Снова
❝ В большинстве случаев людям причиняет
боль не происходящее
— их ранят собственные ожидания.❝
Жак Фреско
***
«Бесит»
«Напыщенный индюк»
Примерно с такими мыслями переодевался Тарасенко.
«Сука, да я ему жизнь спас, а он ещё и издевается»
Кроме него в раздевалке была ещё пара его одноклассников, которых он не знал, а они и не особо хотели познакомиться.
Его бесило, что Кашин вёл себя так надменно, при этом ничего не объясняя. Тарасенко надеялся, что тот ничего не задумал, потому что его дружки явно были настроены по-другому. А единственный, кто может найти на них управу - сам рыжий. Парень быстро сообразил, что мячом по голове, он получил не случайно. Только Кашин и его компания доставали Тарасенко.
Мир был несправедлив и это факт. Максим понял это на своей шкуре ещё много лет назад.
***
— Ха-ха-ха очкарик! – парень держал в руках очки и издевательски тряс ими перед лицом.
— И что ты теперь будешь делать? – послышался голос сзади.
Резкая боль в спине. Из-за плохого зрения очертания постоянно размывались и невозможно было определить сколько людей стояло перед тобой.
Множественные удары, сопровождающиеся болью, смехом и криком продолжались каждый день. Они стали обыденностью.
***
После физкультуры у 11 «А» была ещё уйма уроков. Максим, пользуясь всеми способами, всё-таки дошёл до кабинета, где на него тут же налетела взъерошенная, красная от злости Неля.
— Ты почему ещё блядь не дома?
Парень, не ожидавший такой реакции, потерял дар речи. Только он хотел возразить как его перебили.
— Молчишь? И правильно! Потому что говорить буду я.
Максиму стало ещё более некомфортно. Взглядом он обвёл весь кабинет, ища спасение хоть в чём-нибудь. Он помнил, как мама раньше на него кричали за мелкие оплошности, но даже тогда он не испытывал столько вины и давления как сейчас. Хоть Неля и была ростом ниже парня головы на две, сейчас, этой разницы не ощущалось. Наоборот, она словно великан нависала над ним.
— Тебе ясно было сказано идти домой, после такой травмы нельзя учиться...
Рей перебили на полуслове и Тарасенко заметил рядом с ней фигуру девушки. Ксюша, видимо, увидев столь жалобный взгляд Максима, постаралась спасти ситуацию.
— Да-да Неля, ты права, - Коба начала успокаивать подругу, медленно уводя её из кабинета.
Тарасенко всё время смотрел им вслед, всё ещё в шоке от происходящего. Когда девушки подходили к двери, Ксюша обернулась, Максим лишь кивнул в знак благодарности и поспешил к своем месту.
Парень уже достал все учебники и сидел в телефоне, как перед его партой остановился парень. Брюнет поднял взгляд и встретился с карими глазами.
— Слышь, очкарик, - начал Руслан, - играть научись, нас из-за тебя отчитали.
Тарасенко заметил, как весь класс притих и всё внимание было обращено на них двоих.
— Подавать сначала нормально научись, - огрызнулся Максим, сам от себя не ожидая.
Его инстинкт самосохранения куда-то улетучился, раз он решил дерзить такому амбалу, который с одного удара мог его положить. Но Максим старался сейчас об этом не думать. Он был слишком зол.
— Послушай меня сюда, - Тушенцов наклонился ближе и чуть понизил голос, - если ещё раз такое повториться, я...
Кто-то взял Руслана за шиворот и потянул на заднюю парту. Где-то со стороны класса послышались разочарованные вздохи. Тарасенко тут же обернулся назад. Кашин, держа парня за шиворот футболки, усадил его на стул, продолжая смотреть исподлобья. Единственное слово, которое лишь одними губами прошептал рыжий было «перестань». А в следующую секунду взгляд Данилы уже был прикован к Максиму, он, словно ошпаренный, поскорее вернулся в свою обычную позу.
Как он понял, Неля так ничего не знала об этой ситуации, поскольку стояла в компании Кашина и оживлённо с ними болтала. Максим не хотел нарушать их идиллию и вообще приближаться ближе, чем на километр, поэтому принял решение пойти поесть.
Единственное место, дорогу к которому он мог найти даже с закрытыми глазами – столовая. Она находилась на первом этаже школы. Это была довольно просторная комната со множеством столов и стульев. Максим взял какой-то салат и макароны с сосиской. Каждый день обычно подаётся одно и тоже, но бывают и исключения, в виде пельменей или наггетсов. Конечно, не мишленовский ресторан, но особо никто не жаловался.
В углу столовой стоял небольшой стол, за который парень обычно садился и сегодняшний день не исключение. Положив рюкзак на соседний стул уже предвкушая обед, он почувствовал на себе взгляды.
