Глава 8.
POV Рей
В пятницу днём, сразу после школы, мой папа привозит домой новый Мерседес GLS, который сможет вместить восемь человек.
— Что это? — Джейсон спрашивает, в то время как оба из нас выходят из дома, с подбородками на полу.
— Я арендовал машину, чтобы твоя сестра могла отвезти вас всех в Торп парк. Когда твои друзья придут?
Джейсон и я смотрим друг на друга, прежде чем он говорит, что они будут здесь через час. Ехать не так долго, примерно сорок минут до отеля Hilton, и оттуда около двадцати минут до Торп парка.
— Хорошо, тогда давай собираться. — говорю я моему брату, который выглядит возбужденным.
Через час домофон у ворот уже пищит, и это означает, что его друзья здесь. Джейсон отправляется, чтобы открыть, в то время как мой отец объявляет, что он должен срочно встретиться с клиентом, поэтому ему надо спешить и у него нет времени, чтобы остаться и поболтать. Он бросает мне ключ, идя к двери, и я ловлю его одной рукой.
Друзья Джейсона входят через дверь и дом автоматически заполняется громкими голосами и смехом, потому что, видимо, они все достигают зрелости, переходя в девятый класс. Я помню их всех, потому что они все такие разные: Брайан – это тот, кто всегда со мной флиртует (что заставляет Джейсона бить его каждый раз), Крис – единственны блондин из их группы, Джастин – красавчик в очках и Майк лучший друг Джейсона, а также он самый высокий из группы.
— Где Лили? — я спрашиваю, садясь за кухонный стол. — А разве не должно быть ещё одного парня?
— Лили на пути с Найлом, и Джейк сказал, что он наказан, поскольку его родители поймали его, курящего травку вчера, так что он не будет посещать какие-либо вечеринки в ближайшее время. — Джейсон говорит мне и оглядывается, выглядя каким-то нервным.
— Перестань быть таким озабоченным, все будет хорошо. Подожди, ты куришь травку с ним? Ты дилер? Что происходит?
Он закатывает глаза и качает головой. — Иисус, Рей, нет! Я просто...нервничаю.
— Потому что Лили Хоран приидет? — я спрашиваю с легким намеком в голосе. Он делает брезгливое выражение лица, такое же, когда наши родители (редко) целуются перед нами или держатся за руки.
Когда я собираюсь сказать еще одно предположение, звенит звонок на воротах, и Джейсон встает и уходит, оставив меня вновь в одиночестве.
На этот раз, однако, я слышу четкий, громкий ирландский акцент снаружи, который становится все ближе и ближе. Даже не заметив, что я делаю это, я причесываю волосы и облизываю мои губы, так чтобы они казались блестящими.
Вскоре, Найл, заходит на кухню с сестрой за спиной, держа небольшой пакет от Nike в правой руке и пачку сигарет в левой руке.
Его глаза встречаются с моими, и я улыбаюсь, прежде чем, на самом деле, встречаю его коротким "Привет", на которое он не реагирует.
— Разве тебя не учили манерам? — говорю я, надувшись, не зная, почему меня, на самом деле, волнует или беспокоит это.
— Ой, я не знал, что на мое приветствие значит так много для тебя. — он издевается, и я знаю, что в ближайшие сорок восемь часов будет очень весело.
Сарказм.
***
— Все готовы? — я кричу, когда стою одна в коридоре, вертя ключи от Мерседеса на пальце. Уже в шесть вечера, но ехать меньше, чем час, так что мы доберемся туда вовремя, чтобы успеть в парк, так как он закрывается в 11.
Тяжелые, торопливые шаги слышны на лестнице до того, как все подходят ко мне с улыбками на лицах. Я открываю дверь и жду, пока они выйдут, после чего запираю дверь и следую за ними к джипу.
После того как мы складываем все сумки в багажник, я лезу на водительское место и жду, пока они закроют двери. Найл садится рядом со мной и пристегивает ремень безопасности, прежде чем цепляется за ручку над дверью. Я смотрю на него раздраженно.
— Ты думаешь, что я плохой водитель, или что? — я спрашиваю, вставив ключ в замок зажигания и включая двигатель.
— Нееет. — он тянет саркастически.
Я нажимаю на газ, после чего резко торможу, заставляя его наклониться вперед. Люди сзади жалуются.
— Не смешно. — Найл бормочет и отпускает ручку.
— Хорошо, все, пристегните ремни. — советую я.
—Да, мам. — Джейсон говорит, что заставляет всех засмеяться. Ну, по крайней мере, они будут довольны собой.
Поездка наполнена смехом, доносящимся сзади, в то время, как Найл и я даже не обмениваемся более чем двумя или трись добрыми словами. Это неловкое молчание, своего рода, но по крайней мере, он перестал шутить по поводу моего вождения после того, как мы покинули Лондон.
— У них серьезное сексуальное напряжение. — кто-то сзади говорит, когда мы стоим на светофоре, что заставляет меня и Найла невольно посмотреть друг на друга. Зрительный контакт длится больше, чем нужно, так что я отворачиваю голову и притворяюсь, что смотрю на светофор. Когда, в конце концов, загорается зеленый, я немного резко давлю на газ, что заставляет машину поехать на скорости и с визгом, как будто надеюсь убежать от неловкости, хоть мы с ним в одной машине. Ребята рады, но Найл качает головой, хотя я вижу слабую ухмылку на его лице краем глаза.
