ГЛАВА VII. Психиатрическая больница
Пришло время, ехать в психиатрическую больницу. День, которого Арисоль так боялась, настал. Утром, собрав последние силы, она встала с кровати и начала собирать вещи. Агнесс помогала ей, стараясь не показывать свою боль, но её лицо было в слезах, словно она провожала дочь в ад.
Она понимала, что это необходимо, но материнское сердце разрывалось от горя. Она знала, какие слухи ходят о психиатрических больницах, представляла себе, что там происходит, и ей было страшно за дочь.
Арисоль видела её страх и старалась успокоить. Она крепко обняла мать и прошептала:
- Все будет хорошо, мама. Я скоро вернусь. - Агнесс покачала головой, не веря ее словам.
- Я буду скучать по тебе, моя девочка. - прошептала она, её голос дрогнул от ужаса. Её дочь будет там совсем одна.
- Я тоже буду скучать, мама. - ответила Арисоль. - Но так будет лучше. Там я смогу узнать точный диагноз, и, возможно, у меня будет шанс вылечиться. Может быть, это поможет мне хотя бы на какое-то время избавиться от этих голосов.
Агнесс вытерла слезы и посмотрела на дочь. Она видела в ее глазах решимость, надежду и страх. Она поняла, что Арисоль уже выросла, но для неё она всегда останется маленькой.
- Я верю в тебя, моя дорогая. - сказала Агнесс. - Ты сильная. Ты справишься.
Они вышли из дома и направились к автобусной остановке. Улица была пустынной, люди избегали их, перешёптываясь за их спинами. Арисоль чувствовала их взгляды, полные презрения и жалости. Но она старалась не обращать на них внимания. Она знала, что ей предстоит ещё много испытаний, и она должна быть сильной.
Когда они добрались до автобусной остановки, Арисоль села в автобус, и мама была рядом. Она посмотрела в окно и увидела, как её мать машет ей рукой. Она улыбнулась ей в ответ, зная, что вернётся. Она обязательно вернётся.
Автобус притормозил, и Арисоль увидела табличку: «Психиатрическая больница № 1». Сердце бешено заколотилось в груди. Это была самая дорогая по слухам и самая опасная психиатрическая больница в городе. В большинстве случаев именно здесь лежали самые опасные пациенты.
Погода словно играла на нервах Арисоль. Небо разверзлось, и начался страшный ливень. Грохотала гроза, молнии разрезали тёмное небо, делая и без того мрачное здание больницы ещё более зловещим и пугающим.
Когда она вышла из автобуса, её встретил Господин Джихо. Его лицо выражало сочувствие и беспокойство.
- Арисоль. - сказал он тихо и мягко. - Я так рад, что ты смогла так быстро отозваться приехать. - он подвел её к зданию больницы и провел внутрь.
Внутри было холодно и сыро. Коридоры были узкими и тёмными, стены выкрашены в серый цвет. В воздухе витал запах лекарств и дезинфицирующих средств. Господин Джихо проводил её до палаты и попрощался, пообещав провести обследование как можно скорее.
Когда Арисоль вошла в палату, её опасения подтвердились. Она не ошиблась: её поместили в блок для самых опасных пациентов.
За стенами раздавались душераздирающие крики и вопли. Пациенты ползали по полу, как дикие звери, а санитары пытались поймать их и сделать инъекции успокоительных и снотворных препаратов. В углу сидела женщина, раскачиваясь из стороны в сторону и бормоча что-то невнятное. Рядом с ней лежал мужчина, прикованный к кровати. Он кричал и пытался вырваться, но санитары держали его, пока врач делал ему укол.
Это было настоящее безумие. Арисоль почувствовала, как по её телу пробежала дрожь. Она с ужасом оглядела палату.
Арисоль не знала, куда себя деть. Она чувствовала, как страх сковывает её тело. Она боялась заговорить, боялась пошевелиться. Она боялась, что её тоже сочтут сумасшедшей и сделают укол.
Она присела на кровать и закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Она понимала, что ей нужно быть сильной, что ей нужно выдержать это испытание. Она знала, что ради своей мечты, ради своей матери она должна пройти через всё это.
И в этот момент она почувствовала, что начинает сходить с ума.
Арисоль собрала остатки воли в кулак. Нельзя поддаваться панике. Она не позволит страху сломить себя. Она встала с кровати и решительно направилась в конец коридора. Она знала, что там, в одной из палат, лежит её отец.
Когда она подошла к его палате, её сердце забилось ещё сильнее. Она остановилась на мгновение, глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь успокоиться. Затем она толкнула дверь и вошла внутрь.
Он лежал на кровати в той же старой палате, которую она помнила с лета. Его лицо было бледным и измождённым, но в глазах всё ещё горел огонёк разума. Увидев дочь, он напрягся. Он знал, что её положили сюда. Он случайно подслушал разговор Господина Джихо с медсестрой и понял, что Арисоль скоро окажется в этой больнице.
Арисоль опустила глаза, не в силах выдержать его взгляд. Она чувствовала себя виноватой, словно это она виновата в том, что унаследовала его болезнь. Отец молчал, глядя на нее с сочувствием.
- Мне жаль, что ты здесь. - сказал он тихо и хрипло. - У нашей болезни нет лечения. В будущем ты сойдёшь с ума, и есть только один исход... - он запнулся и указал взглядом на окно. Арисоль поняла, что он имеет в виду. Самоубийство!
Она подошла к нему и обняла его крепко-крепко.
- Всё будет хорошо, папа. - прошептала она, стараясь сдержать слёзы. - Я обещаю тебе. Я справлюсь. - но отец не хотел слышать её слов. Он не хотел такой жизни для своей дочери. Он знал, что ждёт её впереди, и не мог этого допустить.