«Опять что ли этот долбоёб»
Максим обвёл взглядом всю столовую, но ни рыжую макушку, ни Руслана не заметил, зато отчётливо заметил другие фигуры. Как Тарасенко обычно садился за этот стол, так и напротив него постоянно садилась парочка: парень и девушка. Иногда он замечал их в коридорах школы, они всегда были вместе. Однако, если прошлые разы они лишь иногда поглядывали на него или хотя бы пытались это скрыть, то сегодня пялились в открытую.
Парень начал трапезу, но ничего не изменилось: на него также пристально смотрели. Тарасенко многого себе надумал, потому что ни один нормальный человек не будет себя так глазеть. Брюнет взял телефон, чтобы в его отражении посмотреть на себя: может проблема в его внешности? Не заметив ничего удивительного, он отложил телефон и уже пожалел, что вообще отвлёкся. Та самая парочка быстро перебежала от их стола к Максиму. Только поудобнее усевшись на стул, они заговорили.
— Ой, а ничего что мы присели сюда? – начал парень.
Он был примерно одного роста с Тарасенко. Его каштановые волосы были аккуратно уложены, взгляд был очень добрым, и в целом, парень вызывал положительные эмоции.
Тарасенко был удивлён этим вопросом. Люди обычно спрашивают, а потом делают, а не наоборот. Но брюнет выбрал тактику молчать. В последнее время он и так много говорит.
— Ну ты дурак? – шёпотом сказала черноволосая девушка и пихнула в бок друга, - прости его, - обращалась она уже к Максиму, - понимаешь, его мама в детстве роняла, поэтому он чуть-чуть глупенький.
Тарасенко перевёл взгляд на девушку, одетую в зелёную футболку с жабами и шапку шрека, потом на парня, а потом продолжил есть.
— Да ладно, не обижайся, лучше рассказывай кто ты. Ты же новенький? – со всей заинтересованностью, которая может быть спрашивал парень, - вас из далека видно.
Тарасенко и ухом не повёл.
— Насть, а может он глухонемой? – обратился он уж к своей соседку, за что сразу же получил оплеуху.
Максим всё-таки сдался, надеясь, что после они отстанут.
— Максим я.
— Оно говорит! – выкрикнул парень.
— Может теперь отстанете от меня? – жалобно произнёс брюнет.
— Теперь мы никогда не отстанем, - ухмыльнулся парень.
— Ты открыл ящик Пандоры, поэтому страдай, и вообще, - продолжила девушка, - я Настя.
Девушка протянула руку в знак знакомства и Тарасенко пожал её. После перед его лицом появилась рука уже парня, он поднял взгляд на него.
— Ян, - улыбался парень, а его лицо сияло от радости.
Тарасенко опустил взгляд, вновь взял ложку в руки и продолжил обедать. На такой жест он получил лишь недовольное мыканье, но через пару минут Ян, радостный, как ни в чём не бывало, рассказывал истории из жизни. Весь их разговор Максим молчал, вёл себя отстранённо, но на деле правда был заинтересован новыми знакомыми. На первый взгляд они выглядели дружелюбными, но кто знает, что скрывается в их душах.
Следующим уроков в расписании значилась математика. Он распрощался с новыми друзья (молча ушёл) и пошёл к лестнице. Брюнет только хотел написать старосте, узнать кабинет, как заметил перед собой идущего Вову. Максим ускорил шаг.
— Вов, а в каком мы сейчас кабинете? – поравнявшись с одноклассником, он задал вопрос.
На самом деле Тарасенко думал, что Семенюк намного выше, а оказалось, что тот вообще ниже брюнета на голову. Парень не часто наблюдал одноклассника в коридорах или идущего куда-либо, потому что тот самый первый заходил в кабинет и самый последний выходил из него, а потом странным образом пропадал куда-то.
— Ты учишься здесь уже третью неделю, мог бы и запомнить, - пробубнил себе под нос одноклассник, но Тарасенко всё отчётливо понял.
— Но у меня не такая хорошая память.
— Ах ладно, ты бы всё равно за мной поплёлся, - Вова поправил очки, - надеюсь ты сейчас со мной заговорил не для того, чтобы списать домашку по математике.
— Э.. я сам её сделал, - соврал брюнет, который напрочь забыл о существовании домашней работы, а весь вечер провёл за написанием песен.
— А я сразу понял, что ты адекватный, - он пару раз шмыгнул носом, - я бы хотел с тобой обсудить пятый номер, вынесение из под знака дифференциала в неявной функции.
Значение последних слов Максим не понял вообще. Ни что такое дифференциал, ни что такое функция он в душе не знал, и понимать не хотел.
— Слушай... - было начал брюнет, как его перебили.