Мы приезжаем в Hilton десять минут спустя, и я паркую автомобиль на подземной стоянке, чтобы на следующий день он не нагрелся от солнца.
Джейсон и я в одной комнате; Лили и Найл также делят комнату, Брайан с Крисом, и Джастин с Майком.
— Так ты планируешь подкатить к Лили сегодня? — спрашиваю я Джейсона после того, как сажусь за стол и зажигаю сигарету. Мы все договорились встретиться в холле через полчаса, чтобы вызвать два такси до парка.
— Рей, прекрати. — он отвечает, закатив глаза.
— Что? — я смеюсь.
— Ты меня смущаешь.
Он садится рядом со мной и берет сигарету из моей пачки. Мы сидим и болтаем еще минут десять, пока он, наконец, признается, что он собирается поцеловать ее на колесе обозрения, чтобы сделать это более романтичным, что очень мило.
— Теперь, когда тебе удалось заставить меня почувствовать себя некомфортно, твоя очередь, чтобы сказать мне, когда ты собираешься потусить с Найлом.
Я закатываю глаза и отмахиваюсь. — Никогда.
Джейсон качает головой в недоумении и смотрит на меня сучка-взглядом, который всегда делал Джейк, когда я говорила ему, что я не буду разговаривать с Джедом.
— Не смотри на меня так. — бурчу я. — Мы не будем...это не так. Если я реально что-то сделаю, то вся моя репутация стервы с ним будет разрушена.
— Но что, если никто не узнает? — он подталкивает, и я прищуриваю глаза.
— Что ты пытаешься сделать, хорек?
Джейсон пожимает плечами, сунув сигарету в пепельницу. — Ничего. Просто, если даже я брат, который защищает тебя, то я все равно хочу, чтобы ты делала это с ним.
Я давлюсь. — Ладно, хватит. Давай одевайся уже, потому что меня сейчас вырвет.
Я надеваю кожаные штаны, укорочённую толстовку и мои черные Vans, прежде чем беру кожаную куртку из искусственного меха, потому что на улице немного холодно. После того, как Джейсон заканчивает со своими волосами, мы, наконец, покидаем наш номер.
Администратор любезно вызывает нам два такси, так что Найл, Джейсон, Лилли и я лезем в первое, и другие ребята во второе.
Мы добираемся до парка пятнадцать минут спустя, потому что отель находится в десяти километрах, но тем не менее, я взволнована. С тех пор, как я была маленькой, я любила парки аттракционов, горки с петлями, дома ужасов и зеркальные лабиринты.
Я плачу за билеты деньгами, которые отец дал мне и как только мы входим в парк, я беру карту. Я уже строю план в голове о том, как мы проведем оставшиеся четыре часа.
Я, честно говоря, даже не знаю, на какой аттракцион мы встали в очередь; вроде, это поезд ужасов, не так захватывающе, как может показаться.
После этого, мы встаём на американские горки, на которых я начала кататься с десяти лет, когда мой рост был достаточно высокий, чтобы ездить на них. Мы сели в пару кресел для четырех, Найл, Лили, Джейсон и я, и четыре других мальчишек.
— Я хочу сидеть с краю. Я говорю взахлеб, и Найл фыркает.
— Почему это?
— Потому что там более захватывающе и весело. — отвечаю я, стараясь не замечать, как он смотрит на меня, в то время как кресла безопасности опускаются и нажимают на мои плечи. Мужчина, работающий здесь приходит и проверяет их все, чтобы убедиться, что они не двигаются, и мы не упадём.
Я смотрю на Найла, который сидит рядом со мной, выглядя довольно напуганным. Я решаю подразнить его только ради этого.
— Ты испугался? — я надуваю губы с ухмылкой на лице.
— Нет, просто мой отец умер на одной из них. — Найл отвечает, и мое лицо падает, но прежде чем я могу сказать, что сожалею, горка взлетает. Я закрываю глаза на секунду, наслаждаясь, когда мы летим вниз, а затем через петлю в каждом возможном направлении. Я чувствую слезы в моих глазах от скорости и начинаю кричать, поднимая руки в воздух.
Когда она в конце концов останавливается, я вспоминаю, что я сказала Найлу и то, что он ответил мне, так что я сглатываю, сходя с горки.
— Слушай, то, о чем я говорила ранее. Мне очень жаль. Я понятия не имела. — я говорю ему после того, как я убеждаюсь, что все, по крайней мере, в двух метрах перед нами, и они не услышат.
Реакция Найла это вовсе не то, что я ожидал, потому что он улыбается.
— Я издевался. — он говорит. — Мой папа не умер.
Я смотрю на него в удивлении, не веря, что он мог соврать о чем-то подобном. Потом я слышу, как он бормочет: "хотя, лучше бы он был мертв" себе под нос, думая, что я его не слышу. Я не говорю ничего об этом, поэтому я просто засовываю руки в карманы и смотрю на свои Vans, когда мы идём позади группы на следующий аттракцион.
Как он мог шутить о чем-то подобном? Кто так делает? Какого хрена?