- Не говори глупостей! - воскликнул он, отстраняя её от себя. - Ты не понимаешь, что это такое. Ты не выдержишь этого.
Арисоль непонимающе посмотрела на него. Она не могла понять, как он, находясь в этом ужасном месте, все еще сохраняет здравый рассудок. Мать говорила, что ему осталось недолго, что болезнь скоро поглотит его разум. Да и когда она навещала его, он выглядел слабым и потерянным. Что с ним случилось?
На самом деле отец Арисоль, несмотря на многолетнее пребывание в психиатрической больнице, находился в состоянии ремиссии. Он принимал лекарства, которые помогали ему контролировать симптомы болезни, и посещал психотерапевта. Но главное, у него был сильный внутренний стержень, который не давал ему окончательно сломаться.
Он жил воспоминаниями о прошлом, о своей любви к Агнесс, о мечтах о счастливой семье. Он рисовал, в своём воображении картины счастливой жизни, где Арисоль и его любимая жена – Агнесс здоровы и счастливы.
Кроме того, он разработал собственную систему выживания в этой больнице. Он научился игнорировать крики и вопли, не обращать внимания на безумные взгляды. Он общался только с теми, кому доверял, и избегал конфликтов. Но самое главное, он не терял надежды. Он верил, что однажды наступит день, когда он сможет покинуть это место и вернуться к нормальной жизни.
Но, увидев, что Арисоль оказалась в той же ловушке, он потерял последнюю надежду. Если для себя он ещё находил силы бороться, то видеть, как её дочь постигла та же участь, было невыносимо. Он понял, что выхода нет, и ему оставалось только подготовить её к самому худшему.
Согласно больничному распорядку, у Арисоль и ее отца Юнги были разные часы приема пищи. Это было сделано для того, чтобы избежать лишних контактов между пациентами, которые, как считалось, могли спровоцировать неконтролируемые вспышки агрессии.
Когда Арисоль шла в столовую, где ей предстояло поесть, она чувствовала на себе сотни взглядов. Некоторые пациенты, полуголые и растрепанные, ползали по полу, бормоча что-то себе под нос. Другие стояли у стен, глядя на нее безумными глазами. Они кричали, выкрикивая бессвязные фразы, среди которых отчетливо слышались слова:
- Она своя!
- Она одна из нас!
Арисоль старалась не обращать на них внимания, но это было невыносимо тяжело. Она чувствовала себя экспонатом, на который смотрят как на дикого зверя в клетке. Она чувствовала страх, стыд и отчаяние.
Во время еды она сидела в полном одиночестве за маленьким столиком, стараясь не смотреть по сторонам. Еда была безвкусной и отвратительной, но она заставляла себя есть, чтобы сохранить хоть немного сил.
В какой-то момент она почувствовала, как к ней подсела молодая девушка с красными глазами, испуганно посмотрела на неё и сказала:
- Они в тебе, они не позволят тебе жить!
Арисоль даже не успела ничего ответить, как прибежали санитары и увели девушку. Арисоль вздрогнула. Что это было? Хотя чего она ожидала, она находилась среди больных.
Не в силах больше выносить одиночество и страх, Арисоль решила, поговорить с отцом. Она пробралась в его палату в надежде найти хоть какую-то поддержку и утешение.
Когда она вошла, то увидела, что отец стоит на коленях перед кроватью и молится. Его руки были сложены в молитве, а глаза закрыты. Арисоль подошла ближе и услышала, как он шепчет:
- Господи, умоляю, защити ее. Не дай болезни коснуться моей дочери... - он молился за нее, чтобы ее не постигла та же участь, что и его.
Сердце Арисоль сжалось от боли. Она присела на корточки, подошла к отцу и обняла его сзади. Ее щека коснулась его спины, и она почувствовала, как по щекам текут ее собственные слезы.
Отец вздрогнул, почувствовав ее прикосновение. Он повернулся к ней и обнял в ответ, прижимая к себе.
- Что ты здесь делаешь? – непонимающе спросил он.
- Мне плохо, папа. - прошептала Арисоль. - Мне страшно. – её голос дрожал, она боялась этих стен, и медленно сходила с ума.
- Всё будет хорошо. - сказал он, поглаживая её по голове. - Я всегда буду рядом. – неожиданно отец решил спросить про Агнесс. - Как мама?
Арисоль рассказала ему, что мама работает на трёх работах, но денег всё равно не хватает. Она рассказала о том, как ей тяжело, как её травят, как она устаёт.
Юнги сжал кулаки. Он был в ярости. Ему было больно видеть, как страдают его любимые люди, как они вынуждены бороться за выживание. Он хотел помочь своей семье выбраться из нищеты, дать им всё, чего они заслуживают.
Но он был беспомощен. Он заперт в этой больнице, лишён возможности что-либо сделать.
- Это очень плохо. - прошептал он. - Очень плохо.
Он смотрел на Арисоль, на её испуганные глаза, на дрожащие губы. Он знал, что ему нужно найти выход, что он должен помочь им. Но сначала ему нужно было выбраться из больницы. Только тогда он сможет что-то изменить. Отец, понимая, как тяжело Арисоль, решил попытаться хоть немного развеять её тоску и страх.
- Арисоль. - начал он, стараясь говорить спокойно. - Завтра утром, после завтрака, давай прогуляемся? - Арисоль с недоверием посмотрела на него.
- Куда? - спросила она. - Здесь всё заколочено и везде решётки. - отец улыбнулся, хотя улыбка его была грустной.
- Не переживай. - ответил он. - Меня иногда отпускают погулять. После твоего появления мне стало лучше, я ем, принимаю лекарства, даже вроде как в ремиссии.
