ГЛАВА IX
ВЕЛИКИЙ МУДРЕЦ
°°°Михаил°°°
Лучше и быть не могло! Мне повезло, да ещё как повезло! Эту ночь проведу рядом с Моррой. С трудом отвоевал себе комнату напротив. Эти двое собирались заселить меня в самый дальний угол особняка, но им это, к моей великой удаче, не удалось.
Счастливый и безмерно довольный сложившимся обстоятельством лёг спать в большой полупустой комнате. Пружины матраса неприятно скрипнули. Сон никак не шёл: то ли на новом месте не спится, то ли излишнее волнение виновато - не понятно. Но больше склоняюсь к версии, причиной которой могла быть невероятная близость женщины, одно существование которой заставляло биться моё сердце с прытью жеребца. А я, дурак, вынужден спать один в холодной постели. До дрожи в пальцах бесило это отвратительное чувство бездействия.
Резко и решительно вскочил с кровати. Сразу всем телом почувствовал прохладу ночи. Эх, если б только знал, что посчастливится ночевать рядом с ней, пижаму бы прихватил, хоть дома и сплю обнажённым, как правило. А так как-то некомфортно в такой холод в одних трусах. Особняк вообще на редкость холодный. Возможно, дело в кондиционерах, предположил я, однако ни одного из этой «холодной братии» не видел за всё время пребывания в особняке.
Пробраться в спальню Морры не составило труда. Дверь едва скрипнула, но женщина не проснулась. Не проснулась она и тогда, когда я лёг рядом и вплотную прижал её холодное тельце к своему пылающему от возбуждения телу. Её прохладная щека слегка коснулась груди. И это едва ощутимое касание чуть было не заставило сердце проломить рёбра. Я ликовал! Кровь резко прилила к голове и ногам, почувствовал небольшую тяжесть в теле.
На несколько секунд я даже замер, ожидая успокоения. Подумалось, если и дальше продолжится это оцепенение, то мне грозит всю ночь пролежать рядом с ней бревном, не в силах из-за волнения и пальцем пошевелить. Такая перспектива мне ой как не нравилась. Но, к счастью, мандраж быстро прошёл.
Нежно погладил пальцем её по щеке. Во сне она казалась ещё более одинокой, чем была на самом деле... Возможно потому, что спящая она не могла успокаивающе улыбаться, прикрывая грусть.
Она ещё какое-то время неподвижно лежала в моих объятиях - какая радость! - а я довольный наблюдал за выражением её прекрасного лица. Ей явно что-то снилось, и, судя по нахмуренным бровям, что-то весьма неприятное. Вслед за ней и я нахмурился. Морра что-то пробормотала сквозь сон, щекоча дыханием и без того чувствительную кожу, а потом с невероятной силой оттолкнула, да так, что я свалился на пол. Почти полетел. Отчётливо увидел, как удивлённо блеснули тёмные глаза в лунном свете.
- Что ты делаешь в моей кровати? - недовольно и одновременно взволнованно спросила она.
Перед тем, как ответить, снова взобрался на кровать. Всё же пол был холодным. Ковёр не спасал положение. А ещё мне не хотелось отстраняется от своей женщины.
- Ничего особенного, просто решил тебя согреть этой ночью. Ты совсем холодная. Замёрзла.
- Я не мёрзну. Просто мое тело слегка остывает ночью, - она произнесла это словно истину, которую знают все школьники. - Твоё беспокойство приятно, но излишне.
Я не намерен был так легко сдаваться. И выбрал другой путь - надавил на жалость.
- Мне жарко. Кажется, я сегодня переволновался, вот и поднялась температура. А для людей высокая температура - весьма плохой знак. Мне срочно нужно её сбить.
Взял её маленькую ручку и положил себе на грудь. Её пальцы слегка дрогнули, а после она ладонью прошлась по накаченным мышцам и медленно спустилась вниз... к животу.
Внутри всё словно в тугой комок сжалось. От такого простого касания всё резко затвердело внизу. Рвано выдохнул и постарался успокоить бешено колотящееся сердце.