Я не разговариваю с ним какое-то время, пока мы на делимся на пары, а Джейсон и Лили решают прокатиться на американских горках вместе. Так здорово, теперь я застряла с Найлом. И хуже всего то, что мы должны разделиться на пары с самого начала, потому что левая и правая стороны расходятся из-за того, что горка проходит между нами.
Я скрещиваю руки на груди, в то время как Найл и я стоим в очереди, полной говорящих людей. Несмотря на голоса, доносящиеся отовсюду вокруг нас, присутствует еще неловкое молчание.
Меховая куртка начинает слишком согревать меня, так что я вздыхаю и снимаю её, пока я не вспоминаю, что здесь нет места, где я могу оставить её. Я держу её в моей руке, но это довольно неудобно, потому что в другой руке находится моя сумка от Hermès.
Через две минуты, вздохов и пыхтений, Найл, наконец, закатывает глаза и берет мою меховую куртку, перебрасывая ее через плечо. — Вот. Я собираюсь носить её, ладно? Просто...просто перестань ныть, потому что моя голова сейчас взорвется.
Я улыбаюсь ему чем-то между подлинной и поддельной улыбкой, но он отводит глаза и смотрит в очередь перед нами.
— Что с этим аттракционом? Почему здесь столько народу?
— Он достаточно новый и может вращаться в каждом направлении. — говорю я ему. Помню, что не могла пойти на него, когда я в последний раз была здесь, потому что не достигала требуемой высоты.
— Так что мне делать с шубой? — Найл спрашивает, махнув рукой, которой держит ее.
— Ммм...я буду держать её. Но я не уверена, что мне делать с сумкой. — говорю я, смотря в сторону горки. Она полностью перевернутая, так что наши ноги, в основном, будут подвешены. Таким образом, нет никакого способа, что я смогу позволить моей сумке где-то валяться. Тогда я спрашиваю себя, почему я не могу купить себе нормальную сумку, как и любая другая девушка, а не такую, которая стоит больше, чем квартира.
— Слушай, ты можешь сидеть на куртке и держать сумку. — Найл говорит, и я киваю.
— Это действительно хорошая идея. Хорошая мысль.
— Кроме того, что это за мех? — смеется он, глядя на комочек шерсти в руках. Это похоже на черный помпон.
— Это искусственный мех, не натуральный. — говорю я ему. — Но он завершает мой наряд. Плюс, я в худи, поэтому я не могла надеть нормальную куртку.
Найл качает головой в неверии. — Господи, так сложно быть девушкой?
— Не особо. Но когда твоя мама трахает твои мозги с детства, чтобы выглядеть хорошо и одеваться для каждого случая, то это становится тем, что ты думаешь. — я говорю, не знаю, правда, зачем.
Он дает мне странный взгляд, как будто ему, на самом деле, жаль меня, но при этом, он не испытывает сожаления. Как будто он, на самом деле, понимает, как я себя чувствую.
Прежде чем я смогу сказать что-то еще, кто-то сзади толкает меня, и я понимаю, что мы неосознанно задерживаем очередь за нами. Я смотрю на эту сучку блондинку за мной, которая толкнула меня, и она смотрит на меня "так что?" взглядом.
Когда, наконец, приходит наша очередь салиться на места, Найл кладёт меховую куртку на свое место, сказав, что он весит больше чем я, так что это безопаснее.
— Да, но если ты пернешь на него или что-то, клянусь! — я предупреждаю, и он смеётся .
— Я даже не думал об этом, пока ты не сказала.
Человек, который работает здесь подходит и толкает вниз держатели, пока они не давят на живот. Я держу свою сумку в тисках смерти обеими руками, хотя это и не обязательно. Я знаю, что это одна из самых захватывающих горок в Торп Парке, которая заставляет всех держаться за скобки безопасности, как я обычно делаю, но в этот раз я должна держать свою сумку. Это означает, что если скобки безопасности освободятся, я умру, но, по крайней мере, я умру с сумкой в руках, верно? Бля.
— Ты в порядке? Ты нервничаешь. — Найл спрашивает в том же издевательском тоне, который я использовала полчаса назад.
— Ухх...просто я надеюсь, что я не уроню сумку.
— Почему ты думаешь, что уронишь её? Д...
Прежде чем я смогу сказать что-нибудь еще, горка вдруг начинает ехать с такой силой, припечатывая нас к задней стороне сидений, что я закрываю глаза и кричу. Я чувствую, что сумка выскальзывает из моих пальцев, но я так занята криками и сжатием своих глаз, что я даже не заморачиваюсь.
Затем все внезапно останавливается, начиная медленно подниматься по длинной рампе. Я открываю глаза и поворачиваюсь к Найлу.
— Найл, моя сумка...
Он смотрит на меня раздражённым взглядом. — Я схватил её. Всегда пожалуйста.
— Спасибо. Кроме того, мех...ТВОЮ МАТЬ!! — я кричу, потому что горка достигла вершины, когда я даже не заметила, и вдруг резко опустилась. Я скрещиваю мои ноги, крича, для того чтобы мои кроссовки не слетели.
Мои костяшки пальцев становятся белыми, когда мы возвращаемся туда, откуда принхали, и я испускаю вздох облегчения, когда Найл протягивает мне мои вещи, как только мы оказываемся снаружи.
