Пролог
Проезжая по спокойному району небольшого прибрежного города Лан-Вилладж, можно увидеть самые оригинальные дома. По правой стороне стоит белый двухэтажный домик с нарисованными на стенах ярко-красными тюльпанами. Черепица крыши окрашена в желтый, как и оконная рама. Перед домом, за невысоким деревянным забором, видна аккуратная клумба, а по бокам участка расположены две высокие яблони, усыпанные плодами.
По левой стороне стоит более яркий дом каменной кладки, каждый кирпичик своего цвета. Кажется, разнообразие цвета может свести с ума, ведь ни один из них не повторяется. Во дворе находится беседка, окруженная горшками с цветами, а по участку тут и там разбросаны кустарники и карликовые деревья.
Все дома в этом районе кричат оригинальностью, каждый житель путем облагораживания пытается заслужить ступень выше в незамысловатой иерархии района. Никто не говорит прямо о зависимости домохозяек быть лучшими во всем. Однако, лучше миссис Пенелопы Палмер быть невозможно.
Её дом, находящийся ближе остальных к морю, несмотря на отсутствие красок, привлекает больше всего внимания. Серый невзрачный фасад полностью прикрыт вьющимися по нему растениями. Обвивая окна второго этажа, те уходят за пределы видимости. Панорамное остекление первого дарует ощущение отсутствия конфиденциальности. У Палмеров нет секретов.
Внешний двор вызывает у окружающих не меньше восторга. Огромное количество цветов, садовые качели и небольшой фонтанчик с двумя ангелами, льющими из своих кувшинов воду круглосуточно.
С противоположной стороны дома находится беседка, предназначенная для семейного времяпрепровождения на свежем воздухе, и каменная тропа, ведущая к берегу.
Не многие переходили черту чужого участка, все с радостью принимали женщину у себя, и приемы были шикарны, словно сама королева зашла на чай. Миссис Палмер вызывала у соседей двоякое впечатление. Одета с иголочки в юбки-карандаш по колено, белоснежные блузки и туфли на каблуке. Волосы собраны в аккуратный пучок, либо лежат волнами одна к одной на спине. Ровная осанка, взгляд решительный, жесткий, а улыбки до жути наигранные. Ее ненавидели, боялись, и в то же время хотели с ней дружить. Никто не хотел числиться врагом женщины, поэтому через тернии и двуличность старались выбить место под солнцем.
Муж миссис Палмер был таким же идеальным, как и его жена. Строгий стиль в одежде, даже в выходные, уложенные набок волосы и всегда серьезное лицо, изредка озаряющееся натянутой улыбкой. Недалеко ушли от них и их дети. Парень со странным именем Евгений и дочь Айрин.
Идеальный дом.
Идеальная семья.
В одну ночь соседку миссис Палмер мучала жуткая изжога. Она знала, что не стоит поддаваться уговорам мужа и есть тяжелую еду на ночь. Знала, но все равно послушала любимого, за что теперь расплачивалась резями в животе. Тихо шагая на кухню, она не включала свет, чтобы не разбудить домочадцев. Завтра предстоит ехать за учебниками для школы, а через неделю начинается учеба. Мысленно составляя список, женщина дошла до кухни, достала из аптечки таблетки, после чего набрала в чистый винный бокал воды из фильтра. Этим вечером они с мужем решили не отказывать себе и в плане выпивки.
Раздумывая о том, в какой кружок ей наконец отдать младшего сына, Кейти обратила внимание на соседний дом. Кинув взгляд на настенные часы, женщина снова повернулась к дому миссис Палмер. Четыре утра. Было странно видеть горящий свет во всем доме и мелькающие за шторами силуэты. Женщина не хотела покидать теплую обитель, но интерес к происходящему заставлял переступить свой комфорт. Что может быть странным в свете в такое время? Семейный вечер перетекший в ночь, приехавшие родственники, может, дети устроили вечеринку, в конце концов. Только не у идеальной семьи Палмер. В их окнах свет выключался ровно в десять. Пенелопа придерживалась режима.
Ступив на улицу в домашних тапочках, соседка поняла, что ее убивает духота. Море было спокойно, и ночную тишину не перебивал даже легкий ветерок. Однако, несмотря на это, она сильнее укуталась в махровый белоснежный халат, и быстро дошла до соседнего дома. Женщине казалось, что она могла слышать ругань по ту сторону двери, но неожиданно открывшая дверь Пенелопа опровергла догадку. За ее спиной было тихо.
— Кейти, что привело тебя в такое время?
Миссис Палмер выглядела уставшей. Из утреннего аккуратного пучка выбивались пряди, а одежда была мятая и с небольшими пятнышками на рубашке. В голове прибывшей на разведку женщины не возник логичный вопрос, почему ей открыли дверь раньше, чем она постучала. Она была забита завтрашними покупками для школы и вечерним ужином с мужем. Стоило отдать должное, Пенелопа была напряжена, но искренняя улыбка перебивала какие-либо подозрения.
— У вас свет горит, подумала, что-то случилось.
Кейти попыталась заглянуть за плечо соседки, но была прервана жесткой хваткой за руку. Пенелопа вышла на порог и прикрыла за собой дверь. Женщина почувствовала себя неловко, осознав, что её движение выглядело как попытка влезть в чужое личное пространство, а лезть к семье Палмер она не хотела.
— Мы с семьей решили попробовать новую традицию. Каждую кто-то выбирает фильмы, и мы устраиваем ночь кино, — Пенелопа говорила быстро, и, пытаясь усвоить информацию, Кейти позволяла вести себя в сторону своего дома, не осознавая, что ее гонят подальше. — Первая выбрала Айрин. Смотрела "Сумерки"? Не трать на это свое время, фильмов глупее не видела, — миссис Палмер продолжала тараторить, пока не довела соседку к ее дому, после чего решила добить своим предложением. — Кстати, у меня тут на завтра два места на массаж забронированы, а Айрин решила полным ходом готовиться к школе. Может, сходим вместе?
