Глава 12
Как только я вернулся домой, меня охватило сильное воодушевление. Разговор с оборотнем и женой графа убедил меня в том, что мой план может сработать.
Хотя жена графа и выразила недовольство моим планом действий, я чувствовал, что она на самом деле согласна помочь. Она могла бы привлечь к нашей борьбе вампиршу, а оборотень смог бы убедить своих волков действовать вместе с нами и направить их против армии Одина. Все эти силы должны были показать Лив, что мы не одни и у нас есть шанс преодолеть трудности.
Я тяжело вздохнул и направился к холодильнику. В тот момент мне больше всего хотелось забыться и не думать о своих проблемах. Лив была где-то далеко, вместе с Тором. Сив находилась в Нифльхейме, собирая тех, кто готов выступить против Всеотца. Я уже был у Люцифера и не горел желанием слушать его высокомерные речи. Осознание того, что я остаюсь один, вызвало у меня неприятное чувство.
Не придумав ничего лучше, я позвонил Сэму, чтобы провести этот вечер в его компании.
— Привет, Бог обмана. Чем я обязан вашему звонку, о всесильный Локи? — шутливо спросил он.
— Сэм, заткнись, — ответил я, чувствуя удовольствие от его шуток. Кроме Лив, только она могла позволить себе шутить надо мной. — Как поживает мой лучший друг и его девушка?
— Вроде неплохо. Пытаюсь пробиться в новый проект, который Тайлер рассматривает как потенциальную успешную картину.
— Вот как? Там случайно не найдётся роли и для меня?
— Твоя главная роль — быть Богом скандинавской мифологии и спасти Вселенную от своего полоумного брата. А заодно вытащить свою девушку и мою лучшую подругу из глубокой депрессии.
— Вот с последним я практически справился. Лив уже в порядке и даже вернулась к нашим божественным делам.
— Даже так? И как тебе это удалось?
— Сэм, я не горю желанием обсуждать всё это по телефону, — ответил я, демонстративно фыркнув. — Если у тебя есть свободное время и желание, я могу прийти к тебе и провести этот вечер с тобой, текилой и лучшим ромом на этой планете.
— Умеешь ты добиваться своего, — засмеялся Сэм, а затем неуверенным тоном произнёс: — Но у меня сегодня Хлоя в гостях. Мы вроде как недавно решили попробовать жить вместе.
— Если она не против, я буду рад вашей общей компании, — ответил я.
— Она только за! — тут же воодушевился Сэм, и его голос стал громче. — В таком случае ждём тебя у себя.
Я взял пару бутылок текилы и лучшего рома из бара Лив и поспешил переодеться. За время моего пребывания в Мидгарде джинсы и футболки стали моей любимой и самой удобной одеждой. Удивительно, как я тысячелетиями носил разнообразную броню! По сравнению с асгардской бронёй джинсы и кеды — настоящий дар Вселенной.
Осмотрев свой внешний вид, я сразу же переместился к дому Сэма. Его задний двор был тихим и безмятежным. Не соблюдая никаких норм приличия, я зашёл в дом. На кухне стояла Хлоя и что-то активно резала на кухонной столешнице.
— Мисс Грейс, рад видеть вас в добром здравии, — сказал я, намеренно используя привычное для асгардцев приветствие.
— О, Господи! Ты меня напугал! — Хлоя дёрнулась, и из её рук выпал большой нож. — Разве можно так подкрадываться?
— Я то Бог, но не принижай достоинство местного божества, — засмеялся я и протянул Хлое пакет с алкоголем. — А где мой любимый смертный?
— Прибирал в гостиной, — засмеялась Хлоя. — Как я понимаю, ты вновь пришёл один. Лив так и отказывается как-то контактировать с миром?
— В её состоянии произошёл явный прогресс, — я достал бокалы из кухонного шкафа и стал разливать алкоголь по рюмкам. — Она сейчас со своим папой где-то на просторах девяти миров ищет свою пропавшую бабушку.
— Она что?! — в комнату вошёл Сэм, смотря на меня с удивлением. — Лив пришла в себя?
— По моим наблюдениям, пришла. Но Лив ещё не до конца приняла себя. Её силы не подвластны ей до конца, и она всё ещё сомневается в себе.
— Лив потеряла отца. Это слишком сильный удар для неё, — голос Хлои дрогнул. — Ричард был для неё слишком важен и любим. Я не знаю, как подобное можно пережить.