— Спасибо тебе, честно. Ты спас мою жизнь. — благодарю я его.
— Ты мне должна. — он говорит и не удосуживается прокомментировать, когда я забираю сумку, но оставляю меховую куртку.
— Куда дальше? — Джейсон спрашивает, внезапно появляясь с Лили и остальными парнями рядом с нами.
— О, точно. Ну, Немезида Инферно прямо здесь. — говорю я им, даже не сверяясь с картой.
Ребята общаются позади меня, когда я иду немного впереди них. У этого аттракциона также пары в группах по четыре человека, так что я снова оказываюсь с Найлом, моим братом и Лили.
Это еще одни горки, которые подвешены верх ногами, и на этот раз Найл ничего даже не говорит, беря мою сумку, когда я держу ее для него.
Я ловлю, как Джейсон и Лили обмениваются каким-то взглядом, но прежде чем я могу спросить их об этом, защитные скобки опускаются, и мы взлетаем.
Эта поездка лучше, чем в прошлый раз, потому что она быстрее и длиннее, плюс, мне не приходится беспокоиться о моей сумке, потому что Найл, видимо, бесстрашный ублюдок, который даже не думает о том, чтобы держаться за что-то при поездке в воздухе. Я делаю мысленную заметку спросить его об этом, когда мы будем одни когда-нибудь.
После того, как мы катаемся на трех аттракционах, мы решаем остановиться для еды, прежде чем сходить на последние два, что не так уж важно, так как это водные аттракционы.
Джейсон покупает все меню в ресторане быстрого питания через дорогу от водных аттракционов, поэтому мы все сидим за столом, едим и смеёмся над одним из рассказов Майка.
— Так что, идём в клуб сегодня вечером? — Джейсон спрашивает.
— Воу, воу, воу. — я говорю, подняв руку. — Клуб? Вам, ребята, шестнадцать. Как вы собираетесь попасть внутрь?
— У нас есть поддельные паспорта, Рей.
— Ох...ладно. Если они работают, то это нормально. Но клянусь Богом, я не пойду в тюрьму, если они не достаточно правдоподобны.
— Не волнуйся. Они работали раньше. — Брайан убеждает меня, поэтому я киваю.
— Есть действительно классный клуб недалеко от нашего отеля. Я не помню название. — говорит Джейк. — Сегодня приедет диджей очень высокого уровня, а так все будет охрененно.
Я заканчиваю куриные наггетсы и достаю пачку сигарет и прикуривая. Джейсон делает тоже самое, и когда Лили собирается прикурить одну из пачки Джейсона, Найл забирает сигарету из ее рук.
— Не смей. — он предупреждает и поджигает её для себя.
Я рада видеть, что никто из друзей Джейсона не курят в шестнадцать лет. Он взял эту привычку с тех пор, как перешёл в седьмой класс, потому что Частная школа для мальчиков действительно была заполнена богатыми детьми. Но, видя, как мальчишки в школе в основном были наркокартелями и курили почти на ежедневной основе, мой брат взял привычку курить сигареты. Это не хорошо, и я не поддерживаю его, но это лучше, чем метоморфин и героин.
Я начала курить когда мне было семнадцать лет, около года назад, когда у моих родители все было плохо, и мы с Джедом тоже были в ссоре.
Разговор переходит к клубу, в который мы поедем через несколько часов, так что я отключаюсь и думаю о том, что я собираюсь надеть. Я взяла с собой белую и бледно-розовую одежду с собой, так что я могу совместить их.
— Рей? — Джейсон спрашивает, возвращая меня к реальной жизни.
— Хм?
— Пойдем. Уже девять и я знаю, как долго тебе нужно краситься.
Я закатываю глаза, но улыбаюсь. Джейсон оплачивает счет, после чего мы идём на последний аттракцион за сегодня.
***
— Что это за ужасный запах? — спрашиваю я, выходя из ванной с консилером в руке и только одним накрашенным глазом. Я в нижнем белье, но запах ужасный.
— Это мой одеколон. — Джейсон говорит, не отрываясь от зеркала.
— Ты вылил всю бутылку на себя? Иисус Христос, мои глаза слезятся, а из носа идёт кровь. — говорю я.
Дверь открывается, и входит Найл, даже не задумываясь о пронзительному запахну моего брата. Его глаза останавливаются на моем теле, и тут я понимаю, что я почти голая и только одна сторона моего лица накрашена.
— Когда-нибудь слышал о стуке? — спрашиваю я, пятясь в ванную, чтобы не дать ему вид на мою задницу.
— Я пришел отдать тебе меховку. — говорит он из комнаты.
— Спасибо, но я надену розовую для клуба.
— Мне снова придётся носить её? — Найл спрашивает, и я слышу, как он падает на один из стульев у стола. В то время как я наношу макияж на другой глаз, я слышу звук зажигалки, и дым достигает моих ноздрей.
— Здесь нельзя курить. — я предупреждаю его, применяя бронзер.
— Открой окно тогда. — он отвечает, и я закатываю глаза, хотя он не может увидеть этого.
Я заканчиваю свой макияж две минуты спустя и смотрю на часы на своём телефоне. Хорошо! На этот раз это заняло полчаса, а значит я становлюсь более квалифицированной во всем этом.
