Пролог
Сегодня мог бы быть обычный день — такой же обычный, как и предыдущие тринадцать дней проживания Карола и Анастасии в новом доме, и такой же, как предыдущие десять лет их жизни в целом. Можно сказать, что и тридцать два года жизни их родителей тоже были обычными по сравнению с сегодняшним днём. Ведь именно сегодня начинается удивительная история, в которой Карол и его сестра-двойняшка играют далеко не последнюю роль. Однако этот день становится и днём печали, и днём надежды — надежды на то, что всё встанет на свои места, что все проснутся и поймут: это был всего лишь ужасный, длинный кошмар...
Анастасия сидела в спальне и листала журнал, который мама принесла вчера вечером. Девочка рассматривала яркие картинки, что привлекали ее любопытный взгляд, хотя на то они и были яркими что бы прохожие обращали внимание на рекламируемые продукты. После переезда их мама сменила работу и теперь подрабатывала в маленьком магазинчике косметики, что находился в нескольких кварталах от дома. Анастасия уже была пару раз там и честно признатся, ей там не сильно понравилось.
В комнату вошёл Карол. Не меньше и не больше своей сестры. Такие же рыжие непослушные волосы, усыпанный веснушками острый нос и довольно бледная кожа. Он с деловым видом посмотрел на сестру, высматривая чем занята его "глупая" сестренка. После чего сел рядом и очень загадочно произнёс (вероятнее всего очередную глупость):
— Аня, а ты знала, что тебе больше не нужна цветная бумага?
Карол медленно наклонился к сестре, на что Анастасия вопросительно глянула на него, сморщила носик и немного отодвинулась. Ей не было интересно слушать этого простофилю, ведь в данный момент она делала серьезный выбор: между миленькой помадкой с зайчиком и довольно яркой палеткой с запахом.
— Помнишь, как мы в третьем классе носили в школу журналы, а потом на уроках труда клеили странные мозаики? - вел дальше Карол, заглядывая внутрь журнала.
— Конечно помню, - вздохнула Анастасия, но быстро смекнула как закончить этот разговор. - Ты тогда всё лицо клеем намазал, а потом нырял в заранее приготовленные коробки с мелко нарезанной квадратиками бумагой, — ехидно улыбнулась девочка и отложила журнал в сторону.
Карол фыркнул и отвернулся. Ну, любит же она гадости говорить, а это, между прочим, было только раз!
— Не дуйся, братишка, — толкнула его в плечо Анастасия. Она то хорошо понимала, что не сильно задела своего брата. — Когда-нибудь и ты научишься шутить. А пока что, ты - "угрюмый кулаковидный дипломат".
Хоть название и было странным, но оказалось как-раз самым хорошим именем для Карола. Увы, мальчик общался так легко только со своей сестрой и он часто проводил с ней время. Из-за этого, в придачу с его до-плечей волосами, Карол довольно быстро получил неприятное прозвище: "девченка". За такое оскорбительное обращение к нему, его бывшие друзья тут же получили тумаков, от чего еще больше отдалились от "мужловатой девченки". Но, к сожалению, и за такое получили по первое число какой-нибудь не маленькой палкой. Ну, а на вопрос: "Зачем ты это сделал?" Корол дал совершенно понятный ответ: "Сами полезли".
Тогда то и для родителей и для Анастасии стало окончательно ясно, что путевого человека из него не выйдет и прийдется приглядывать за этим драчуном. Но Карол, скорее не столь любил дратся, сколько не любил игнорировать то что ему не по душе. Но что он докажет, этим упрямым взрослым...
— Это несовместимо, — отрезал Карол и резко встал с кровати. Нужно было как то перевести тему. — Папа просил нас отнести ящики с книгами и старыми вещами в подвал.
— Просил, — подтвердила Анастасия и тут же хихикая добавила. — Только это было вчера.
— Лучше поздно, чем никогда, — деловито произнёс Карол, фразу которую как то услышал от отца и поспешил выйти из комнаты.
Анастасия медленно последовала за ним, попутно рассматривая серые зашпаклёванные стены. На них одиноко висели убогие картины, купленные, вероятно, на барахолке. Этот дом ждал "бесполезный ремонт", как говорила мама. Папа же уверял, что "если постараться, то что-то годное да получится".
Да и вообще, папа частенько использовал странные выражения, порой повторяя: "Я что зря литературу сдавал в свое время". И не менее часто получал ответ от мамы: "Ну видимо да, раз на заводе работаешь"...
Карол свернул в прихожую, снял с крючка ключи и направился в гостиную. Там под стенкой стояли ящики, которые им следует убрать, а на полу "красовался" трухлявый люк, ведущий в подвал. Родители запретили даже пальцем наступать на него, настолько он был старый, но обещали что с первой зарплаты, поменяют на что-то более путное.
Карол стал подбирать нужный ключ, Анастасия тем временем внимательно рассматривала скрученный в углу ковёр, запыленный сервант и совершенно никому не нужный сервиз в нем. Брат что-то недовольно бурчал, потом, разозлившись, отложил ключи и просто потянул люк наверх. Тот легко поддался, и только паутинка попыталась его придержать.
— Фу, там сороконожки, пауки и тараканы устроили тусовку, — заглянув вниз, с отвращением произнесла Анастасия. Вид был не из приятных, но не столь ужасным как можно было подумать, посмотрев на ее скривленное лицо.
— Мерзость, — согласился Карол. — Я предлагаю подождать, пока они разбегутся, и... - он вдруг замолчал, уставившись на непонятное свечение, которое становилось ярче прямо на глазах. — Что это? — пробормотал он.
Анастасия с любопытством заглянула в подвал и тоже заметила голубоватый огонёк, светящийся за еще одним сервантом, укрытым толстым слоем пыли. Жуки в страхе, то ли от света, то ли от того, что дети открыли люк, разбежались кто куда. Это позволило Каролу и Анастасии, без отвращение, спуститься в подвал.
Через полминуты Карол вылез обратно в гостиную, держа в руках большую пыльную картину, и положил её на пол.
Дети с интересом разглядывали находку, побаиваясь прикоснуться. Под слоем пыли были видны кривые силуэты деревьев, а большая луна на небе разливала голубой свет на поляну... и на детей тоже. Рама картины была из какого-то тёмного дерева с вкраплением странных камушков, которые тоже светились холодным голубым светом, словно это были крохотные окошки, ведущие на ту самую тёмную поляну.
Анастасия провела рукой по полотну, сметая пыль. Всё осыпавшееся казалось исчезало внутри холста — ни одной пылинки не поднялось в воздух.
— Что это такое? — медленно повторил Карол, взглянув на сестру.
— Не знаю, — тихо ответила Анастасия, словно боялась, что её услышат.
Хоть картина и не была самой обычной на вид, а свет казался самым что ни на есть настоящим, это не пугало детей, скорее очень сильно впечетлило. От этого Карол, решил более подробно рассмотреть картину и двинулся за тряпкой на кухню. Вернувшись, он наклонился над картиной, но его приостановила сестра.
— Может, лучше эту штуку не трогать? — предположила Анастасия, косо поглядывая на подозрительный холст.
— Ничего не должно случиться, я же просто протру пыль, — ответил Карол, немного сомневаясь в своей уверенности.
Но стоило ему только прикоснуться, как что-то, будто охватило Карола со спины и стало впихивать в глубь полотна. Испугавшись, Анастасия вцепилась в руку брата и с ужасным воплем попыталась его удержать. Всё было тщетно: через мгновение ни Карола, ни его сестры Анастасии не было в гостиной их нового дома...