— С Ричардом вопрос решён. Эту травму мы с Лив проработали, и она добилась упокоения души Ричарда и полноценного прощания с ним.
— В каком смысле? — Сэм и Хлоя смотрели на меня боязливыми взглядами, в которых читалось страх и удивление.
— Предлагаю взять выпивку в гостиную и переместиться в более удобное место. После этого я вам всё подробно расскажу о Лив и о том, что происходит.
Врать или скрывать правду от наших с Лив друзей я не видел смысла. Я рассказал им всё, что произошло после похорон Ричарда. Я поведал им историю о моих поисках души отца Лив и её нахождении в Аду. Далее я рассказал о нашем походе в Ад и о встрече Лив с душой её отца. Я не стал углубляться в историю с братом Лив и внебрачным сыном Ричарда, поскольку сам до конца не знал всех её подробностей. Я поведал друзьям об угрозе со стороны брата и его неминуемом приходе в Мидгард. Закончил я своё повествование на том, что Лив и Тор решили отправиться на поиски Фригг, а я остался в Мидгарде, чтобы собрать как можно больше союзников и быть готовым к приходу Всеотца.
— Я сойду с ума от всего этого! — голос Хлои звучал глухо. — Это просто невероятно.
— Да ладно тебе. Меня уже ничто не удивит после того, как я узнал, что Лив — не человек, а представитель внеземной цивилизации, — Сэм, к моему удивлению, оставался таким же спокойным, как и до моего рассказа. — И после того, как я узнал, что мой лучший друг — Бог скандинавской мифологии и один из самых могущественных злодеев во Вселенной.
— Это всё, конечно, весело, но сейчас мне очень плохо, — я посмотрел на свой бокал, в котором плескался напиток. — Впервые за долгое время я чувствую опустошённость и страх.
— Страх? Чего ты боишься?
— Я боюсь, что Лив не сможет справиться со своей силой и её бой со Всеотцом закончится не в её пользу. Я знаю, что ей предписана победа над ним, но я не уверен, что она сможет это сделать. Лив не готова, и её сомнения не позволят ей выиграть в этом неравном поединке.
— Так попробуй развеять все её сомнения и наполни её уверенностью в себе, — Хлоя смотрела на меня большими глазами, которые излучали уверенность. — Когда вся эта история только начиналась, я пришла к Лив и высказала ей всё, что думаю. Но сейчас мы для неё никто, и только ты можешь хоть как-то повлиять на неё.
— Ты не права. Вы никогда не были для неё никем. Лив скучает по вам и мучается из-за своего поступка на похоронах отца. Я могу вас заверить, что такие импульсивные поступки, совершённые под действием эмоций, часто приносят боль и сожаления. Но внутренний страх не даёт человеку признать свою ошибку и попросить прощения у близких и дорогих людей.
— Хочешь сказать, что Лив мучается из-за нашей ссоры? С трудом в это верится.
— Я тебя уверяю. Она страдает и сильно страдает. Она даже простила Сив, которую до последнего считала виновной во всём произошедшем. К вам, ребята, у неё явно нет претензий, и она понимает, что в вашей ситуации вина лежит полностью на ней.
— Локи, ты сможешь организовать нам встречу с Лив? — голос Хлои дрогнул, а её глаза наполнились слезами. — Я не смогу простить себя, если перед Всемирным апокалипсисом не помирюсь со своей лучшей подругой.
— Я согласен. Если нас ждёт порабощение и приход безумного маньяка из другого мира, я хотел бы высказаться с Лив и разрешить все наши недомолвки. Ведь если она погибнет, то... — Сэм резко замолчал и отвёл глаза в сторону.
— Прекратите оба. Никто не умрёт и никто не будет порабощён. Я даю вам своё слово, как Бог огня и коварства Локи, наследный принц Ётунхейма и потомок всесильных асов. Я не допущу, чтобы Лив пострадала в этой битве, и не допущу власти Одина в Мидгарде. Да услышат меня все девять миров и будут свидетелями моей клятвы.
— Что это сейчас было? У меня ощущение, что твои слова были не просто красивыми речами. Это что-то важное?
— Это клятва девяти миров, которая ни при каких обстоятельствах не может быть нарушена. Отныне я должен любой ценой исполнить своё обещание, и по-другому не может быть.
— Звучит довольно серьёзно. А если ты её нарушишь?