Напряг мышцы пресса. Тонкие пальчики с острыми коготками прошлись по рельефу, изучая.
- И вправду тёплый, - она убрала руку, - даже горячий.
Я кое-как выдавил из себя:
- Ну вот видишь! Ты мне просто необходима, хотя бы на эту ночь.
И положил её руку на своё бедро. Она как-то странно посмотрела на меня. Похоже, только сейчас заметила весьма внушительного «друга», грозящегося вот-вот выскочить из трусов.
- Можешь спать со мной, только для начала разберись с этим... - пальцем указала мне между ног. Её голос слегка задрожал. Видимо, всё же она смутилась. - Необходимая комната дальше по коридору.
- Боюсь, это не поможет...
Она как-то странно на меня посмотрела, но не стала настаивать. Легла в прежнюю позу, только на этот раз повернулась спиной. Чёрные волосы блестели под голубоватым светом полной луны. Она казалась мраморной статуей. Такая неподвижная, холодная и одинокая.
Не удержался и лёг, прижавшись, вплотную к ней. И всё рано, что она, возможно, отшвырнёт меня тряпичной куклой одним ударом нечеловеческой силы или вовсе прогонит; и всё равно на каменный стояк, которым я, негодяй, так бесцеремонно прижался к её пояснице. Мне уже было всё равно на всё, только бы она рядом была.
Было стыдно. Я хотел оторвать «это» от неё, но не мог. Слишком велик был соблазн. Даже простое касание сводило с ума, а о том, чтобы отстраниться, и речи не могло быть.
Накрыл её рукой, стараясь увеличить площадь соприкосновения, и с удивлением заметил, что её сердце билось с удвоенной... нет, с утроенной скоростью! Невероятно! Только от этого готов был достичь, но сдержал порыв счастья. Пришлось всё же слега отстраниться.
Так, в обнимку, мы и проспали всю ночь. И только утром проснулся и обнаружил, что её нет рядом. Хотя был уверен, что держал женщину крепко. Но, видимо, мои человеческие силы не сравнятся с её силой. Она без труда выбралась из крепких объятий. И умудрилась к тому же не разбудить меня.
Что ж, пойду её искать, но сначала следует накинуть хоть что-то из одежды.
***
Мы ехали в чёрном «Форде», дорога предстояла не близкая. Играла «Goodbye My Love, Goodbye». Песня мне не понравилась, поэтому переключил на что-то более монотонное и непримечательное. Что-то из классики, но не знаю что именно. В музыке я абсолютно не разбираюсь.
Внезапно вспомнил момент из детства. Из разряда тех, которые ты вроде бы забыл, но малейшая мелочь вновь пробуждает их, заставляя всплыть из глубин памяти.
Я сидел на заднем сидении в папиной машине, рядом была мама. Её пухлая ручка лежала на моей разбитой коленке и успокаивающе поглаживала. Вспомнил её выражение лица. Такое же нежное и сильное, готовое защищать, как и сейчас у Морры. Она точно так же смотрит, только, к сожалению, взгляд этот предназначен не мне.
Резко отогнал воспоминание. Решил, пока едем, завести разговор. И это у меня получилось, хотя больше похоже было на допрос. Я спрашиваю - она коротко, но ясно отвечает. Перед каждым ответом Морра делала небольшую паузу и тщательно обдумывала ответ. И в эти секунды, пока длилось ожидание, пытался предугадать его, что же она скажет.
Многое узнал о её «природе». И кто бы мог подумать, что рядом со мной сейчас сидит настоящая смерть?! Точнее бывшая смерть. В отставку она ушла семнадцать лет назад, то есть получается, что чисто физически я старше её на пятнадцать лет. И почему-то эта мысль порадовала.
За подобием разговора дорога прошла незаметно. Нас ждал маленький и весьма неухоженный домик, забор с потрескавшейся краской и небольшой неухоженный садик, в котором, однако, вовсю цвели всевозможные растения. Когда-то сад был очень дорог владельцу, а теперь он забыт.