Арисоль в это не верила. С таким диагнозом он не мог быть в стадии ремиссии. Она знала, что это за болезнь, она видела, как люди сходили с ума, как они теряли рассудок. Но в глубине души она надеялась, что это правда. Ей хотелось верить, что ее отец действительно выздоравливает, что он сможет вернуться домой.
- Правда? - спросила она, ее голос дрожал от волнения. Отец кивнул.
- Да. — ответил он. – Мы ненадолго сходим прогуляться. - Арисоль не знала, что и думать. С одной стороны, ей хотелось верить отцу, с другой - она сомневалась. Но она не хотела его расстраивать.
- Хорошо. - сказала она. - Я согласна. - она кивнула, стараясь скрыть свои сомнения. Она надеялась, что эта прогулка поможет ей отвлечься от страшных мыслей, что она сможет хоть немного отдохнуть от этого кошмара.
Утром, после завтрака, Арисоль направилась к выходу из больницы. Сердце бешено колотилось в груди. Она не знала, чего ожидать от этой прогулки. Она до последнего не верила, что это возможно. Она подошла к выходу и увидела отца. Он стоял, опираясь на трость, и ждал её. На его лице была улыбка.
Арисоль не знала, зачем взяла с собой нож. Он просто лежал в ее кармане, маленький и острый, как последнее средство защиты. Голоса в голове смеялись, намекая, что будет весело, что ей пригодится это оружие.
У выхода их встретил Господин Джихо. Он ещё раз предупредил, что за ними будут присматривать и что они не должны пытаться сбежать. Арисоль кивнула, давая понять, что всё будет хорошо. Она не собиралась никуда бежать. Ей просто хотелось провести время с отцом, хоть немного отдохнуть от больничной обстановки.
Они вышли на улицу. Солнце ярко светило, птицы пели. Казалось, что мир вокруг них живёт своей обычной жизнью, не подозревая о том, что происходит внутри больницы.
Арисоль и Юнги пошли в небольшой парк неподалёку от больницы. Они купили мороженое и сели на скамейку, чтобы его съесть. В такие моменты Арисоль чувствовала себя счастливой. Рядом с ней был её любимый папа, несмотря на его болезнь. Она очень его любила.
Они ели мороженое и разговаривали. Юнги рассказывал ей смешные истории из своей юности, а Арисоль слушала его, смеясь и плача одновременно.
Она понимала, что эти моменты бесценны. Она знала, что они могут больше не повториться. Поэтому она старалась запомнить каждую деталь, каждое слово, каждый взгляд, каждый его рассказ.
Она смотрела на отца и думала о том, что он — самый сильный человек из всех, кого она знает. Он пережил столько боли и страданий, но не сломался. Он продолжал жить, продолжал любить, продолжал надеяться.
Арисоль верила, что и она сможет справиться со своими проблемами. Она знала, что у неё есть цель — помочь своей семье, вытащить её из нищеты. И она сделает всё возможное, чтобы достичь её.
Мирная идиллия была сорвана. Из-за деревьев вышла незнакомая девушка. Она указывала пальцем на Арисоль и Юнги, выкрикивая оскорбления.
- Психи! - кричала она. – Посмотрите! Это же Арисоль и Юнги! - Арисоль вскочила со скамейки, готовая наброситься на обидчицу. Но отец тут же схватил ее за руку и попытался усадить обратно.
- Арисоль, успокойся! - прошептал он. Арисоль отдернула его руку, не в силах сдержать гнев. Она снова поднялась, дрожа от ярости.
Девушка продолжала смеяться и издеваться, крича, что Арисоль такая же, как её отец, что ей суждено закончить жизнь в психиатрической больнице.
Арисоль сжала руки в кулаки, ее снова начала бить дрожь. Голоса в ее голове завыли, призывая к мести. Ее глаза горели безумием. Она не осознавала, что держит в руке тот самый нож.
Девушка, увидев это, испугалась и бросилась бежать. Но Арисоль метнула нож, её рука не дрогнула. Лезвие вонзилось прямо в цель, в шею убегающей девушки.
Крик, кровь, паника. Юнги вскочил со скамейки, его глаза были полны ужаса. Он закричал, пытаясь остановить дочь.
Но было уже поздно.
Подойдя к девушке, которая захлёбывалась кровью, Арисоль, словно обезумевшая фурия, не обращая внимания на крики отца, принялась добивать её. С каждым ударом она словно вымещала всю свою боль, свой страх, свою ненависть.
- ЧТО ТЕПЕРЬ СКАЖЕШЬ О МОЕЙ СЕМЬЕ? – удар, ещё удар. – ГОВОРИ! ГОВОРИ!
Отец оттащил ее от окровавленного тела, но Арисоль вырывалась, продолжая выкрикивать слова полные ненависти:
- Она должна ответить! Она должна заплатить за все, что сказала!
Одежда Арисоль была пропитана кровью, она выглядела как воплощение кошмара. Санитары тут же подбежали и схватили ее, с трудом уложив на каталку. Один из них быстро сделал ей укол успокоительного.
Но укол не подействовал. Арисоль металась на каталке, крича:
- Ты... ты не должна была так говорить о моём отце! Ты пожалеешь об этом! - Юнги сидел рядом с ней, его лицо было искажено ужасом. У него раньше было подобное, но теперь, когда это случилось с его дочерью...
- Арисоль, успокойся! — умолял он, его голос дрожал от ужаса. - Пожалуйста, успокойся! - но Арисоль его не слышала. Ее глаза были полны безумия, ее разум поглотила тьма.
- Ты такая же, как он... - кричала она. - Ты думаешь, что ты лучше нас?
Юнги был в полном смятении. Его руки дрожали, а в голове царил хаос. Он не мог поверить в то, что произошло. Его дочь, его маленькая Арисоль, совершила убийство. Безумие, которое она так долго пыталась сдерживать, вырвалось на свободу, и она убила человека.
