубины свежих царапин.
— Это нормально. Всё, что ты чувствуешь.
На пороге стоял сосед, перекрестив руки на груди. Он обогнул мальчика взглядом, после чего подсел к нему ближе. Рука Криса неторопливо и бережно убрала руку мальчика, проведя кончиками пальцев по царапинам.
— Не надо. Ты не виноват. Приляг, я принесу попить, — голос его звучал мягко, тихо, и Макс начинал чувствовать себя в безопасности. Начиная осознавать, что происходит, он сделал несколько глубоких отрезвляющих вдохов и выдохов и бессильно упал на диван.
На часах уже бил первый час ночи. Крис поднёс к иссохшим губам Макса чашку чая и помог ему приподняться. Мужчина молча протянул ему таблетку, которую тот запил. Измученный взгляд говорил сам за себя.
— Поговорим? — неукоснительно произнёс Крис.
— Говорить не о чем, — бессильно выдохнул Макс , нахмурившись. — Я опять начну извиняться, а ты скажешь, что всё о'кей, пройдёт пару часов, и мы снова окажемся в неловкой ситуации. Ловушка.
— Ты помнишь, как возник твой страх?Спросил Доктор.
— Нет. Это было с детства. Никаких причин, триггеров прошлого нет. Не было врача, который разбил мою веру в доброту медицинского персонала. Не было запугиваний. Я просто живу… с этим маленьким позорным секретом. Оставь меня.
— Не могу. Ты в опасном для самого же себя состоянии и можешь сделать себе хуже. Я буду сидеть здесь, пока ты не уснёшь, чтобы убедиться, что всё в порядке. С утра нужно будет поехать в больницу со мной, оставлять без присмотра тебя нельзя. Обещаю, ничего плохого с тобой делать там никто не будет. Во всяком случае, ничего такого, чего я бы не сделал здесь. Доверься мне.
— Не могу.
— Почему?
— Мне страшно. Я ныряю в неизвестность. Вы… ты не поймёшь этого.
Крис с какой-то грустью посмотрел на мальчишку и пригладил выбившиеся чёрные пряди на голове. Он легонько приобнял его.
— Если бы ты не был дорог мне, я бы действовал иначе. Не подумай, я очень люблю всех детей и работать с ними, но в таких крайних случаях я обязан поступать по-другому. Я делаю для тебя исключение… так почему бы тебе не сделать для меня?
Подросток ничего не ответил, и вскоре лекарство подействовало, заставив его крепко заснуть.
Крис принял холодный душ, надел идеально выглаженную рубашку и красивый изумрудный галстук (предварительно закрыв Макса в квартире на ключ во время перебежек из одного дома в другой). Решив не сильно париться с завтраком, он пожарил яичницу для себя и ещё дремлющего соседа и закинул хлеб в тостер.
Почувствовав, что пахнет чем-то горелым, парень нехотя проснулся.
— Что горит? — спросонья спросил он, вызвав улыбку мужчины.
— Завтрак. Пошли, всё готово, через пятнадцать минут выезжаем.
Макс не стал тратить силы на возражение и сел за стол. Яйца оказались вполне съедобными, а тосты казались не такими ужасными с перебивающим запах гари клубничным джемом.
Подъезжая к больнице, Крис всё чаще поглядывал за мальчиком через зеркало.
– Ты нормально?
– Пока что да… – Макс помолчал, с пристрастием разглядывая свою обувь, а затем очень осторожно, слегка стыдливо и робко уточнил. – А мне могут выписать уколы?
– Да, – признался Крис, вжимаясь крепче фалангами пальцев в руль.
– И что тогда будем делать?
– Будем делать уколы, – неукоснительно отрезал мужчина, паркуясь. – Нужно лечить тебя.
– Пойдем, – скомандовал доктор, и парень нехотя покинул машину.
В больнице Максу было очень неуютно, хотя это заведение было определенно лучше, чем многие городские – в коридорах висели детские рисунки, по телевизору показывали мультики, и где-то даже были игрушки. Повсюду автоматы с едой, передвижение по лифтам… Если бы не люди в белых халатах, Макс с радостью бы и жил здесь, как в отеле.
– Посиди пока у меня, я схожу за результатами. Не вытворяй глупости, а то я недавно слышал, как один парень в центральной больнице выпрыгнул через окно кабинета травматолога… Короче, ты так не делай.
Доктор исчез, а Финч начал осматривать кабинет. Нисколько не изменился за два дня.
Дверь распахнулась , и вошёл Крис.
– У меня что-то плохое, да? – первым решился начать разговор Макс, тут же об этом пожалев.
– Не смертельно, это уже радует. У тебя бронхит. Не очень запущенный, но лечиться придëтся.
– И… как же будем лечиться?
– Сиропы, ингаляции, таблетки… – в воздухе повисла недосказанность. – И инъекции. Пять дней по два раза.
Макс сжался, стал активно потирать ладонями свои ноги, затем перейдя и на шею.
– Макс, ты немножко нервничаешь, я понимаю, но этого не избежать. Приготовься, пожалуйста, – заботливо, но вместе с тем и немного строго, с какой-то сталью, присущей только врачам, сказал Крис.
Глаза Макса заблестели, в них смешалась тревога, страх, обида и загнанность. Крис отправился распаковывать препарат. Подросток лëг на кушетку, но пошевелиться не мог. Когда над ним уже появился сосед с грозным оружием в руках, он рвано выдохнул.
– Давай, всë пройдет хорошо.
Кристофер бережно охватил плечо мальчика, подталкивая перевернуться. После он ласково погладил его по спине.
– Не бойся, я за тебя сам очень переживаю. Не хочу тебя обидеть.
Макс освободил участок кожи и постарался расслабиться. Влажный след, оставленный спиртовой салфеткой, вызвал рой мурашек.
– Раз, два, три-и, – Кристофер вëл иглу, на что Макс бессильно простонал. – Всë, худшее позади, немножечко потерпи… Вот, умничка, мы с тобой сделали первый укол. Не больно же?
– Ну… Немножко, вообще-то.
– Ты был чересчур напуган. Хорошо себя чувствуешь? Голова не кружится?
– Вроде…
– Только давай договоримся, что ты на меня не будешь обижаться, ладно? Будем отделять личное от рабочего. Тебе может показаться, что я слишком мягок и сюсюкаюсь с тобой, но ты же сам понимаешь, это для твоего же блага. Через дня три сможешь ходить на занятия, я знаю, что тебе нельзя много пропускать, хотя и не одобряю жертву здоровьем.
– Договорились. Спасибо, Крис. Я буду стараться как-то бороться с этим, правда.
– Ты ходил к психотерапевту? – спросил Макс.
– Ну, о таких вещах обычно не рассказывают, да ты и не спрашивал.
– Давно это было?
– Не так уж и давно. Я с ней давно знаком, но обратился за помощью впервые в этом году.
– И.. много раз ты ходил к ней?
– Так тебе всё и расскажи. Я согласен рассказать тебе только при одном условии. Если ты сам сходишь на приём. Всё абсолютно конфиденциально, честно.
– Да что ж такое, так я и знал… И сколько длится сеанс?
– Час, всего шестьдесят минут. Просто разговор.
– Где? В больнице?
– Я могу попросить её приехать домой.
– Чёрт с ним, ты всё равно своего добьёшься. Я согласен.
– Отлично, тогда после приёма и поговорим.