Я выхожу из ванной в белье, чтобы дойти до своего чемодана. Я знаю, что он наблюдает за мной, и тот факт, что мой брат тоже в комнате, убирает всё сексуальное напряжение. Не то, чтобы оно было бы, в любом случае.
— Должен ли я надеть рубашку? — Джейсон спрашивает. Найл, должно быть, кивает головой в ответ, потому что Джейсон идёт к своему чемодану и берет черную рубашку.
Я иду обратно в ванную с белым топом и бледно-розовой юбкой от Alexander McQueen. После, я сажусь на кровать и обуваю Zimmermann каблуки, которые соответствуют юбке.
— Я готова. Раньше тебя, — говорю я Джейсону и смотрю на Найла. Он одет в белую футболку, темные узкие джинсы и черные Vans. Итак, еще раз, я единственная, кто так разоделась, но эй, это мой гардероб.
Я достаю розовый полушубок, такой же, как я носила раньше, но в другом цвете, и мой клатч Chanel, который мой отец купил мне в подарок, когда пропустил мое первое выступление в роли черлидерши. Как будто подарки когда-либо заменят его присутствие. Честно говоря, мои родители должны прочитать книги о воспитании детей и понять своими толстыми черепами, что покупать вещи – не значит покупать любовь.
— Сколько меховок точно такой же модели у тебя есть? — Найл спрашивает, глядя на мои ноги.
— Ну у меня также есть белая и синяя. — отвечаю я, и он качает головой.
— Это наша мама. — говорит Джейсон, и я почти чувствую себя плохо, потому что на секунду я забыла, что он был в комнате.
— Твоя сестра готова? — спрашиваю у Найла, а потом смотрю на время. Уже половина двенадцатого, а значит, мы, наверное, войдём в клуб около двенадцати, но я позвонила и сделала бронь на последнюю минуту. Они сказали, что это был их последний свободный стол, и нам придется купить бутылки стоимостью в шестьсот фунтов, что кажется разумным в сравнении с клубами, в которые я ходила с девочками, где вы даже не войдёте, если только предварительно не заказали две бутылки водки.
— Да, у неё не занимает много времени, чтобы подготовиться. Это тебя мы все ждём.
— Меня? — спрашиваю я, глядя вниз на себя. — Я готова уже ...три минуты.
— Тогда давайте, блин, пойдём, — говорит Джейсон. — Он находится в нескольких минутах ходьбы, поэтому нет необходимости ждать такси.
Я беру свой клатч и проверяю, что мой телефон, деньги, сигареты и паспорт в нем, прежде чем мы выходим из номера, выключая свет.
***
Клуб заполнен, когда мы входим. Нам приходится ждать в очереди, чтобы попасть внутрь, а потом подождать еще немного, чтобы получить талоны на запястья, но после этого мы ,наконец, попадаем внутрь. Блондинка, одетая в короткие шорты и топ ведет нас к столику в углу и вручает меню, прежде чем оставляет нас.
Бутылка водки стоит триста фунтов, поэтому мы заказываем две водки и четыре бутылки Клюквенного сока, которые по сто фунтов.
После того, как девушка возвращается с двумя бутылками, помещенными в лед и четыре бутылки сока, мы наполняем наши бокалы и выпиваем за то, что Лили и Джейсону исполняется шестнадцать.
— Мы должны следить, чтобы они не слишком напились. — Найл говорит мне через некоторое время. Здесь только двое из нас сейчас, потому что остальная часть группы отправилась на танцпол.
— Серьезно? Потому что первый раз ты приложил свои губы на бутылку алкоголя, после того, как тебе исполнилось восемнадцать, верно? — говорю я, наклоняясь ближе к его уху, чтобы он мог услышать меня.
— Почему ты всегда что-то комментируешь? Честно говоря, это уже надоедает и раздражает.
— Как и ты, с каждой минутой, проходящей мимо. — я отвечаю и смеюсь над своей собственной репликой.
Он ничего не говорит, поэтому я заполняю свой третий бокал за ночь и встаю с дивана. — Я пойду танцевать.
Найл пожимает плечами, но все равно встает и следует за мной через массу людей на танцполе, пока я не останавливаюсь прямо у колонки. Я люблю быть рядом с динамиками, так как бас вибрирует через все мое тело, и я могу заглушить все другие звуки, кроме музыки.
Я закрываю глаза, начиная двигать телом и, в то же время, попивая свой напиток. Я имею в виду, черт возьми, мы заплатили хорошие деньги за это, верно?
Моя челюсть начинает болеть, и я понимаю, что улыбаюсь, и это значит, что я уже навеселе. Это также значит, что если я выпью еще один бокал, я напьюсь. Я оборачиваюсь с пустым стаканом, пытаясь пройти обратно к столу.
Я почти натыкаюсь на Найла, который, видимо, скрывался за мной, пока я танцевала и допила свой напиток, так что я киваю в сторону пустого бокал, чтобы он знал, что я вернусь после того, как наполню его.
Когда я возвращаюсь, начинает играть "Complicated" – Dimitri Vegas & Like Mike, так что я срываюсь. Когда я впервые услышала ее, я думала о Найле, так что тот факт, что она играет сейчас заставляет мурашки бегать по спине, потому что я пьяна и я смотрю на него, и он выглядит чертовски хорошо в люминесцентных лампах.