Он держал дочь за руку, пока её везли обратно в палату. Она металась и кричала, но постепенно успокоилась под действием успокоительного. Арисоль с трудом переложили на кровать и ввели ей еще больше лекарств, в два раза превысив обычную дозу. Наконец она уснула, погрузившись в беспамятство.
Юнги стоял у кровати дочери, его лицо было бледным как полотно. Он смотрел на неё с болью. Его маленькая девочка, его принцесса, страдала так же, как и он. Он чувствовал себя виноватым, словно это он виноват в том, что болезнь передалась ей по наследству.
Господину Джихо не нужно было ничего говорить. Он видел всё своими глазами, он понимал глубину трагедии, разыгравшейся перед ним. Он подошёл к Юнги, и положил руку ему на плечо.
- Идите, отдохните, Юнги. - мягко сказал он. - Я присмотрю за Арисоль. - Юнги покачал головой, не в силах оторвать взгляд от дочери.
- Я не могу ее оставить. - прошептал он.
- Ей сейчас нужен покой. - ответил Господин Джихо. - Вы не поможете ей, если сами будете в таком состоянии. Идите, отдохните. Я обещаю, что буду рядом с ней, пока она не проснётся.
Юнги колебался, но, в конце концов, согласился. Он вышел из палаты, оставив Господина Джихо наедине с его дочерью. Господин Джихо сел на стул рядом с кроватью и стал ждать. Он понимал, что Арисоль предстоит многое пережить, он был готов бороться за жизнь своей пациентки.
Ближе к вечеру Арисоль наконец-то проснулась. Голова раскалывалась, как будто по ней били молотком. В горле пересохло, а во рту ощущался неприятный привкус лекарств. Она открыла глаза и увидела Господина Джихо, который сидел рядом с ней и внимательно наблюдал за реакцией её зрачков.
- Как ты себя чувствуешь, Арисоль? - спросил он мягко, его голос звучал обеспокоенно. Арисоль попыталась сесть, но резкая боль пронзила её голову. Она застонала и снова откинулась на подушку.
- Что случилось? - прошептала она хриплым голосом. - Где я?
Она огляделась. Она находилась в своей палате, на ней была больничная пижама. Она ничего не помнила. Последнее, что осталось в ее памяти - это прогулка с отцом в парке. Но что произошло потом?
- Ты ничего не помнишь? - спросил Господин Джихо, его взгляд был полон сочувствия. Арисоль покачала головой.
- Нет. - ответила она. - Я помню.... Только... парк... и папу... А что было дальше? - Господин Джихо вздохнул. Он понимал, что ей будет тяжело услышать правду, но он не мог ее скрывать.
- Арисоль. - начал он. - Ты... ты убила человека. - Арисоль замерла. Она недоуменно посмотрела на господина Джихо.
- Что? - прошептала она дрожащим голосом. - Что вы говорите? Я... я не могла...
- Я знаю, что тебе тяжело это принять. Но это правда. Ты напала на девушку в парке и убила ее ножом. - ответил он.
Арисоль в ужасе закрыла глаза. Она не могла поверить в то, что услышала. Она не могла представить, что способна на такое зверство.
- Нет... - прошептала она. - Это не может быть правдой... Я не могла этого сделать... - она открыла глаза и посмотрела на Господина Джихо с отчаянием. - Я ничего не помню! - воскликнула она. - Как это возможно?
- Я знаю, что ты этого не помнишь. - ответил Господин Джихо. - Но это случилось. Ты были в состоянии бешенства, ты не контролировала себя.
Голоса в ее голове ликовали, поздравляя с шестнадцатой жертвой. Арисоль в ужасе сжала кулаки, пытаясь заглушить их мерзкий шепот. Господин Джихо, видя ее состояние, оставил ее одну, понимая, что ей нужно время, чтобы все обдумать.
Но как можно обдумать такое? Арисоль слышала смех, наглый и издевательский. Голоса были правы, она убийца, она монстр. Она словно марионетка, управляемая невидимыми нитями безумия.
Один из голосов, самый властный и требовательный, приказал ей встать. Она повиновалась, словно зомби, и подошла к окну. Взгляд зацепился за далекий горизонт, за едва различимые огни города. И вдруг в памяти всплыли лица Сонхва и Юджуна. Её любимые друзья.
Они мечтали стать айдолами, вместе репетировали, вместе преодолевали трудности. И у них получилось! Они добились успеха, их группа стала популярной, они стали звёздами. Сонхва стал лидером, а Юджун был вторым участником его группы.
Арисоль была рада за них. Они заслужили это счастье, они добились успеха благодаря своему таланту и упорству. Они были счастливы.
Арисоль вспомнила о пропущенных звонках. С тех пор, как она оказалась в психиатрической больнице, она перестала отвечать на их звонки. Ей было стыдно. Она не хотела, чтобы они видели ее в таком состоянии, не хотела, чтобы они знали, о ее проблемах.
Она не хотела, чтобы её друзья знали, что их подруга - убийца.
И тут, словно по закону подлости, ее телефон завибрировал. Она с ужасом посмотрела на экран. Звонил Юджун.
Сердце бешено заколотилось в груди. Она не знала, что ему сказать, как объяснить свое молчание. Она боялась, что он узнает о случившемся, и тогда их дружбе придет конец.
Арисоль не хотела с ним разговаривать, не хотела, разрушать ту светлую память о прошлом, которая ещё жила в её сердце.
Поэтому она, не раздумывая, отклонила звонок.
Юджун был настойчив. Телефон продолжал вибрировать, и Арисоль понимала, что так просто от него не отделаться. Собравшись с духом, она приняла вызов. На экране появился Юджун. Он был запыхавшимся и вспотевшим после тренировки. В его глазах читалось беспокойство.