— То меня ждёт участь хуже смерти, — я говорил твёрдым и максимально уверенным голосом. — Забвение и обессиленное существование в практически мёртвой оболочке. Это страшная участь для любого Бога.
Мы долго распивали алкоголь, который я принёс. Под утро я был немного пьян, а мои собеседники крепко спали. Мой разум требовал действий, я не хотел идти домой и просто спать. Я жаждал активности и приключений. Не знаю, что побудило меня так поступить, но вскоре я оказался во дворце Хель.
В Хельхейме время остановилось. Этот мир был заморожен, здесь никто не менялся и не старел. Обычно каждый мир имеет своё течение времени. В Хельхейме время не двигалось, а в Асгарде оно текло очень быстро. Самым быстрым по течению времени был Асгард, а самым медленным — Мидгард, из-за чего смертные имели самый короткий жизненный цикл во Вселенной.
На меня, как на жителя Асгарда, время в Мидгарде не оказывало особого влияния, так же как и время в других мирах. Я был подчинён времени в Асгарде и подвержен только его влиянию.
В Хельхейме не было смены дня и ночи, погоды и лунного цикла. Здесь всегда была одинаковая погода и положение дня.
Когда я проходил мимо дворцовой стражи, то не встретил сопротивления. Я дошёл шатающимися движениями до тронного зала и громко хлопнул массивной дверью.
Первое, что я заметил, — яркий свет вечного пламени в огромной чаше. Затем мой пьяный взгляд различил величественную фигуру Хель. Её медные волосы спадали прямым водопадом, а тело было облачено в лёгкие, но относительно откровенные доспехи. На голове возвышалась массивная диадема, которую я видел на ней в нашу первую за многие тысячи лет встречу.
— Локи? — Хель посмотрела на меня с плохо скрываемым удивлением и равнодушно произнесла: — Что ты делаешь в моём королевстве?
— А мне разве нужен повод, чтобы прийти на встречу к дочери? — Я был пьян и говорил невнятно. — Я просто хотел увидеть тебя.
— Все! Живо вышли из зала! — Голос Хель прозвучал громко и грозно, и все войны покинули тронный зал, оставив нас наедине. — И что всё это значит?
Я не мог больше стоять на ногах и сел на каменный пол у трона Хель.
— О чём ты? — спросил я.
— Я о тебе и твоём состоянии. Ты что, пьян?
— Немного, — ответил я и улыбнулся. — Мне было плохо, и я хотел забыться.
— Позволь узнать причины твоего расстройства. Воительница тебя бросила?
На лице Хель появилась злорадная улыбка.
— Даже не смей думать об этом, не говоря уже о том, чтобы произносить подобные мысли вслух, — громко фыркнул я. — Хель, я могу довериться тебе и откровенно поговорить?
— Со мной? Ты за всю мою жизнь не разговаривал со мной откровенно, — скривилась Хель и недоверчиво посмотрела на меня. — В чём дело?
— Хель, я в тупике и не знаю, как спасти Лив от Всеотца и от погибели. Он или Хеймдалль убьют её, когда узнают об её истинном предназначении. Я не могу вновь пережить боль утраты, но теперь уже своей истинной и настоящей любви. Твоя мать и твои братья тоже были дороги мне, но Лив... Она нечто невообразимое для меня. Хель, я в отчаянии.
— Отец, — Хель спустилась со своего трона и неожиданно для меня села рядом со мной на пол. — В таком случае действуй по своему обычному плану. Включи своего истинного Локи и проверни один из своих фокусов.
— И как это поможет мне спасти Лив от Всеотца?
— Твоя сила в коварстве и обмане. Ты можешь обмануть саму судьбу и Вселенную, что ты делал множество раз. Придумай, как ты можешь обойти Всеотца и обмануть его.
— Я не могу этого понять. Он вскоре снизойдёт в Мидгард и захватит его. Я не могу этого допустить, Хель, и я пытаюсь собрать союзников, чтобы иметь хоть малый шанс защитить Мидгард.
— В таком случае мои молитвы были услышаны, — глаза Хель загорелись, а тонкие губы вытянулись в самодовольной улыбке. — Я ждала этого момента долгие тысячелетия.
— Чего ты ждала? — Я посмотрел на Хель недоумённым взглядом. — Прихода Одина в Мидгард и его власти во Вселенной?
— Я ждала, когда ты придёшь ко мне и позовёшь меня на битву со Всеотцом. Я мечтала, что мы встанем с тобой в одну линию и будем противостоять Всеотцу и его армии спина к спине.