— Мы можем оставить все как есть, малыш, давай не будем усложнять! Этикетки так переоценены, давай не будем все усложнять! — кричу я, танцуя, чуть не расплескав свой напиток, когда он притягивает меня обратно к своей груди и прикладывает свои губы к моему уху, в то время как мы синхронно движемся.
— Почему бы нам просто не раздеться. — он поет мне в ухо, и мои волосы встают дыбом на затылке не только от его близости, но и потому что я думаю, что услышала, как он поёт, и он имеет очень красивый голос. Или, может, я просто пьяна.
Я тяну свободную руку назад, оборачивая её вокруг его шеи и проходясь пальцами по волосам на затылке. Свои руки он опускает на мои бедра, а я выпиваю свой напиток и трусь об него, чтобы перенести свой ум в другое место, но к тому факту, что я хочу, чтобы он меня трахнул.
Когда включается грязная песня, мой ум начинает пищать, сообщая мне, что пора уйти от ситуации, если я не хочу завтра быть на первых полосах с пометкой 'секс-шоу в шикарном клубе'.
— Я...Я пойду покурю. Сейчас. — говорю я ему, еле выговаривая слова, потому что его глаза темные, и его волосы выглядят очень хорошо.
Я допиваю свой напиток, когда добираюсь до стола, чтобы забрать свою сумочку, и спотыкаюсь к выходу из клуба. У моего ума и влагалища происходит очень жаркий спор прямо сейчас, поэтому я иду дальше вдоль стены клуба и прислоняюсь к ней, прежде чем зажигаю сигарету.
Я смотрю, как дым, который я выдыхаю поднимается к небу, а затем рассеивается из-за ветра. Мне холодно, но мои ноги и зона между ними очень теплые, это раздражает.
— Прекрасно. — говорю я вслух, когда вижу, что Найл приближается ко мне сою моей розовой меховкой в руках.
— Говорил же, что, в конечном итоге, я буду носить ее. Держи. Здесь холодно. — он говорит мне, и я позволяю ему повесить её на плечи, прежде чем он поджигает свою сигарету. Подождите, нет. Это косяк.
— Так. — говорю я, не зная, что сказать. — Я пьяна.
Здорово.
— Я заметил. — он смеется, выпуская дым мне в лицо. Запах травы ударяет в меня так сильно, что меня чуть не стошнило. Я не в настроении.
— Мои ноги болят. — говорю и чуть не падаю на землю, но он сжимает мою руку, поймав меня на полпути. Он поднимает меня вверх.
— Здесь грязно.
Я смотрю на него. — Ты грязный.
Найл смотрит на меня своими красными глазами, и я хочу поцеловать его. Поэтому я делаю еще одну затяжку. Мы заканчиваем в тишине, прежде чем я снова жалуюсь на свои ноги. А потом на то, что я голодна. После этого, ко мне приходит идея.
— Развернись. — говорю я ему.
Он хмурится. — Что? Зачем? После всех этих лет ты, наконец, собираешься меня ударить?
Я киваю, и он поворачивается. Без предупреждения, я вцепляюсь в его плечи и попробую прыгнуть на спину, но выходит неудачно. Однако, он удерживает заднюю часть моего бедра и поднимает меня вверх, так что я более комфортно оборачиваю руки вокруг его шеи.
— Сними их. — шепчу я, пытаясь стряхнуть мою обувь. И, ладно, это немного сложнее из-за того, что я на его спине, и мои руки по обе стороны от его шеи.
— Господи, только держись. — говорит он, снимая мои туфли, и я цепляюсь за него изо всех сил. Я беру туфли из его рук, и он приподнимает меня вверх еще раз, чтобы убедиться, что я действительно на своем месте.
— К еде. — я приказываю, указывая на конец улицы. Хоть я и совершенно сбита с толку, я знаю, что есть улица с множеством ресторанов и фаст-фудов. Мы проходим путь, по которому шли сюда, и я надеюсь, что Найл знает, где это, потому что я не могу объяснить ему это правильно.
— Хочешь шашлык? — спрашивает он, и я улыбаюсь, потому что он знает, куда меня везти.
— Я уверена, что он также знает, как взять меня. — говорю я.
— Что? — Найл спрашивает.
— Что? Дерьмо. Я сказала это вслух?
Он смеется и кивает. Я смотрю на его затылок, затем на его руки, вцепившиеся в мои ноги, а затем на мои ботинки, и прежде чем я что-то понимаю, мы попадаем на улицу, заполненную людьми нашего возраста, стоящих в очередях за фаст-фудом.
Найл встаёт в очередь за кебабом, все еще держа меня, и я чувствую себя плохо, но я не собираюсь слезать с него в ближайшее время. Он заказывает и платит за два кебаба, и я держу их в одной руке, пока мы не достигаем пустой скамейки, где он ставит меня на ноги.
Я сажусь, скрещивая ноги и помещаю обувь рядом с собой. Он берет кебаб из моих рук, и я приступаю к еде.
— Я вижу твоё нижнее бельё. — говорит Найл, поэтому я поворачиваюсь к нему и кладу ноги на его колени.