Арисоль быстро села на кровать, стараясь скрыть больничную обстановку палаты. Она надеялась, что ей удастся обмануть друга и сохранить в тайне свое местонахождение.
Но Юджун оказался слишком внимательным.
- Арисоль, что с тобой? - спросил он. - Где ты? Это больница? - Арисоль сглотнула, не зная, что ответить. Она не хотела говорить правду, но и врать у нее не получалось.
В этот момент на экране позади Юджуна появился Сонхва. Он помахал Арисоль рукой и приветливо улыбнулся. Арисоль криво улыбнулась в ответ, чувствуя, как к горлу подступает комок.
- Арисоль, ты в порядке? - спросил Сонхва. - Почему ты так долго не отвечала на наши звонки? Мы очень волновались. - Юджун нахмурился, наблюдая за Арисоль.
- Расскажи нам, что случилось. — потребовал он. - Мы всегда рядом, ты же знаешь.
Арисоль молчала, не зная, что сказать. Она не хотела, рассказывать им о своих проблемах, о своих голосах, об убийстве. Она боялась, что они отвернутся от нее, что они перестанут с ней общаться.
- Я приехала навестить отца. – тихо ответила Арисоль пряча взгляд от экрана.
Но Юджун нахмурился еще сильнее. Он не был глупцом, он видел ее в больничной пижаме, он чувствовал ее нервозность и неискренность. Она нагло лгала ему, и это его задевало.
- Не ври мне, Арисоль! - выпалил Юджун, его голос стал резким. - Я вижу, где ты. Это не просто больница, это что-то другое. Ты же знаешь, я всегда чувствую, когда ты лжёшь. - Сонхва, видя напряжённую ситуацию, попытался успокоить Юджуна, положив руку ему на плечо.
- Юджун, успокойся. - мягко сказал он. - Дай ей время, может быть, ей тяжело говорить об этом. - Но Юджун был непреклонен. Он чувствовал, что Арисоль скрывает что-то очень важное, и не собирался отступать, пока не узнает правду.
Арисоль посмотрела Юджуну в глаза, пытаясь убедить его в своей лжи. Она глубоко выдохнула, стараясь казаться спокойной и уверенной.
- Я решила остаться с отцом на ночь в больнице. - сказала она. - Меня специально переодели, чтобы я выглядела как одна из них, чтобы не выделяться. Яркие цвета могут пугать таких пациентов. - кажется, ложь сработала. Юджун немного смягчился, хотя в его глазах все еще читалось сомнение.
Он кивнул, не до конца поверив, но и не желая давить на неё дальше. Сонхва, почувствовав, что напряжение немного спало, перехватил инициативу.
- Арисоль. - сказал он с тёплой улыбкой. - Мы с Юджуном можем приехать к тебе на днях? Навестить тебя, привести сладости и фрукты?
Арисоль задумалась. Она понимала, что встреча с друзьями в больнице - это огромный риск. Они могут узнать правду, могут увидеть, в каких условиях она находится. Но, с другой стороны, ей так их не хватало, ей так хотелось снова почувствовать себя частью нормальной жизни.
После недолгих раздумий она кивнула.
- Да. - сказала она. - Приезжайте. Я буду рада вас видеть.
Арисоль решила поспать после разговора с друзьями. Но за тонкими стенами продолжали раздаваться крики и вопли, словно сама больница была живым организмом, измученным и истерзанным.
Не выдержав, она вышла в коридор, чтобы понять, что происходит. И увидела ужасающую картину: по полу ползал мужчина, растрепанный и безумный, словно дикий зверь, выпущенный из клетки.
Он посмотрел на Арисоль воспалёнными, безумными глазами и прохрипел:
- Своя... Ты своя... Ты такая же, как и мы...
От этих слов у Арисоль внутри всё похолодело. Сердце бешено заколотилось, а по телу пробежала дрожь.
Но, несмотря на страх, она нашла в себе силы подойти к мужчине и помочь ему подняться. Он был слаб и едва держался на ногах. Арисоль бережно поддержала его и, несмотря на его протесты и бессвязное бормотание, отвела обратно в палату. Затем она позвала медсестру, чтобы та оказала ему необходимую помощь. Но даже после того, как медсестра увела мужчину, Арисоль не могла успокоиться. Слова этого безумного пациента продолжали звучать в ее голове, как клеймо: «Ты своя... Ты такая же, как и мы...». Ее приняли там, где она никак не ожидала, среди безумцев, среди тех, кого она всегда боялась. И эта мысль пугала ее больше всего на свете.
На следующее утро Юнги навестил Арисоль. Она призналась, что почти не сомкнула глаз за всю ночь. Воспоминания о убийстве и слова безумного пациента не давали ей покоя.
- Папа. - тихо сказала Арисоль, держа отца за руку. - Сонхва и Юджун хотят навестить меня. Но как это сделать? Снова просить помощи у Господина Джихо? - Юнги нахмурился. Он понимал ее замешательство.
- Арисоль, не мучай себя. - ответил он, поглаживая её руку. - Ты не должна чувствовать себя обязанной. Господин Джихо делает это не из чувства долга, а потому что заботится о нас. - но Арисоль не могла избавиться от чувства вины.
- Я знаю, папа. — ответила она. - Но мне стыдно. Господин Джихо рискует своей репутацией и работой ради нас. Он друг нашей семьи, закрывает глаза на всё и помогает. А на самом деле... никто из нас его даже не отблагодарил. – она замолчала, терзаемая противоречивыми чувствами. - Я хочу пойти в кабинет Господина Джихо.
Но в этот момент голоса в её голове снова зашумели. Они нашептывали ей безумные идеи, рисуя картины будущего, в которых она - знаменитый айдол, купающаяся в лучах славы и богатства.