— Хель, — я тяжело вздохнул и повесил голову. — Я не хочу подвергать ещё и тебя опасности. Ты моя единственная дочь и моя единственная наследница. Если я не выживу, то ты примешь бой и доведёшь моё дело до конца. Ты займёшься Ётунхеймом и защитишь Мидгард от гибели и порабощения.
— Нет, отец, мы сделаем это вместе с тобой, — я почувствовал, как обжигающая ладонь Хель легла на моё плечо. — Я не та слабая девчонка, которую ты когда-то спас от казни. Я выросла, отец, и стала сильным воителем и правителем одного из сильнейших миров. Мне подвластны тысячи мёртвых душ, которые выступят против армии Всеотца в любой момент.
— И ты готова рискнуть всем этим ради меня?
— Готова. Я готова дать тебе шанс обрести своё счастье и разрушить Всеотца и его планы. Я наконец-то отомщу за нашу семью и получу успокоение в душе. А ты обретёшь свободу рядом со своей воительницей и впервые за тысячи лет попробуешь заиметь счастливую и настоящую семью, — на последних словах голос Хель дрогнул, и она отвернулась в сторону.
— Но ты тоже часть моей семьи, Хель. Независимо от того, какое будущее ждёт меня рядом с Лив, ты всегда будешь частью моей жизни. Если у нас с Лив будет семья, ты всегда будешь её частью. Ты моя первая дочь, и я всегда буду...
Я замялся, не решаясь закончить фразу.
— Что ты хочешь сказать? Говори всё как есть. Я тебя пойму и не буду судить за твои слова.
— Я люблю тебя, Хель, — мой шёпот громким эхом разнёсся по огромному тронному залу. — Пусть я не был тебе настоящим отцом и меня никогда не было рядом, но я всё равно люблю тебя настоящей отцовской любовью.
— Отец... — Хель прижалась ко мне, и я почувствовал, как её тело задрожало. — Я впервые слышу от тебя такие слова.
— Мне следовало набраться смелости и сказать их тебе несколько тысяч лет назад. Но, как говорят в Мидгарде, лучше поздно, чем никогда.
— Я клянусь тебе, Локи из Асгарда и наследник королей Ётунхейма: я отдам все свои силы в предстоящей битве со Всеотцом и отдам саму жизнь за нашу победу. Мы победим Всеотца и не позволим ему захватить Мидгард.
— Спасибо, Хель. И как у такого взбалмошного и беспечного бога, как я, мог появиться столь сильный и властный потомок?
— Может, в тебе всё это тоже есть, но ты пытаешься отрицать эти черты и строишь из себя беспечного и эгоистичного бога.
— Хель, ты что, успела ознакомиться с трудами доктора Вильямс, пока вы были с нами в Мидгарде?
— Я изучила местные манускрипты, которые хранились у твоей возлюбленной в большом количестве. В них содержится довольно интересная и мудрая информация.
— Я изучал эти манускрипты целых пять лет, пока находился в клинике. Это помогло мне изменить себя и своё мышление. Такая профессия, как психотерапевт, важна в любом из девяти миров.
— Ты это о своей возлюбленной воительнице говоришь? У неё же статус психотерапевта.
— Именно, Хель. Лив достойна своей участи и обязательно обретёт своё истинное могущество.
— И ты тоже должен это сделать, — Хель ещё плотнее прижалась ко мне. — Отец, ты должен найти себя и своё место в мире.
— А ты нашла себя? Скажи мне честно, ты счастлива?
— Да, я нашла своё место и счастлива в своём королевстве.
— Я рад это слышать, Хель. Хоть кто-то из нас обрёл своё счастье.
— Ты его тоже обретёшь, отец. Я тебе гарантирую это и чувствую, что твой путь приведёт тебя к счастью.
— Надеюсь, что ты права.
— Так какой у тебя план? Что ты планируешь делать дальше? — в одно мгновение Хель отстранилась от меня, и её лицо стало серьёзным и собранным.
— Я собираю сверхъестественную пародию на «Мстителей». В эту команду войдут истинный альфа, вампирша, которая возглавила всех вампиров вместо Дракулы, я и, конечно же, великая правительница Хельхейма и богиня смерти Хель.
— Так ты обратился за помощью к тёмным существам Мидгарда? А как же твой приятель Люцифер?