Они шли до нужного кабинета около десяти минут, но Максиму показалось, что показалось, что прошла целая бесконечность. Всё это время одноклассник говорил про какие-то интегралы, производные, но больше всего запомнилось его кряхтение и шмыганье носом.
Возле кабинета стояла уже привычная компания из Руслана, Максима и Ильи. Однако Кашина нигде не было видно.
Заприметив их Тарасенко ускорил шаг, что Семенюк даже не поспевал за ним.
— Смотрите! Очкарики подружились!
Послышался голос Шабанова. Не трудно было догадаться кому он это кричал. Максим старался даже не смотреть в их сторону, желая поскорее добраться до кабинета.
— Ты хороший собеседник, но я бы не хотел, чтобы ты садился со мной за первую парту. Так что даже не жди этого, ты будешь меня отвлекать, - никак не унимался Семенюк.
Тарасенко пропустил половину его речи, зато отчётливо слышал издёвки и смех со стороны коридора.
— Ха-ха! Они стоят друг друга.
— Похоже у нас новая парочка.
Брюнет хотел закрыть уши, не слышать насмешек в его сторону, не слышать эти голоса, которые уже снятся ему в кошмарах.
Первого сентября, когда Неля сказала, что их класс относительно дружный, он искренне в это верил, но сейчас убедился в обратном. Все его мечты на нормальную жизнь разрушены. Он не такой. Он отличается от остальных. Возможно, он никогда не вольётся ни в один коллектив и всегда будет один.
Тарасенко раскладывал принадлежности, но в голове эхом отдавались слова, чужой смех, по телу прошлись мурашки. Новые прозвища смешались со старыми. Брюнет почувствовал, как капли холодного пота побежали по спине, а мыслей в голове становилось всё больше.
Кто-то выхватил тетрадь из его рук.
Он поднял взгляд и снова встретился с карими глазами.
Тушенцов стоял с ехидной улыбкой, держа чужую тетрадь, а после кинул её в противоположную сторону класса, где стоял Шабанов. Брюнету оставалось лишь наблюдать, как после начали летать и другие его вещи по всему классу.
Он был не в силах сказать ни слова. Все его возражения застряли посреди горла, образуя ком. Сердце колотилось с бешеной скоростью, а мозг снова подкидывал воспоминания из прошлого.
***
/Звонок с урока.
— Ребята, пошлите во дворе побегаем! – крикнул один из ребят.
— Мы с Вадимом курить собирались, - ответил один из компании.
— Покурить вы ещё успеете, а там погода хорошая, погнали!
— А...можно с вами? – подал голос Тарасенко, сидящий позади парней.
Вся компания парней обернулась, девочки начали перешептываться. Один из самых крепких ребят чуть ближе подошёл к брюнету.
— Таким как ты, здесь не место, - он схватил Максима за край рубашки и подтянул к себе, - ты – ошибка природы. Ты такой жалкий!
Весь класс залился смехом. К горлу подкатывал ком, а глаза наполнялись слезами.
— Тебе не следовало рождаться. Из-за таких как ты человечество идёт ко дну, - парень наклонился ближе и прошептал на ухо, - такие как ты долго не живут, ты грязный...
Кап. Первая слеза коснулась поверхности парты.
Парень, ехидно улыбаясь, взял пенал с парты и начал швыряться им по всему кабинету. Его дружки быстро подхватили эту затею. Кап-кап. Вслед друг за другом полились остальные. Резкая боль по голове даже на пару секунд не могла перекрыть моральную. Мысли поедали сильнее, чем физическая расправа./
***
— Вы чё поахуевали все?
Где-то издалека, словно не в этой вселенной, послышался знакомый женский голос. Как бы парень ни напрягал извилины, он не мог понять кому он принадлежал. Руки, спрятанные в карманах толстовки, как всегда, дрожали, но теперь ещё подключилась и нога, которая неконтролируемо подрагивала. Брюнет смотрел на всё, словно через замыленное стекло, он улавливал лишь некоторые очертания. Максим чувствовал, как в кабинете становится жарко, пространство уменьшалось, а сил сделать какое-либо движение становилось меньше и меньше.
— Рус...
Этот голос он узнает из тысяч. Взгляд моментально сфокусировался на рыжем парне.
Тарасенко смог уловить этот напряжённый взгляд между Тушенцовым и Кашиным. Они понимали друг друга без лишних слов, словно им были не нужны.
Рыжий положил все вещи обратно на парту, с которой они были украдены. Брюнет пристально следил за этим движением. Теперь помимо нервоза, в грудной клетке зарождалась злость.
«fuck»
Парень молниеносно встал со стула и пошёл в сторону выхода, по пути задев Кашина. Кажется, он даже что-то сказал вслед, но брюнета интересовало лишь одно – найти выход.