- Если ты выйдешь в люди, станешь айдолом, ты сможешь обеспечить будущее своей семье! - кричали голоса. - Ты будешь богатой и знаменитой!
Но тут же в голове всплыла ужасная картина её убийства.
- Но как это сделать, если я убила человека? - в отчаянии подумала Арисоль.
Собравшись с духом, Арисоль все же вошла в кабинет Господина Джихо. Он встретил ее сочувственной улыбкой.
- Арисоль, проходи. - сказал он, указывая на стул. - Что-то случилось? - Арисоль села и, запинаясь, рассказала о своих друзьях, которые хотят ее навестить.
Господин Джихо внимательно выслушал ее, и ответил.
- Я понимаю, Арисоль. Ты хочешь, чтобы твои друзья могли тебя увидеть. Я согласен. Но при условии, что это никак не повлияет на больницу. Мне не хватает только того, чтобы о нашей больнице писали в газетах и говорили в новостях. Она и так считается самой опасной в городе. - Арисоль облегченно выдохнула.
- Я понимаю, Господин Джихо. - сказала она. - Обещаю, это никак не навредит больнице.
- Хорошо. - ответил он. - В таком случае я отправлю тебя на МРТ, чтобы проверить, нет ли у тебя сотрясения мозга или других повреждений. Это необходимо. - Арисоль кивнула, соглашаясь с его решением.
Войдя в кабинет МРТ, Арисоль послушно выполнила все указания врача. Она сняла тапочки, вставила в уши беруши и легла на подвижный стол. Вскоре ее повезли внутрь огромного аппарата, похожего на туннель.
Арисоль лежала неподвижно, стараясь расслабиться. Через двадцать минут она начала слышать приглушённые голоса. Судя по тону, врач разговаривал с Господином Джихо.
- Никаких травм, сотрясений тоже нет. - говорил врач. - Все чисто, совсем как у ее отца. - Арисоль нахмурилась. Значит, с мозгом все в порядке, физических повреждений нет. Но она-то знала, что проблема гораздо глубже.
- Но есть кое-что ещё. - продолжил врач. - Она слышит голоса. Говорит, что они подталкивают её к убийству. Если взять других пациентов, то к нам обращаются их родственники во время приступов, но вы Господин Джихо покрываете семью.
- Это вас никак не касается, занимайтесь своим делом. – врач лишь фыркнул на его ответ.
Вскоре Арисоль вывели из аппарата. Едва она успела встать на ноги, как Господин Джихо протянул ей лист с заключением.
- Вот, Арисоль. - сказал он. - Травм нет. Но... к сожалению, есть проблемы с головой.
Он посмотрел на нее с сочувствием, но в его взгляде читалась тревога. Арисоль взяла лист и пробежалась глазами по тексту. Она и так знала, что там написано. Ей не нужны были заключения врачей, чтобы понять, что с ней что-то не так. Арисоль последовала за Господином Джихо в его кабинет. Она хотела сказать ему, что мечтает как можно скорее покинуть больницу и вернуться к нормальной жизни. Но Господин Джихо, словно прочитав её мысли, не дал ей и слова сказать.
- Арисоль. - сказал он, жестом приглашая ее присесть. - Я понимаю, что тебе хочется поскорее уйти отсюда. Но я не могу выписать тебя из больницы, пока не разберусь, в чем дело. Мы должны разобраться с этими голосами, с твоими приступами. Это может занять недели, а может, и месяцы.
- Я знаю. - прошептала она.
- Более того, Арисоль. - продолжил Господин Джихо, глядя ей прямо в глаза. - Так будет лучше для тебя. Здесь ты в безопасности, под присмотром. Ты никого не убьёшь. - Арисоль вскочила с места.
- Но я хочу стать айдолом! - воскликнула она, её голос дрогнул от отчаяния. - Я хочу вытащить семью из нищеты! - Господин Джихо глубоко вздохнул, понимая её намерения.
- Арисоль. - мягко сказал он. - Я понимаю, как это важно для тебя. Но послушай меня. Какая может быть карьера, когда ты больна? Ты не можешь себя контролировать, ты слышишь голоса, ты убиваешь людей! - Арисоль хотела возразить, но Господин Джихо ее перебил. - Тем более, Арисоль. Ты будешь выступать перед людьми, перед огромной аудиторией. А вдруг что-нибудь случится? Вдруг ты снова потеряешь контроль? Ты представляешь, какая это будет трагедия? - он покачал головой. - Нет, Арисоль. - твёрдо сказал он. - Я не могу этого допустить. Пока ты не поправишься, ни о какой карьере айдола не может быть и речи.
Голоса в голове Арисоль ликовали, злорадно смеясь над её безвыходным положением. Они шептали ей гадости, внушая чувство собственной никчёмности и безысходности.
Выйдя из кабинета Господина Джихо, она чувствовала себя подавленной. Её мечта вытащить маму из нищеты стала такой далекой и несбыточной. Внезапно в памяти всплыл образ Минхёка. Он был одним из немногих, кто не отвернулся от нее. Решив, что ей нужно хоть немного тепла и поддержки, Арисоль достала телефон и набрала его номер.
Услышать его голос было настоящей радостью. Он звучал так спокойно и ободряюще, словно ничего не случилось.
- Господин Минхёк, это я, Арисоль. - сказала она, стараясь скрыть дрожь в голосе.
- Арисоль? - переспросил Минхёк. - Я так рад тебя слышать! Как ты?
- Не очень. - призналась она. - Мне нужно с вами поговорить. Мы можем встретиться?
- Конечно! - ответил Минхёк без колебаний. - Когда и где тебе удобно?
- Я... я не знаю. - пробормотала Арисоль. – Я уже ничего не знаю...
- У тебя точно всё хорошо, Арисоль? – поинтересовался Минхёк, в его голосе звучали нотки беспокойства.