— Он предпочёл остаться в стороне, но позволил мне воспользоваться его созданиями.
— Это уже что-то. — Хель встала на ноги и расправила плечи. — Отец, нам нужно обдумать весь наш план действий и просчитать все возможные риски.
— Мы это сделаем, но только после того, как я протрезвею и высплюсь.
— Никогда не понимала твоей тяги к хмельным напиткам. Они затуманивают разум и не дают ему собраться.
— Я знаю, но ничего не могу с собой поделать. — Я попытался встать на ноги, но вскоре снова упал на пол. Хель схватила меня за руку и подняла. — Хель, не нужно проявлять ко мне милосердие.
— Хватит строить из себя эгоистичного придурка, — сказала Хель, крепче обхватив моё обмякшее тело. — Перенеси нас к себе домой.
— Нас? Ты собралась спуститься в Мидгард?
— Я прослежу, чтобы ты добрался до своей обители и не попал в неприятности, — ворчливый тон Хель забавлял меня и вызывал некоторую радость. — И я хочу убедиться, что завтра ты проснёшься в целости и сохранности.
— Дочь, ты явно стала лучше своего непутёвого родителя.
— Наверное, это и есть наша главная задача — быть лучше своих родителей и учиться на их ошибках.
Я не помню, как оказался дома. Когда на следующий день сознание стало возвращаться ко мне, в голове сильно гудело. Мысли были потерянными и хаотичными. Я не помнил большую половину вчерашнего вечера. Я помнил разговор с Хлоей и Сэмом, но мой поход в Хельхейм показался мне сном. Я не верил, что мог вот так открыто отправиться к дочери и вести с ней задушевные разговоры. Это было не похоже на меня и не в моём стиле. Заставив себя встать с кровати, я с трудом дошёл до ванной комнаты. Холодная вода из крана приятно охладила мою разгорячённую кожу. Я включил душ на полную мощность и долго стоял под его мощными струями
Когда я вышел из душа, закутавшись в одно полотенце, то сразу направился на кухню. У меня было одно желание — выпить крепкий кофе, желательно без сливок.
Когда я вошёл в кухонное помещение, то резко остановился в дверном проёме и замер. Посреди кухни Лив стояла Хель в совершенно человеческом образе. На ней были надеты одни из пар джинсов Лив, а тело было прикрыто обтягивающим топом. Как только я показался в дверном проёме, Хель резко повернулась в мою сторону, и на её лице заиграла слишком знакомая мне ухмылка.
— С пробуждением, отец, — сказала Хель с едва скрываемой насмешкой, которую невозможно было не заметить в её словах. — Как ты себя чувствуешь?
— Паршиво. А... что ты здесь делаешь?
— Я пытаюсь присматривать за своим неразумным отцом, который приходит ко мне в неадекватном состоянии и несёт какую-то чушь.
— Чушь? — я поморщился, пытаясь вспомнить все события вчерашнего дня. — И что же я говорил?
— Не хочу портить твой образ безразличного и эгоистичного недоумка, — Хель усмехнулась и протянула мне чашку с дымящимся напитком. — Насколько я помню, в Мидгарде по утрам пьют кофе.
— Неужели ты это запомнила? — я взял чашку из рук Хель и сделал глубокий вдох, наслаждаясь ароматом свежесваренного кофе. — Хель, как же я рад, что ты у меня есть.
— Второе откровение за сутки? Локи, что с тобой?
— А что со мной? Я говорю тебе сейчас чистую правду.
— Вчера ты пришёл ко мне и говорил о воительнице, о том, что боишься её потерять в битве со Всеотцом.
— Допустим. И что из этого? Алкоголь немного лишил меня контроля и заставил действовать импульсивно. Не вижу в этом ничего постыдного.
— Это так. Но твои вчерашние слова навели меня на одну мысль.
— Какие слова и что за мысль?
— Мы с тобой разработаем запасной план, благодаря которому твоя воительница останется в живых и избежит смерти.
— А вот это уже интересно, — я сел на стул рядом с Хель. — Есть конкретные предложения?
— Ты говорил, что собираешь воинов со всего Мидгарда. Существа, подвластные твоему другу Люциферу, должны помочь тебе в этой битве?
— Да. И что из этого?
— Мы объединим наши силы, отец. Твоя армия мидгарских воинов и моя армия мёртвых душ — это уже весомый аргумент против Одина и его армии.