Кто бы знал, как сильно Кейти ненавидела Пенелопу. Все слышали о ее "не переваривании этой суки", но увидеть картину полностью не могли. Сильнее соседки она ненавидела, когда ее не замечают. Однако составив небольшую цепочку, Кейти вдруг поняла, что может с легкостью спихнуть миссис Палмер с некоего престола жилого района. Стоит только втереться в доверие. Кивнув на предложение ненавистной особы, она распрощалась с соседкой, после чего с чувством выполненного долга прошла в спальню к мужу, видящему десятый сон. Включив вентилятор, она забралась под легкий плед и через пару минут забылась сном.
Тогда и прозвучал первый выстрел.
***
"...Поиски пропавших подростков еще ведутся..."
Нажав на красную кнопку, парень откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Долгожданная тишина.
Дилан был не из тех, кто жалует уединение, но организм, переживший полноценный рабочий день, требовал немного отдохнуть от шума. Мать просила сосредоточиться на учебе и перестать подрабатывать, уверяя, что ее мизерной зарплаты хватает на оплату счетов и продуктов, но даже идиот понял бы, что холодильник пустует не шутки ради. Сегодня он подрабатывал в кафе на вынос. Конечно, парень предпочитал работу руками, где не надо улыбаться и общаться с людьми, но деньги кончались, а все, что ему могли предложить на данный момент, это окошко приема и выдачи заказа в захолустной кафешке.
Потирая веки, Адамс прислушивался к обстановке дома и старался не обдумывать увиденное по телевизору. Мать спала после смены, а пес мирно лежал у ног парня. Никто и ничто не могло вывести Дилана из вакуума собственных мыслей, однако сами мысли постепенно уходили не туда.
До того как он отключил ящик, на экране мелькнули две уже знакомые фотографии, на одной из которых была изображена его одноклассница. Самая популярная девчонка школы пропала неделю назад, поиски по городу и близ его окрестностях еще ведутся, однако все ее друзья в них не участвуют. Дилан не специально пытался все это разузнать. По удивительному стечению обстоятельств, сегодня в кафе, одна из посетительниц рассказывала своей подруге о том, что даже парень исчезнувшей оказался слишком занят для подобных подвигов. Видимо, не так уж много у тебя друзей, Айрин Палмер.
Чувствуя, как одолевает сон, парень намеренно вырвал себя из него резким движением. Усталость это, конечно, хорошо — уснет быстрее, но собака сама себя не выгуляет.
С тяжелым вздохом и тихим ворчанием Дилан взял ошейник, который был скорее для галочки, нежели надобности, и позвал пса. Еще одно необдуманное решение матери. Завела себе животное, а ухаживать приходится сыну.
Ситуацию омрачала не только забота о новом пушистом члене семьи, но и понимание, что места для пса дома мало. Не весь портовый город состоял из красивых частных домов. Ближе к лесу находились коммунальные квартиры. Однушки или двушки с небольшими комнатами и миниатюрными кухнями. Санузел был больше похож на мини-кладовую. Воду и электричество отключали стабильно раз, а то и несколько, в неделю, а крыша протекала не первый год. Парню повезло, что их квартира была в последнем доме. Окна его комнаты выходили на утопающую в зелени территорию, а звуки города были максимально отдалены. Максимум, что можно было услышать, это пьяные крики и частые полицейские сирены. В общем, крайне неблагополучный район.
Выпустив собаку из подъезда, Дилан присел на лавочку неподалеку и прикурил сигарету. Мать вечно сетует на вредную привычку сына, но понимает, что не имеет нужного авторитета в его глазах, поэтому и сама пользуется способом "поворчит, да забудет", надеясь, что хоть раз парню станет стыдно. Пока что женщина безбожно проигрывает. Дилан, безусловно, любил мать, но чувство уважения к ней отсутствовало.
Погрузившись в свои мысли, парень не заметил как докурил сигарету, а тлеющий кончик обжёг пальцы. Из последних сил борясь со сном, Адамс направился в сторону дома, попутно зовя пса.
— Чаки, ко мне, — кличка, придуманная матерью, напоминала имя героя из одноименного ужастика. Хорроры парень не любил. Итак дерьма по горло, а тут еще ментальное состояние стремными картинками портить. — Чаки!
Оглянувшись, брюнет еще пару раз позвал пса. Бесполезно. Погрузившись на пару минут в молчание, Дилан уже хотел оставить животное на улице, дескать, сам дорогу домой найдет, когда проголодается, как вдруг услышал лай. Следуя за звуком, Дилан тихонько ругался под нос, пока шел в сторону леса, попутно доставая телефон. Работающие фонари в данном месте редкость. Долго искать пса не пришлось. Стоит, подсвечиваемый светом со стороны парня, и что-то обнюхивает, прерываясь на лай.
— Что у тебя там? — обойдя дерево, за которым скрывалась интересующая питомца находка, Дилан дернулся и резко выдохнул. — Вот черт.
На зеленой траве, свернувшись калачиком, лежало тело юной девушки, покрытое грязью. Местами просматривались кровавые подтеки и фиолетовые гематомы. Темные волосы спутаны клоками, пальцы с забившейся под ногти грязью дрожат. Ее трясет. И навряд ли от холода. На улице слишком душно. Глаза распахнуты и в ужасе смотрят в одну точку, не реагируя на фонарик, лай собаки и движения парня. Прислушавшись, можно уловить тихий хриплый голос, повторяющий одно и тоже:
— Помогите.