- Да, я просто не знаю, где мы встретимся... - ответила Арисоль в отчаянии.
- Давай встретимся у той больнице, в которой мы познакомились?
- Давайте... - с болью ответила она.
Встречу назначили на следующий день. Арисоль подумала, что это неплохой день, чтобы немного отдохнуть от гнетущей атмосферы больницы и постоянных криков в голове.
С тяжёлым сердцем она снова пошла к Господину Джихо, чтобы попросить его отпустить её. Он был в ярости, ему не нравилась эта идея, он боялся, что она может натворить глупостей. Но, видя отчаяние в её глазах, он, в конце концов, сдался.
- Я отпускаю тебя, Арисоль. - сказал он строго. - Но только потому, что надеюсь на твой здравый смысл. Пожалуйста, не разочаровывай меня. - Арисоль пообещала ему, что будет осторожна и обязательно вернётся в больницу к вечеру.
На следующий день, в назначенное время, Арисоль уже стояла у той самой больницы, где они с Минхёком познакомились. Это место было для них обоих символом их первой встречи.
Вскоре подъехала машина Минхёка. Арисоль быстро села к нему, пристегнулась и робко улыбнулась.
- Здравствуйте. - тихо сказала она.
- Привет, Арисоль. - ответил Минхёк, обеспокоенно глядя на неё. - Куда ты хочешь поехать? - Арисоль тяжело выдохнула, зная, что ей нужно быть осторожной.
- Куда-нибудь... подальше от людей. - прошептала она. Минхёк кивнул, видя её состояние.
Вскоре они приехали к нему домой. Дом был небольшим, но очень уютным. Арисоль села на мягкий диван и стала осматриваться, пока Минхёк хлопотал на кухне, заваривая чай.
Дом Минхёка был наполнен мраком, но теплом. В гостиной стоял большой угловой диван, заваленный мягкими подушками разных цветов. Напротив дивана висел большой телевизор, а под ним располагалась полка с книгами и дисками. Стены были украшены фотографиями и картинами, создавая атмосферу тепла и уюта. На подоконниках стояли горшки с цветами, а в углу комнаты располагался небольшой аквариум с разноцветными рыбками.
Всё в этом доме говорило о том, что здесь живёт человек, который любит комфорт и порядок. Здесь было спокойно и безопасно, и Арисоль почувствовала, что может хоть ненадолго забыть о своих проблемах.
Минхёк принёс чай. Арисоль сразу почувствовала приятный, слегка кисловатый аромат. Она сделала глоток. Чай оказался очень вкусным, согревающим и успокаивающим. Между ними повисло молчание. Арисоль не знала, что сказать.
Она чувствовала себя неловко в компании взрослого мужчины, особенно после всего, что произошло. О чём она вообще думала, когда соглашалась ехать с ним куда-то?
Но, ей было уже всё равно. Ей было плевать, каким будет исход её жизни. Единственное, чего она боялась - это сойти с ума, окончательно потерять связь с реальностью.
Минхёк, похоже, тоже чувствовал её замешательство. Он сделал глоток чая и поставив чашку на стол, спросил:
- Как школа, Арисоль? - Арисоль тяжело вздохнула. Она не хотела говорить о школе, о своих проблемах, о том, что одноклассники её травят. - Похоже, у тебя не всё хорошо в школе. - заметил Минхёк, глядя на неё с сочувствием.
Арисоль почувствовала, как задрожали её руки. В голове зашумело, словно тысячи пчёл разом поднялись в воздух. Это начиналось... Приступ. Только не это! Только не сейчас, не при нём!
Она отчаянно пыталась взять себя в руки, унять дрожь, остановить надвигающуюся панику. Ей нужно было что-то сделать, чтобы отвлечься, заглушить надвигающийся хаос.
Собрав последние силы, Арисоль выпрямилась и встретилась взглядом с Минхёком. Не спрашивая разрешения, не говоря ни слова, она бросилась к нему и крепко обняла.
Она вцепилась в его одежду, как утопающий хватается за спасательный круг. Слезы сами потекли по ее щекам, обжигая кожу горячими ручьями. Минхёк замер, словно громом пораженный.
Он не ожидал такого порыва, такой отчаянной близости. Он смотрел на нее, не зная, что делать, как реагировать. Он не мог ее коснуться. Нет! Вдруг она подумает что-то не то? Вдруг она неправильно поймет его жест? Он ведь взрослый мужчина, а она... маленькая сломленная девочка!
И тут, сквозь рыдания, Арисоль смогла вымолвить лишь одно слово:
- Пожалуйста...
В этом слове было столько боли, столько отчаяния, столько мольбы о помощи, что Минхёк не смог устоять.
Преодолевая внутреннее сопротивление, борясь с собственными страхами и сомнениями, он осторожно положил руку ей на спину. Его рука дрожала. Он не решался прижать ее к себе сильнее, не решался сделать лишнее движение. Он лишь с трудом погладил ее по спине, пытаясь хоть немного успокоить, хоть немного утешить.
В тот момент он чувствовал себя маньяком, прикасаясь к маленькой девочке. Ему было стыдно за это. Он понимал, что должен держаться от неё подальше, что не имеет права злоупотреблять её доверием. Но он не мог оттолкнуть её, не мог отказать ей в помощи. Он видел её боль, чувствовал её отчаяние и не мог остаться равнодушным.
Арисоль захлёбывалась слезами. Ей хотелось рассказать Минхёку обо всём: о травле в школе, об издевательствах одноклассников, о своих преступлениях, о голосах, которые преследуют её. Она хотела выплеснуть на него всю ту боль, которая терзала её душу.
Но она не могла. Она боялась, что он оттолкнёт её, испугается и перестанет с ней общаться. Она и так чувствовала себя изгоем, никчёмной и одинокой.