Для приличия позвали хозяина дома несколько раз, однако никто не отозвался на зов, только толстая серая кошка вышла на крик. Зашли в дом, не сняв обуви. Внутри он был таким же потрёпанным, как и снаружи. Закралась мысль: а вдруг здесь никто не живёт и адрес неправильный? Но это исключено, иначе бы дом не был наполнен прямо с порогом обилием хлама и мусора. Мебель, дешёвые картинки, приклеенные скотчем к стенам, и чьи-то потрёпанные ботинки - вот что ясно указывает на присутствие хозяина.
Домик хоть и казался маленьким, длина его была весьма внушительна. Мы прошли две комнаты, пока не добрались до той самой, в которой нас встретил потрёпанный жизнью мужчина лет сорока. Точнее мне так сначала показалось, но после, вглядевшись в лицо, заметил, что за грязной бородой и слоем грязи скрывается юнец с ярко-голубым глазами и смуглой кожей. Голову парень замотал какой-то тряпкой, скрыв волосы и лоб до самых бровей.
- Вы кто такие?! - удивился он. Только сейчас заметил наушники на шее парня. Вот почему нас не встретили.
Морра, нахмурившись, смотрела на него. Во взгляде её читалось любопытство.
- Я... - начала она, - твой «дух мироздания». Так, кажется, ты меня назвал? Или кого ты там вызывал?
- Ты!!?- паренёк ошеломлённо посмотрел на неё. Он выхватил какую-то книгу из груды барахла, в котором завяз, словно в коконе, и начал что-то быстро читать. Слов не разобрать, но Морра, по всей видимости, поняла их значение.
- Кто тебе преподавал латынь, мальчик? Ты все слова коверкаешь. - Парень продолжал бормотать. - Уймись ты! Демонов не существует! И прочей белиберды, в которую верит ваша братия, наподобие проклятий и всяких заговоров, тоже нет! - голос её звучал очень недовольно.
Я не выдержал этой какофонии. Взял парня за шиворот и встряхнул один раз, он тут же перестал бормотать свои заклинания и в испуге уставился на меня. Пригрозил ему:
- Если ты ещё раз заставишь повысить её голос или ещё как неуважительно отнесёшься к ней - пиняй на себя. Я с тобой, в отличие от Морры, церемониться не стану. Понял?
Парень испуганно кивнул. Теперь с ним можно было говорить.
Моя Морра приблизилась к юнцу, отчего тот весь напрягся и сжался пружиной, откинула тряпку с его головы, открыв высокий лоб и копну грязных волос, а после положила ему на лоб свою ладонь. У него аж зубы от страха застучали, но он стойко терпел прикосновение.
- Странно, - произнесла Морра после нескольких секунд «процедуры», - у тебя нет дара. И совершенно непонятно как ты достучался до Веры. Мальчик, почему ты молился?
Он перестал дрожать. Теперь в его взгляде не было страха, а если и был, то очень глубоко внутри, теперь я видел лишь решительность. Он крепко сжал кулаки.
- Во всём виноват этот сукин сын! Что б он сдох! Если бы не он, то мы бы не мучились! Я и мудрецом стал только для того, чтобы помочь сестре. А всё напрасно! Она умирает... - две крупные слезы скатились с глаз парня.
- Простой, - перебила его Морра, - расскажи всё подробнее.
- А что тут рассказывать? Всё просто, мой отец, чёртов альфонс, любитель потрахаться с кем ни попади. Даже будучи женатым мужчиной его занесло в цыганский табор... Как результат - девочке семнадцать всего, а она уже имеет на руках ребёнка. Да это бы ещё ничего, вот только ребёнок от чужака, да ещё и с голубыми глазами. Такому в таборе не место. Нашли, в общем, они неудачливого папашу и меня подкинули под дверь. Мне тогда года три было, но я всё равно помню то день... - он замолчал.
