XVIII
Утро января встречало жителей города лёгким морозом и накрапывающим дождём. Снег, который только пару дней назад толстым одеялом укрывал город, сегодня уже составлял кашу из слякоти и грязи, которая так и наровила прилипнуть к обуви. Но даже данная погода не мешала душе радоваться прекрасному дню, который наступил, словно впервые. И все ж хорошо быть оптимистом.
Хэйден шла по улице, напевая Скриптонит - Я не улыбаюсь. Да, песня довольно мрачная, но сама девушка так и сияет радостью от очередного начавшегося дня. Рядом шла Эхо и ела мороженое. Хэйд решила погулять, ведь брат ещё спал, когда та пробудилась.
– Слушай, а я вот понять не могу. Ты ж беременна, так? – Начала вдруг Эхо. Сегодня на ней было намного больше яркого макияжа, но Хэйд привыкла к броскому стилю лучшей подруги, а так же к тому, что ту никто не замечает, что очень странно.
– Ну да... – МакКейн повернула голову в сторону девушки, постепенно закуривая. Почему-то Хэйд не видела беременность - как причину бросить курить и пить.
– А ты не думала о том, кто может быть отцом? Все ж не быть тебе матерью-одиночкой. Это не так и весело, как кажется... – Эхо пожала плечами. Да, последнее время она начала заботиться о Хэйд, что не менее странно. Про вчерашний разговор девушки словно забыли.
– Зачем мне это? – Брюнетка изогнула бровь. – Я и так справляюсь. У меня есть брат, который поможет... Если что, Алексей может стать имитатором отца, если надо будет.
– Ты так спокойно об этом говоришь? – Готичка поперхнулась холодным лакомством. – Да твой брат готов тебя в психушку отдать, как только поймёт, что ты безнадежна! А Алексей... Нельзя оставлять ребенка без отца. Нельзя ему врать!
Настала очередь давиться Хэйден, только уже сигаретным дымом.
– Ты что такое несешь!? – Хэйден перешла на крик, не обращая внимания на то, что прохожие странно оборачиваются. – Ты что такое мелешь?!
– Ты ещё не поняла?! – Крикнула Эхо, резко кидая мороженое в слякоть, от чего лакомство преобретает серый цвет. – Да у тебя проблемы с головой! Откуда Томас, как ты думаешь?! Он - плод твоего воображения, дура! Никакой не друг семьи, он никто! Его не существует! Мне надоело слушать о нем день за днем, приходится выслушивать что-то о каком-то Томасе, которого нет. Почему?! – Эхо ткнула пальцем в грудь девушки. – Да потому что не в моём стиле обижать лучшую подругу, ясно?! Я ухожу, а ты подумай о том, что будет на самом деле правильно!
После этих слов Эхо развернулась на шпильках и поцокала в сторону серой людской массы, пока совсем не скрылась из виду. Хэйден просто стояла на месте и переваривала все, что услышала от лучшей подруги.
***
– Может, чаю?
– Не откажусь...
Митяй прошёл к чайнику, который уже был горячим. Быстро горячая жидкость разлилась по кружкам, а после пакетики чёрного индийского чая утонули там же, окрашивая воду в сероватый. Сахар не пил никто, поэтому кружки мгновенно оказались на столе.
Парень вообще не думал, что кто-то навестит его, поэтому множество битой посуды все ещё осколками рассыпано по полу кухни и гостиной, куда Митя тоже успел добраться во время психоза и ярости. Мысль о том, что Хэйден лишь использовала, зарождала чёрную дыру, которая постепенно засасывала эмоции, заставляя сердце покрыться толстой коркой льда. Но эта корка начала трескаться, когда в дверь позвонили, и на лестничной клетке стояла именно она.
– Вот...
Парень добавил конфет и сел за стол, слегка потирая виски. Голова болела, не смотря на успокоительное, которое пришлось выпить во время прихода Хэйд. Девушка же слегка тряслась, не зная даже о чем говорить.
– Спасибо.