— Боже, спасибо.
Я пожимаю плечами и кушаю свой шашлык, пока я не уверен, что я пролил соус на моей куртке. После, я обнимаю его за шею и кладу свою голову на его плечо.
— Я хочу домой, поехали домой. — ною я и вижу, что он закатывает глаза.
— Ты позволишь мне закончить? — спрашивает он, глядя на половину съеденный бутерброд.
— Я всегда позволю тебе закончить, малыш. — шепчу я, и он смотрит на меня краем глаза, не говоря ни слова.
Он заканчивает свой кебаб, наконец-то, так что я оседлаю его, даже не задумываясь. Ну, ладно, я думала об этом, потому что он выглядит слишком хорошо, его глаза красные, а его губы просто вау.
— Что ты делаешь? — Найл спрашивает.
— Тогда скинь меня. — говорю я ему.
Он не делает этого, поэтому я целую его.
Его руки спускаются к моей талии, а я запускаю руки в его волосы, и мы целуемся и это так здорово, так как каждая часть меня горит.
Поцелуй медленный и глубокий, и я в конце концов перестаю дышать ему в рот, потому что это слишком много.
— Мне нравится тебя целовать. — говорю я ему приглушенным тоном, как будто я только что рассказала ему секрет.
Он не отвечает.
— А ты нет? — спрашиваю я, обидевшись.
Найл обхватывает мой затылок и притягивает меня к своим губам, так что я принимаю это в качестве ответа. Когда я начинаю двигаться против него, мой телефон, лежащий в клатче, звонит.
Я охаю и разрываю поцелуй, чтобы ответить на звонок.
— Да?
— Рей? Где ты? Где Найл? — Джейсон кричит.
— Э-э...снаружи. А что?
— Уже почти четыре утра, и люди начинают уезжать!
— Хорошо, мы будем там скоро. — говорю я и вешаю трубку. Я смотрю на часы.
— Черт, уже четверть четвёртого! Как долго мы целовались? — спрашиваю Найла.
Он смотрит вниз на колени и качает головой. — Совсем немного. Ты пьяна, пошли домой.
Клуб действительно почти пустой, когда мы добираемся до туда. У меня болят ноги, потому что я надела каблуки обратно, и моя голова разболелась, так что сейчас действительно время, чтобы вернуться домой.
Мы оказываемся в отеле в полпятого, и я очень долго пытаюсь найти нашу ключ-карту. Когда я опускаюсь на кровать, мои ноги горят и голова кружится. Джейсон говорит мне, что ему нужно кое о чем позаботиться, прежде чем он выходит за дверь.
Я знаю, что должна остановить его, но не потому, что кровать слишком комфортная, и я не могу двигаться.
Спустя несколько минут раздается стук в мою дверь.
— Нет. Я сплю. — говорю я.
Дверь открывается, и входит Найл с моим пальто. Почему я называю это пальто? Это не пальто!
— Бо-о-оже, я пьяна. — говорю я. — Запри дверь, люди постоянно приходят и уходят, и это не безопасно. — говорю я невнятно и поворачиваюсь к нему лицом.
— Моя сестра ушла.
— Мой брат тоже. — говорю я ему.
— Понял.
Он снимает обувь и садится на кровать около моих ног.
— Раздень меня. — говорю я ему.
— Что?
— Пожалуйста. Я не могу так спать.
— Рей...
— Найл. Пожалуйста. Рубашка в чемодане.
Он снимает мою обувь сначала, потом мою юбку и мой топ. Затем он просовывает мои руки в короткую ночную рубашку, которую я привезла с собой.
— Можешь ли ты снять мой макияж? — спрашиваю я детским голоском.
— Да ладно тебе.
Я делаю щенячье лицо, даже если мои глаза закрыты, но потом улыбаюсь, когда слышу, как он идёт в ванную.
— Чем? — он орет.
— Там есть бутылка с прозрачной жидкостью в ней. — говорю я, заставляя себя правильно произносить слова. — И ватные диски. Ты должен эмм...распылить жидкость на них и протереть мое лицо.
Я слышу, как он шагает ко мне, и открываю свои глаза, чтобы увидеть его, сидящего на корточках и смотрящего мне в глаза.
— Хорошо, закрой глаза. — говорит он, что я и делаю.
Это занимает некоторое время, но, в конце концов, он снимает мой макияж.
— Ты самый лучший. Почему ты не пьяный? — спрашиваю я, когда он приходит, ложась рядом со мной на живот.
— Потому что один из нас должен быть вменяемым, чтобы позаботиться обо всех. И после твоего второго стакана я знал, что я должен быть тем ответственным взрослым.
Я открываю глаза, чтобы посмотреть на него. — Извини? Ты думаешь, что мне хватит два бокала, чтобы напиться?
— Нет, три. Но я полагал, что ты уже близко.
Я вздыхаю. — Он прав.
Найл смеется. — Ты опять думаешь вслух.
— Дерьмо. Ладно, я заткнусь.
Далее – молчание.
— Найл? — я спрашиваю.
— Хм?
Я открываю глаза, просто ослепнув от яркости экрана телефона. Я единственный здравомыслящий человек в этом мире, у которого всегда яркость телефона на минимуме?