- Ну? Что дальше? - поторопила его Морра.
- Спустя десять лет я снова встретил мать... Да какая она мне мать? Пустое место. Я и до этого, призираемый отцом и чужой женщиной, что вынуждена была меня воспитывать, жил не очень, как можно догадаться. Но после «воссоединения» с родственниками-цыганами стало только хуже. Единственным моим счастьем, ради которой, собственно говоря, я и вернулся в табор, была, есть и будет сестра. Ей всего семь, но страдает она не меньше моего. Она очень больна...
- Значит, из-за неё всё, - прошептала Морра. Вот только пацан не услышал её и продолжил свою историю:
- Она родилась уже больной. Сердце, лёгкие... Здоровье очень слабое, но мы всё равно боролись за её жизнь. Она уже пережила две операции, на которые ушли всё деньги, машина и даже квартира в Москве. Вот только этого всё мало. Когда мне предложили взять должность Великого мудреца¹ на себя, то я согласился. Ещё мал был, верил во всякую ерунду. Волшебство там, заговоры и прочая дребедень. Сказали, что это спасёт сестру. Завяз я в этом дерьме по самые уши.
- Вот уж точно. Тебя обманули. Всё это с заклинаниями, верованиями во всякую белебербень - чушь полная. Ничто из этого твою сестру не спасет, - мора сказала это совершенно спокойно, не от злорадства, а просто потому, что это правда.
- Заткнись! - крикнул в ответ ей парень и злобно посмотрел на неё. У него аж слюна из рта брызнула. Одна капелька попала ей на щеку.
Я дёрнулся. Чуть было не врезал ему, но Морра жестом приказала успокоиться, что и сделал. Ещё один такой выпад в её сторону, и я ему точно наваляю.
- Великий мудрец, сколько тебе лет? - спросила она серьёзно.
- Девятнадцать.
- Вот тебе и мудрец, совсем ещё дитя. И скольких ты так обманул на деньги этой жиденькой бородкой и тюрбаном? Собрал хоть нужную сумму?
- Я.. я... Да что ты можешь понимать, сука...
Я не дал ему договорить. Резким ударом ладони шлёпнул его по губам. Прошу заметить, что для меня это весьма легонько, но даже так голова парня дёрнулась от удара назад. А когда он снова принял прежнее положение, заметил, что обе губы лопнули, из них большими каплями сочилась ярко-алая кровь.
- Миша! - воскликнула Морра. - не смей его больше бить!
- Прости, больше не буду, - произнёс я, а про себя подумал, что буду, ещё как буду.
- Т-ты ведьма! - вскрикнул парень.
Ну всё, теперь опять получит. Но Морра наклонилась к нему, положила руку на его худое плечо и успокаивающе погладила, так что я не смог ничего поделать. Парню явно было не по себе, однако её прикосновение он мужественно стерпел.
- Я не ведьма, - спокойной произнесла она, - я та, что может помочь тебе и твоей сестре.
Парень почему-то сразу поверил её словам. Схватил её руку и прижал к своей груди. Я дёрнулся, однако ничего не сделал.
- Я всё для вас сделаю! Всё! Только помогите сестре!
Он поднес к своему лицу её бледную ручку и поцеловал, оставив багровые пятна крови. Я на секунду пожалел, что ударил парня. Тогда бы сейчас её руки были чисты.
- Мне ничего не нужно, просто позаботься о себе, - она с мягкой улыбкой отстранила свою руку.
Достала белоснежный платок из кармана и вытерла его окровавленные губы.
- Спасибо...- прошептал он.
- Зовут-то тебя как?
- Кхамало...
- Приведи себя в надлежащий вид, Кхамало, мы поедем исцелять твою сестру.
Восторгу парня не было границ, он ещё раз поцеловал её руку.
А я понял одну важную вещь - её безграничная доброта проявляется не в словах, не в выражении лица, а в поступках. И эта самая её доброта принесёт нам много хлопот.
...великого мудреца¹ - этот «титул» вымышлен.