А что ещё говорить? Хэйден понимает, что три месяца назад секс был только с Митей, но начинать разговор с: "Привет, Мить. А ты отец моего ребёнка, прикинь?" было как-то не так, как надо было. А как точно начинать, девушка не знает.
– Почему ты меня избегаешь? – Тишину нарушил голос Баскакова, от которого Хэйд вздрогнула.
– Потому что ты мне не нужен. Мне все равно на тебя... – Кажется, лгать Хэйден не умеет.
– Да-а? – Митя грустно усмехнулся. – Тогда почему ты прижималась ко мне в реанимации, крича, что не хочешь, чтоб смерть забирала меня, м?
Хэйден вздрогнула, вспоминая о гнусных лапах Смерти, которые так и наровили коснуться девушки и ее дорогого человека. С этим не шутят.
– Потому что... – Голос дрогнул. – Потому что Смерть хотела забрать тебя...
– Да что за глупости? – Хмыкнул Митяй, поднимаясь. – Никто меня не хотел забирать...
– Нет! – Хэйд подскочила, переходя на крик. Ее начало трясти. – Смерть ходит вокруг меня, пытаясь отловить момент, забрать! Я была в ее владениях, в ее темноте, но я смогла вернуться, понимаешь?! Три дня я чувствовала, как Смерть протягивает ко мне свои холодные пальцы, покрытые мерзкой слизью и отдают гарью, но потом смогла отвернуть ее от себя. В реанимации я чувствовала, что она там! Сначала она меня трогала... – Голова Хэйден стала кружиться от мгновенных воспоминаний. – А потом потянулась к тебе! Она хотела забрать тебя!!! Смерть хотела забрать отца моего ребёнка, чёрт возьми!
Слёзы хлынули из глаз девушки, словно из крана. МакКейн трясло от воспоминаний, от эмоций, от чувств и... От ощущения, что Смерть снова здесь. Ее ветвистые руки, желающие объятий, тенями поскользили по стенам, постепенно двигаясь в сторону девушки. Хэйден заметила их не сразу, но, когда почувствовала, крик сорвался с уст, и Хэйд закрыла лицо руками, просто разрываясь в истерике и ужасе. Паника накрыла девушку с головой, а та ей охотно поддалась.
Митяй же стоял как ошарашенный с минуту. Лишь когда ужас застыл на лице возлюбленной, парень подбежал к ней, крепко обнял и прижал к себе, поглаживая по голове и шепча успокоительные слова. Холодные руки страшной твари, дарящие обжигаючий холод, начали отступать, хоть и медленнее обычного. Ясно было, что этот бой проигран специально, дабы дождаться иного, более подходящего момента. Хэйден же прижалась плотно к парню.
– Что такое? Ну, не плачь... Все хорошо... – Митя сел на кухонный диванчик и посадил девушку на колени, утирая слёзы, словно маленькому ребёнку.
– С... С... Смерть... – Голос все ещё дрожит, как и подбородок. – Она была здесь... Ее руки... Темнота... Сейчас... Потом... Вернётся...
Хоть и понять это было трудно, Митя понял для себя то, что надо - что-то с его возлюбленной не то. Но парень отложил эти мысли в сторону, и накрыл ладонью живот девушки, слегка поглаживая.
– Она нас не тронет. К тому же теперь мы будем счастливы, ведь будем родителями. Эти же так здорово... – Улыбка этого парня заставила Хэйден коротко кивнуть, а после и улыбнуться самой. Успокоение начало разливаться по венам, ведь рядом любимый человек, который принял отцовство. Хэйд встала с колен и наклонилась, как ни в чем не бывало.
– Спасибо тебе... – Нежная улыбка коснулась уголка губ Митяя, оставляя лёгкий поцелуй. Но только тот хотел что-то сказать, как девушка громко вскрикнула и согнулась, схватившись за живот. – Ай! Митяй! Звони в скорую! – Единственное, что мог расслышать парень. Дальше он уже понесся за телефоном.