Будучи подростком, она не имела выбора. Она должна была лечиться, чтобы не навредить другим. Но кому она такая нужна? Больная, с криминальным прошлым, неуравновешенная?
Сонхва и Юджун стали айдолами, они добились успеха, о котором так мечтали. Им не до неё, у них своя жизнь, свои заботы. Она не хотела обременять их своими проблемами.
Мама живёт в нищете, они едва сводят концы с концами. Не на что купить одежду, нечего есть. Арисоль худела на глазах, но никто не хотел им помогать из-за отца, из-за того что он серийный убийца. И их считали такими, все отвернулись от них, надеясь на их скорую кончину.
Вся эта безысходность давила на нее, как тяжкий груз. Она чувствовала себя беспомощной и загнанной в угол.
Слова были не нужны. Минхёк и без них понимал, как тяжело Арисоль. Он чувствовал, как её тело дрожит от рыданий, как бешено колотится сердце. Она несла на себе огромный груз, непосильный для юной девушки.
Ему хотелось помочь ей, облегчить её страдания. Он хотел встать, достать из кошелька все деньги, которые у него были, и отдать их ей. Ему было не важно, куда она их потратит. Он чувствовал, что должен помочь. Но Арисоль вцепилась в него ещё сильнее, не давая ему сдвинуться с места. Она не хотела его отпускать, боялась остаться одна со своей болью.
Она подняла на него заплаканные глаза и тихо попросила:
- Обними меня... Просто обними.
Минхёк колебался. Он взрослый мужчина, а она... она совсем маленькая. Он боялся, что его объятия будут неправильно истолкованы, что она не правильно его поймёт.
Тогда Арисоль, словно прочитав его мысли, сказала:
- Не переживай... Я никому не скажу.
Минхёк выдохнул. Он больше не мог сопротивляться ее отчаянию, ее мольбам о помощи. Он обнял ее, прижал к себе, пытаясь хоть как-то утешить, хоть немного облегчить ее страдания.
Арисоль плакала, уткнувшись ему в плечо, не сдерживая слёз. Ей было очень больно. Всё давило на неё со всех сторон: травля в школе, нищета семьи, голоса в голове, вина за совершённые убийства... Она пыталась справиться со всем этим в одиночку, но это было выше её сил.
И что в итоге? Ее положили в психиатрическую больницу, признали невменяемой, лишили свободы. Она стала такой же, как отец, больной и опасной для общества. Как же она ненавидела себя за это...
Спустя, казалось, целую вечность Арисоль немного успокоилась. Слезы постепенно высохли, дыхание выровнялось. Она подняла голову и посмотрела на Минхёка. В его глазах она увидела сочувствие и понимание.
Она снова уткнулась ему в плечо, боясь потерять это ощущение безопасности и тепла. Нельзя... Она знала, что так нельзя, что это неправильно. Она почти ничего о нём не знала, он был практически незнакомцем.
Но ей так хотелось поддержки, так хотелось выплеснуть все накопившиеся эмоции, не боясь осуждения или непонимания. И даже, несмотря на внутреннее сопротивление, Минхёк не отвернулся от нее, и она была благодарна ему за это.
Наконец, оторвавшись от него, Арисоль тихо спросила:
- Где здесь ванная? Мне нужно умыться. - Минхёк указал ей на дверь.
- Там, в конце коридора. – тихо ответил он.
Арисоль пошла в ванную, чтобы умыться и хоть немного привести себя в порядок. Тем временем Минхёк, воспользовавшись тем, что она вышла, достал из кошелька все деньги, которые у него были, и незаметно положил их в её сумочку. Он надеялся, что это хоть немного поможет ей и её семье.
Арисоль вышла из ванной, чувствуя себя немного лучше, чем раньше. Умывшись холодной водой, она смогла немного унять дрожь и успокоить нервы. Но чувство вины и неловкости все еще терзали ее.
Она опустила взгляд и начала извиняться перед Минхёком за то, что он увидел её в таком состоянии, за то, что она набросилась на него и вывалила на него свои переживания.
- Простите меня, Господин Минхёк. - тихо сказала она. - Я не должна была так себя вести. - Минхёк только развел руками и тепло улыбнулся ей.
- Всё хорошо, Арисоль. - ответил он. - Не стоит извиняться. Я понимаю, тебе было тяжело. Главное, что сейчас тебе немного лучше.
Арисоль поняла, что пора возвращаться в больницу. Ей не хотелось злоупотреблять гостеприимством Минхёка и заставлять его рисковать.
Минхёк отвёз её на то же место, где они встретились днём. Арисоль посмотрела на него, и в её голове промелькнула мысль, что этот мужчина, возможно, мечта каждой девушки. Рядом с ней он был так заботлив, открыт и вежлив, несмотря на её состояние.
Они попрощались, обменявшись теплыми улыбками.
- Спасибо вам за всё, Господин Минхёк. - искренне поблагодарила Арисоль.
- Не за что, Арисоль. - ответил он. - Если тебе понадобится моя помощь, звони в любое время. - когда машина Минхёка скрылась из виду, Арисоль, наконец, вернулась в психиатрическую больницу.
Больше всего Арисоль беспокоило то, что Сонхва и Юджун так и не приехали через пару дней, как и хотели. Она с нетерпением ждала их, надеясь хоть ненадолго почувствовать себя обычным человеком, окружённой друзьями.
Но их всё не было. Она звонила им несколько раз, но они не отвечали. Наконец, она получила сообщение от Юджуна, в котором он коротко написал, что им запретили общаться с женщинами во избежание отношений.
Арисоль почувствовала, как рушится мир вокруг нее. Даже друзья отвернулись от нее, оставив ее в полном одиночестве. Она осталась совсем одна...