— На это и идёт расчёт. Но вот как победить самого Одина и Хеймдалля — вот в чём заключается главный вопрос.
— В этом вопросе мы будем действовать в твоём стандартном стиле. Предлагаю тебе действовать скрытно и тайно. Никто не должен узнать о нашем плане. Особенно твоя воительница. Она не позволит тебе сделать что-то подобное.
— В этом ты права. Она против любых актов самопожертвования.
— Поэтому мы ничего никому не скажем. Это будет наш с тобой план.
— Семейный подряд? — я улыбнулся и посмотрел на Хель игривым взглядом. — Мне нравится.
— Я серьёзно. Мы с тобой должны всё это провернуть вдвоём. Без кого-либо ещё. Иначе все твои труды пропадут, и в итоге ты её потеряешь.Я замолчал и задумался. Хель была права, и спасти Лив я мог только хитростью и обманом. Всеотец не оставит её в живых, если узнает об её истинном предназначении и силе. Лив не хватит силы духа принять себя и одержать победу над своим дедом. Я до последнего надеялся, что, когда Всеотец придёт за нами, Лив будет готова к этой битве.
Но реальность диктует свои правила, и теперь я должен защитить и спасти её от неминуемой гибели.
— Ты права. Мы с тобой придумаем план, по которому Лив не придётся встречаться с Одином и она останется жива.
— Ты же понимаешь, что есть вероятность того, что тебе придётся пожертвовать собой ради неё?
— Понимаю. И я готов пойти на это, — я обречённо вздохнул и отвернулся в сторону. — Какой смысл в бесконечной жизни, если ты в ней одинок?
— Ты и вправду больше не Локи и не тот самовлюблённый и эгоистичный недоумок, который плевал на всё и всех.
— Ты как всегда галантна и мила, Хель. Звание лучшей дочери тысячелетия точно принадлежит тебе, — я не мог удержаться от своих классических комментариев, но в душе у меня что-то защемило после услышанных от Хель слов. — И что значит, я больше не Локи? Я был им последние пять тысяч лет и не собираюсь отказываться от своего имени.
— Твоё имя при тебе, отец. Но ты не тот, что прежде. Прошлый Локи сгинул во время Рагнарёка. Ты же нечто другое. Лучший вариант самого себя.
— Хель, заканчивай эти задушевные разговоры. Впервые в жизни мне немного некомфортно вести подобного рода разговоры, да ещё и с тобой.
В доме послышался громкий шум. Я дёрнулся на месте, инстинктивно достав свои клинки. Я приготовился к бою с неизвестным мне противником. Хель мгновенно приняла свой истинный воинственный вид и стояла в боевой позе, направив свои острые клинки в сторону источника шума. Я жестом указал ей молчать и вести себя тихо. Хель не стала спорить, а лишь кивнула в знак согласия. Я медленно продвигался в сторону гостиной, максимально сосредоточенно сканируя обстановку в доме. Внезапно на пороге кухни появилась слишком знакомая мне светловолосая фигура. Лив была в своей воинственной броне, и её божественный вид снова сводил меня с ума. Я замер на месте, не ожидая подобного исхода. Лив с огненными глазами посмотрела на клинки в моих руках и недовольно воскликнула:
— И что это значит? Ты решил прирезать меня в моём же доме?
— Лив? — я резко отбросил оружие в сторону и заключил её в крепкие объятия. — Ты в порядке?
— Как видишь, — я слышал, как Лив продолжала испытывать недовольство. — Что здесь происходит? Почему ты собрался напасть на меня?
— Я думал, что это один из посланников Всеотца пришёл по мою душу, — наконец я отпустил Лив из объятий и посмотрел в её широко открытые глаза. — Но я бы не напал без причины.
— Воительница, — послышался голос Хель за нашими спинами. — Я приветствую тебя и рада видеть в здравии.
— Привет, Хель, — Лив посмотрела за мою спину и впервые заметила фигуру Хель и её присутствие в доме. — Не ожидала тебя увидеть. Но я рада, что ты здесь.
— Как прошла ваша экспедиция с Тором? — я стёр всё своё напряжение и теперь стоял с классической улыбкой на лице. — Удалось что-нибудь выяснить?
— Удалось. Но не то, что хотелось бы, — Лив тяжело вздохнула и устало села на ближайший стул. — Я выжата как лимон.
— В таком случае приведи себя в порядок и немного отдохни. Потом ты расскажешь, что у вас случилось и как прошла ваша вылазка.