— Что? — он подталкивает.
— Ты бы трахнул меня?
Он начинает смеяться. — Да.
— Сейчас?
— Боже, нет. Ты пьяна и не в своем уме.
— Но...все, что ты хочешь, это секса.
Он качает головой и блокирует телефон. Он поворачивается на спину и кладет руки за голову.
— Слушай, я не говорю, что секс – это все, что я хочу, но я бы тебя трахнул.
Мое сердце прыгает от его слов. Мне жаль, что я пьяна.
— Но не сейчас. Может быть, однажды, когда ты не будешь пьяна.
Я вздыхаю. — Я не уверена, что мы можем терпеть друг друга, когда один из нас не пьян.
— Это правда. — признается он.
— Каково же решение?
— Мы можем покурить травку когда-нибудь у меня. — предполагает Найл.
— О, да. — я соглашаюсь, надеюсь что не забуду все на следующее утро.
— А теперь спи.
— Ладно. — я улыбаюсь и закрываю глаза, сразу же засыпая.
***
Я, наконец, открываю глаза, потому что кто-то тыкает мне в лицо в течение десяти минут.
— Что??? — я спрашиваю, глядя на моего улыбающегося брата.
— Время вставать, Рей. Мы выходим через пять минут. Я уже собрал твои вещи и подобрал тебе одежду, она лежит на кровати, но мы должны идти.
— Но я хочу спать и мне нужно с...
— Кофе на столе. Давай.
Я удивлена тем, что он не только выбрал хорошую одежду для меня, но он также спустился на завтрак и заказал мне кофе.
После того, как я одеваюсь, выпиваю кофе и вбиваю наш адрес в приложение waze, я обращаюсь к моему брату, который дрыхнет на кровати.
— Так, теперь, когда ты разбудил меня, ты идёшь спать? Где ты был прошлой ночью?
— Я вышел погулять с Лили.
Я качаю головой и хватаю свой чемодан. — Пойдем домой.
Когда я вижу Найла внизу в холле, который смотрит на меня весело, я задаюсь вопросом, что, черт возьми, произошло прошлой ночью, и сказала ли я ему что-то, чего не стоило говорить.
Когда остальная часть группы идет впереди нас через стоянку к машине, я спрашиваю его, что случилось прошлой ночью. Единственное, что я помню – это что я напилась, и ему пришлось нести меня на спине, чтобы получить немного еды (я этим не горжусь) и после этого все, вроде как, в тумане.
— Ну, ты была так пьяна, что мне пришлось нести тебя, чтобы получить еду. — он говорит, но я знаю, что он что-то скрывает.
— Хм...так мы что-нибудь сделали?
— Что, к примеру? — спрашивает он, кладя руки в карманы джинс и улыбаясь.
— К примеру...я не знаю. Тьфу. Что-то. Целовались? Переспали?
— Ну, ты оседлала меня в какой-то момент и поцеловала, как будто завтра не наступит.
Я корчу лицо. — Что-нибудь еще? Как я оказалась в моей рубашке?
— Ты сказала раздеть тебя. И снять твой макияж.
— Да. Так вот почему у меня не было туши и подводки на лице, когда я проснулась. Спасибо.
— Без проблем.
Мы загружаемся в багажник машины, но я вижу, как он ухмыляется, и это означает, что я также сказала некоторое глупое дерьмо.
— Найл. Я знаю, что я сказала что-то ещё. Не скрывай этого. — я умоляю, когда убеждаюсь, что все остальные в машине.
— Ну...ты также просила, чтобы я тебя трахнул.
Я смотрю на него недоверчиво.
— Я не верю.
Я не верю в это не потому, что я не хочу, чтобы он это сделал, а потому что я никогда не сказала бы ему об этом. Никогда.
— Ну, это правда. — говорит он, закрывая багажник.
— И что ты сказал?
— Я сказал, что ты пьяна, и что тебе нужно спать.
— Так тебе не понравилось бы. — говорю я, скрестив руки на груди. О чем мы вообще говорим?
— Я этого не говорил.
— Тогда что же ты сказал? И не лги мне. Я старая леди, которая не помнит, что она сказала, потому что была в говно.
Найл смеется. — Ну, я сказал, что хотел бы.
Затем я вспоминаю. — Ты сказал, что мы могли бы сделать это когда-нибудь, если накуримся у тебя! Я помню.
— Так ты врешь и, на самом деле, всё помнишь.
Я качаю головой. — Только это.
— Тогда хорошо. Это всё.
— Ладно, но только знай, что этого никогда не случится. — говорю я ему и подхожу к двери водителя.
— Ладно.
Когда я взбираюсь на сиденье, то пишу Джейку.
Рей: нам нужно встретиться КАК МОЖНО СКОРЕЕ сегодня
Рей: ОГРОМНЫЕ новости про Найла и страстное желание
На следующем светофоре я проверяю свой телефон.
Джейк: С
Джейк: У
Джейк: Ч
Джейк: К
Джейк: А
Джейк: кое-что произошло с Гарри тоже
–––––
Больше 6000 слов.
Голосуйте и оставляйте комментарии, пожалуйста :)
Следующая глава будет скоро 💕
Надеюсь, все хорошо провели своё лето 🌞